Зенит оптимизировал расходы, Спартак переплатил за результат, а Краснодар выиграл чемпионат с не самой большой зарплатной базой.
В первой части мы смотрели, откуда у клубов деньги: общая выручка, операционная футбольная выручка, субсидии, целевое финансирование и разные модели клубов.
Теперь — второй слой анализа.
Не сколько денег у клуба есть, а как он их тратит.
В футболе зарплатный бюджет часто воспринимают как кратчайший путь к результату. Больше платишь — сильнее состав. Сильнее состав — выше место в таблице. Логика понятная. Но сезоны 2023/24 и 2024/25 показывают: в РПЛ эта формула работает всё сложнее.
Деньги по-прежнему важны. Вроде бы простая формула: у кого зарплатный бюджет больше, тот и должен быть выше в таблице. В целом логика понятная. Деньги дают состав, глубину, конкуренцию и право на ошибку. Но после определённого уровня начинается другая экономика: каждый следующий миллиард зарплат может приносить всё меньше спортивного эффекта.
Именно поэтому во второй части смотрим не на размер кошелька, а на эффективность расходов.
1. Зарплаты против выручки: где модель держится, а где уже красная зона
Сначала методика. Потому что без неё в российских футбольных финансах легко сравнить тёплое с мягким.
В УЕФА есть показатель Squad Cost Ratio (Коэффициент стоимости состава):
Relevant Squad Costs (Релевантные затраты на состав) / Relevant Income (Релевантный доход).
То есть расходы на состав делятся на релевантные футбольные доходы. В расходы на состав входят не только зарплаты игроков и тренерского штаба, но и амортизация трансферов, агентские расходы и другие элементы, связанные с игроками. В футбольные доходы входят операционные доходы, включая выручку от матчей, ТВ-права, коммерческие сделки и прибыль от продажи игроков.
Проблема в том, что по открытой российской отчётности корректно посчитать классический коэффициент стоимости состава для всех 16 клубов почти невозможно. Не все раскрывают амортизацию игроков. Не все дают одинаковую детализацию расходов и особенно по зарплате и доходов. У части клубов есть подробные пояснения, у части — только базовые строки отчётности.
Поэтому для всей лиги используем proxy-модель: Wage Cost Ratio или Коэффициент зарплатной нагрузки.
Берём то, что можно сопоставить по всем клубам: фактически выплаченные зарплаты из отчёта о движении денежных средств по всему клубу и сравниваем их с футбольной доходной базой (выручка от основной деятельности) и с операционным денежным притоком (поступления от основной деятельности).
Первый срез — зарплаты к операционной футбольной выручке в 2025 году.
В знаменателе — выручка от основной деятельности плюс субсидии / целевое финансирование. Без инвестдоходов, трансферов, курсовых разниц, дивидендов, переоценки ценных бумаг и прочих финансовых статей.
То есть вопрос простой: какую часть денег от футбольной деятельности клуб тратит на зарплаты? Пусть даже на всех сотрудников.
Среднее по РПЛ — 61%.
Для ориентира Squad Cost Ratio (Коэффициент стоимости состава): Английская Премьер-лига — около 67%, Серия А — около 70%, Бундеслига — около 51%.
Ну то есть с определенным уровнем допущения, можно сказать что на уровне средней температуры всё выглядит нормально. РПЛ не разваливается по зарплатной нагрузке. Но средняя температура в российском футболе почти всегда обманчива.
У Крыльев Советов — 120%. Это худший показатель лиги: 1,63 млрд ₽ зарплат при 1,35 млрд ₽ операционной футбольной выручки. Зарплат выплачено больше, чем принесла вся футбольная деятельность клуба. Причина — обвал субсидий региона: с 1,48 млрд ₽ до 0,54 млрд ₽. Доходы рухнули, зарплаты резать не успели. Хорошо, что продали футболистов и смогли сбалансировать.
