Зачем я в это ввязалась? Это первая захватившая меня мысль. Вторая - мне не нравится мой сад. В субботу, когда приехали почти всем составом, тихонько прибирались, тихонько жарили мясо, не очень тихонько поднывал малыш, будучи в на редкость отвратительном настроении, а я смотрела на весь фронт работ и думала: не нравится мой сад.
Это я уже потом поняла, что это было от растерянности: работа по расчистке поляны, куда выходит тропинка из Секретного сада, начата, уже не бросить на полдороги, работы очень много и как лучше к ней подступиться - непонятно. Это растерянность, смятение меня захватили и заставили поверить, будто взаправду мне не нравится сад. А это было всего лишь малодушие.
Приехали мы чистить и на другой день, и тут меня, городскую белоручку, посетила спасительная мысль: костер!
Мы выкопали большую-пребольшую яму и стали потихоньку все в ней сжигать. Сначала ветки, бревна, под конец я даже нашла колченогий стул, который уже пару лет стоит за сарайчиком и всех дел его - меня страшно бесить. И его сожгла. Во истину, огонь обладает какой-то очищающей, первобытной силой: это же я не просто ветки и стул сожгла, а сомнения, неуверенность, страх и растерянность.
С костром дело пошло не просто быстрее, а несоизмеримо быстрее. Я уверена, что все залежи веток за месяц-другой мы сожжем.
Одновременно с этим я разгребала траву граблями и убирала мусор. Прошлые несколько мешков - ничто по сравнению с тем, сколько я набрала в этот раз. Из находок - два мешка с чем-то, напоминающим мел. Только потянула за пленку - и все рассыпалось. Но если это и правда мел, то и не страшно. Наверное.
Еще пакет со стекловатой.
Еще гора битого стекла.
Шланг.
Ботинки и калоши.
Небольшой щиток от кровати.
Битый шифер.
Бутылки пластиковые и стеклянные.
Банки и лампочки.
Шприцы и капельницы.
Но будто в бане напарилась: так легко на душе от костра и этих десяти пакетов мусора. Ведь это все было скрыто от глаз, но неизменно присутствовало. А теперь всё, чисто.
Срочное сделано, можно прерваться на цветники, а потом вернуться снова на эту поляну: теперь здесь спокойно можно будет косить и не торопясь убираться в течение мая-июня.
В какой-то момент я выбежала оттуда и побежала то ли за секатором, то ли еще за чем. Выбежала из желтой, пожухлой, огненной поляны и очутилась в своем зеленеющем прохладном, спокойном саду.
- Ух, - подумала я, - а ведь просто повозиться сейчас в цветниках - это было бы плевое дело!
Вот так я сама себе задала работку, чтобы на контрасте то дело, которое прежде весной мне казалось сложным и требующим много физических сил, стало для меня отдыхом и желанным времяпрепровождением. В самом деле, если не нужно готовить новые места под посадку, то вся остальная возня с цветочками весной - это мило, приятно и совсем не обременительно.
Но мне пора было возвращаться в мой трудовой эпицентр, а там есть, например, вот такое:
Это остатки сгнивших бревен. Среди них малина. Ее-то я выкорчую в ближайшем времени, это не сложно, а вот гнилушки, толстым слоем закрывающие землю, я, пожалуй, убирать не буду. Понаблюдаю за этим местом в течение лета, пока идет расчистка вокруг: сейчас что-то сажать было бы совсем сумасшествием. А вот в августе-сентябре, если это место окажется послушным, не затянется ковром крапивы и не рухнет, сгнив, в преисподнюю, то я посажу туда или рододендроны, или гортензии, или и то и другое. Самое то, мне кажется, в гнилушки.
Удивительное дело, много ли найдется таких дел, ради которых мы добровольно тащимся в какую-то даль, портим руки, гнем спину? У меня обгорело лицо. В субботу я забыла сменную одежду и так извозила штаны, что на них было страшно смотреть. И я ведь ехала домой, а потом еще шла от машины до подъезда. Я исцарапала руки, пропахла костром и вечером завалилась спать, как шахтер, не найдя в себе сил прочитать ни строчки. И это все добровольно. Мало того, без этого я уже не буду счастливой. Вкусив прополки и почувствовав всем телом тяжесть лопаты и грабель, невозможно остаться обыкновенным человеком.
В воскресенье, когда костер догорал и уже пора было начать собираться домой, я решила отдохнуть, вскопав канавку вокруг чуть увеличившегося цветника. Главное, вскопка очень нравится малышу. Он всегда пристраивается рядом с совочком и с крейсерской скоростью засыпает и затаптывает мои траншеи. Зато не ноет. Вскопав, я отошла назад, потом еще чуть дальше, встала на холм и посмотрела и на свою работу, и на весь сад целиком. Теперь он мне снова нравился, весенний, нежный, трепетный. Никакой растерянности, а лишь твердая почва под ногами.
Ваша Маруся
А на что вы добровольно идете ради любви к саду?