— Ты сошла с ума, — сказала мама и села на стул.
— Мам, это моё решение. Взвешенное. Мне 39. Я хочу ребёнка.
— Без мужа? Без отца? Ребёнок без отца — это трагедия! Ты понимаешь, на что обрекаешь его? Тебя же пальцем показывать будут!
Я смотрела на маму и думала: она выросла в другое время. Тогда женщина без мужа была «разведёнкой» с клеймом на всю жизнь. Сейчас — иначе. Но как ей это объяснить?
— Мам, у меня хорошая работа. Квартира. Я могу обеспечить ребёнка.
— Дело не в деньгах! — она всплеснула руками. — А в морали! Что ты скажешь ему, когда он спросит про отца?
— Правду. Что его мама очень его хотела. И пошла на многое, чтобы он появился.
Мама заплакала. Я подошла, обняла её. Но решения не изменила.
Потом был разговор с подругами. Мнения разделились. Лена сказала: «Ты герой. Я бы не рискнула». Катя: «Ты эгоистка. Детям нужен отец». Остальные молчали и переводили разговор.
Коллеги на работе крутили пальцем у виска. Особенно семейные. «А как же личная жизнь? Ты же женщина, тебе ещё замуж». Как будто в 39 лет я уже не женщина, а списанный материал.
Самым трудным был разговор с братом.
— Лиз, я тебя люблю, — сказал он. — Но подумай. Ты тянешь одна. Без поддержки. А если заболеешь? А если не справишься? Кто поможет?
— Ты поможешь.
Он замолчал. Потом кивнул.
— Помогу. Но мама права в одном — будет тяжело.
— Будет. Я готова.
Процедура заняла несколько месяцев. Анализы, консультации, попытки. Я выбрала донора — по медицинским показателям и описанию. Незнакомый мужчина, который когда-то сдал материал в криобанк.
Первая попытка не удалась. Вторая — тоже. Я ревела в подушку, думала — может, и правда судьба против? Но на третьей попытке — две полоски.
Я сидела на краю ванны, смотрела на тест и смеялась. Одна. Но самая счастливая на свете.
Беременность была тяжёлой. Токсикоз, давление, угроза на ранних сроках. Мама, узнав, что я всё-таки сделала ЭКО, не разговаривала со мной два месяца. Потом приехала, увидела мой живот и... растаяла.
— Прости меня, — сказала она. — Ты сильная. Сильнее меня.
В мае я родила девочку. Назвала Аней. В честь бабушки.
Сейчас Ане полтора года. Она ходит за мной хвостиком, лепечет «мама» и обнимает меня за колени. Мы живём вдвоём — и у нас полная семья. Потому что семья — это любовь. А не количество человек в квартире.
Мама переехала поближе и теперь балует внучку каждый день. Брат привозит подарки и учит Аню играть в футбол. Подруги, которые сомневались, теперь говорят: «Господи, какая она счастливая».
А про отца? Когда Аня спросит — я расскажу. Я уже придумала историю. Про то, что бывают дети от мамы и папы. А бывают — от мамы и мечты. И она — дочка мечты. Самой большой мечты в моей жизни.
И знаете — я ни о чём не жалею.