У Краснодара — 92%. Разницу закрывали из инвестдоходов — тех самых, которые мы убрали из знаменателя. Если бы считали по полной выручке (включая инвестдоходы), вышло бы 40% — красиво, но нечестно.
У Сочи — 81%, причём показатель ухудшился сразу на 19 процентных пунктов. Доходы падают, зарплаты растут. Это уже не просто плохая динамика — это финансовые ножницы.
В зелёной зоне — Акрон, Ростов, ЦСКА, Зенит. У них зарплаты занимают примерно 42–45% операционной футбольной выручки.
Особенно важен Зенит: зарплаты снизились с 12,6 млрд ₽ до 10,0 млрд ₽, а футбольная выручка осталась около 22 млрд ₽. Для лидера лиги это редкий пример жёсткой оптимизации.
Расчет конечно здесь условный, посколько одна цифра из отчета о движении денежных средств, а другая из отчета о прибылях и убытках. Лучше так не делать.
Но есть ещё более честный тест.
Зарплаты к операционному кэшу в 2024 и 2025 годах.
Здесь уже не бухгалтерская выручка, а живые деньги. Берём два показателя из одного источника — отчёта о движении денежных средств: фактически выплаченные зарплаты и операционный денежный приток.
Вопрос становится жестче: хватает ли клубу живых денег от основной деятельности, чтобы платить зарплаты без займов, продаж игроков и помощи акционера?
У Крыльев Советов — 117%. Зарплат выплачено больше, чем пришло операционного кэша.
У Краснодара — 103%. Чемпионский сезон, но выплаты на зарплаты превысили операционный приток. Для обычного клуба это красная зона. Для Краснодара — сигнал, что титул был обеспечен всей финансовой конструкцией клуба, а не только регулярной футбольной операционкой.
На другом полюсе — Зенит. Соотношение зарплат к операционному кэшу упало с 62% до 37%. Операционный приток вырос до 27 млрд ₽, зарплаты снизились до 10 млрд ₽. Это не косметика. Это структурная оптимизация.
Остальные: Ахмат — минус 37 п.п. (не оптимизация, а удвоение субсидий — просто знаменатель вырос). Спартак — минус 12 п.п. и ЦСКА — стабильно 38% оба года.
Главный вывод блока: зарплаты надо смотреть минимум в двух плоскостях. Относительно футбольной выручки — чтобы понять нагрузку на модель. И относительно живого кэша — чтобы понять, может ли клуб реально обслуживать эту нагрузку.
2. Сезон 2023/24: Зенит стал чемпионом с самой высокой ценой результата
Теперь связываем деньги со спортивным результатом.
Методика простая: берём зарплатный фонд и делим на набранные очки в сезоне РПЛ.
Для сезона спортивных результатов 2023/24 используем финансы 2024 календарного года. Да, календарный год и футбольный сезон не совпадают идеально. Но для сравнения всех клубов это понятный proxy-показатель: сколько клуб потратил зарплат на один турнирный балл. И ещё: в сезоне 2023/24 нет Акрона и Динамо Махачкалы (они играли в ФНЛ).
И здесь картина очень показательная.
Зенит стал чемпионом с 57 очками. Зарплатный фонд — 12,6 млрд ₽. Цена одного турнирного очка — 221 млн ₽.
Это самый дорогой результат сезона.
Да, титул взят. Но взят по максимальной цене.
При этом Краснодар набрал 56 очков и стал вторым. Его зарплатный фонд — 4,3 млрд ₽. Цена турнирного очка — 76 млн ₽. в три раза дешевле чем у Зенита.
Динамо Москва тоже набрало 56 очков, но уже при 5,6 млрд ₽ зарплат и цене около 101 млн ₽ за турнирное очко.
Спартак занял только пятое место, но потратил 7,9 млрд ₽ зарплат. Цена — 158 млн ₽ за очко. Дороже, чем у серебряного Краснодара и бронзового Динамо.
А лучший пример эффективности — Ростов.
43 очка, седьмое место, 1,3 млрд ₽ зарплат. Цена — 31 млн ₽ за турнирное очко.
Среднее по выборке — около 85 млн ₽. И на этом фоне хорошо видно: Зенит выиграл чемпионат, но сделал это самым дорогим способом. Деньги дали титул, но не дали эффективную модель.
3. Сезон 2024/25: Краснодар выиграл, Спартак переплатил
Следующий сезон полностью меняет акценты.
Для спортивных результатов сезона 2024/25 используем зарплатный фонд за 2025 календарный год, потому что сезон завершился летом 2025-го.
Чемпионом становится Краснодар.
67 очков. Зарплатный фонд — около 5,0 млрд ₽. Цена одного турнирного очка — 75 млн ₽.
Это почти идеальное попадание в медиану лиги — но с чемпионским результатом. То есть Краснодар выиграл титул не за счет максимального зарплатного бюджета, а за счет эффективности его использования.
Зенит снизил цену турнирного очка с 221 млн ₽ до 152 млн ₽. Это серьезное улучшение. Но чемпионство ушло. Оптимизация сработала финансово, но спортивно оказалась слишком дорогой.
Главная история сезона — Спартак: 9,4 млрд ₽ зарплат, 57 очков, 4-е место и 165 млн ₽ за турнирное очко.
Это самый дорогой результат сезона 2024/25. Если бы Спартак стал чемпионом, такую цену можно было бы объяснять. Но четвертое место за такие деньги — уже не премия за амбиции.
Внизу таблицы эффективности — обратная картина.
Акрон — 28 млн ₽.
Динамо Махачкала — 29 млн ₽.
Ростов — 39 млн ₽. как и сезоном ранее играет в рамках бюджета.
Да, это не борьба за чемпионство. Но это другой тип эффективности: клубы без лишнего ресурса выжимают максимум из каждого зарплатного рубля.
Но важно понимать, что большие клубы покупают не только очки. Они покупают глубину состава, статус, медийность, запас прочности и право на ошибку. Но таблица не всегда оплачивает эти расходы. Иногда она просто показывает: клуб потратил много, а результата получил меньше, чем должен был.
Есть ещё один способ проверить результат сезон 2024/25 — взять не только ФОТ 2025 года, а средний ФОТ за 2024 и 2025 годы. Это ближе к реальности: сезон шёл с лета 2024-го по май 2025-го, то есть захватил оба календарных года.
И здесь появляется важная поправка. По методу «только 2025» самым дорогим выглядит Спартак: 165 млн ₽ за турнирное очко. Но если брать средний ФОТ за два года, наверх выходит Зенит — 171 млн ₽ за очко, а у Спартака - 152 млн ₽ за очко.
Причина понятна: первую половину сезона Зенит ещё жил на старой зарплатной базе 2024 года, когда ФОТ был 12,6 млрд ₽. Оптимизация в полной мере проявилась уже в 2025-м.Спартак по среднему методу, наоборот, снижается до 152 млн ₽ за балл.
А вот Краснодар почти не меняется: около 70–75 млн ₽ за одно очко в зависимости от метода. И это главный вывод трёх карточек: как ни считай, чемпионский результат Краснодара остается самым устойчивым по эффективности.
Зенит и Спартак могут меняться местами в роли самого дорогого проекта сезона, но Краснодар стабильно остаётся клубом, который получил титул за существенно меньшие зарплатные расходы.
4. Рост денег против роста зарплат: четыре траектории РПЛ
Финальный график этой части — самый управленческий.
По оси X — рост операционного денежного притока. По оси Y — рост выплат на зарплаты. Обе цифры из отчета о движении денежных средств.
То есть это не бухгалтерская косметика, а движение живых денег.
Диагональ показывает равновесие: зарплаты растут тем же темпом, что и операционный приток. Всё ниже диагонали — модель улучшается. Всё выше — зарплаты растут быстрее денег.
Здесь РПЛ делится на четыре типа.
Здоровый рост. Приток растет быстрее зарплат. Клуб набирает запас прочности. Здесь — Зенит, Локомотив, Спартак, Динамо Махачкала, Ахмат, Рубин.
Главный феномен — Зенит. Плюс 33% по операционному притоку и минус 20% по зарплатам. Клуб сократил выплаты примерно на 2,5 млрд ₽, при этом операционный приток вырос примерно на 6,8 млрд ₽. На графике он буквально один в своей орбите.
Дорогой рост. Деньги приходят, но зарплаты растут еще быстрее. Здесь — Балтика, Краснодар, ЦСКА, Оренбург, Динамо Москва, Ростов.
Самый яркий пример — Балтика: плюс 22% по операционному притоку и плюс 75% по зарплатам. Это типичная цена роста после выхода на новый уровень. Чтобы конкурировать в РПЛ, приходится резко увеличивать расходы на состав. Как известно из первой части исследования без 2 млрд ₽ в РПЛ играть сложно.
Зона риска. Приток падает, зарплаты растут. Здесь — Акрон, Пари НН, Сочи.
Это неприятный квадрант. Модель расшатывается: денег от операционки меньше, а зарплатная нагрузка выше. Если тренд продолжится, 2026 год для этих клубов потребует или новых источников дохода, или жесткой коррекции расходов.
Сжатие. И приток, и зарплаты падают. Единственный клуб — Крылья Советов.
Но даже сокращение зарплат не спасает модель. Операционный приток Крыльев упал примерно на 40%, выплаты на зарплаты — только на 6%. Доходная база падает быстрее расходов — поэтому клуб уходит в красную зону по операционному кэшу.
Причина — резкое снижение целевого финансирования: с 1,48 млрд ₽ до 0,54 млрд ₽. Фактически регулярная поддержка сократилась на фоне роста трансферных поступлений.
И это уже системная проблема. Когда разовый доход от трансферов частично заменяет стабильное финансирование, бюджет формально балансируется. Но устойчивость клуба не растёт: трансфер сегодня есть, завтра его нет. А регулярная поддержка, как например у Балтики, могла бы идти не только на закрытие сезона, но и на развитие — инфраструктуру, академию, скаутинг, коммерцию.
Такая модель «сообщающихся сосудов» работает краткосрочно. Но стратегически клуб не становится сильнее — он просто закрывает год.
Этот график показывает не просто цифры. Он показывает управленческие траектории.
Зенит оптимизирует. Балтика инвестирует в рост. Акрон, Пари НН и Сочи входят в зону риска. Крылья Советов — не про развитие, а про балансировку сезона: когда разовые трансферные деньги компенсируют сокращение регулярной поддержки, клуб закрывает текущий год, но теряет запас прочности на будущее.
Заключение. Деньги важны. Но эффективность важнее
Главный вывод второй части: большие зарплаты по-прежнему помогают, но больше не гарантируют результат.
Зенит в 2023/24 взял титул при самой дорогой зарплатной модели в лиге. В 2024/25 клуб заметно улучшил эффективность расходов, но спортивный результат уже оказался ниже. Спартак заплатил за результат дороже почти всех — и остался четвёртым. Краснодар показал обратное: титул можно выиграть без самой большой зарплатной ведомости и иметь стабильную стоимость одного очка в турнирной таблице на протяжении двух сезонов.
Но есть и второй вывод, менее очевидный.
Эффективность — это не только «дешево набрать очки». Это способность клуба выдерживать нагрузку.
Зарплаты могут выглядеть нормально относительно полной выручки, но становиться проблемой относительно операционной футбольной выручки. Именно поэтому Крылья Советов, Краснодар и Сочи оказываются в зоне напряжения по разным причинам.
В РПЛ уже недостаточно смотреть на бюджет. Надо смотреть на три вопроса:
сколько клуб получает от футбольной деятельности;
сколько из этого уходит на зарплаты;
и сколько спортивного результата он получает на каждый потраченный рубль.
В следующей части — долги, убытки и запас прочности клубов.
Потому что эффективность затрат — это только половина картины.