Запах, несмотря на отрытую дверь, становился всё сильнее. Мастера сердито шмыгали носами, а Директор, уткнулась носом в кружевной платочек, который откуда-то выудила.
Джин теперь более внимательно осмотрела братьев. Итак! Папазол, совсем не тот, за кого себя выдает, решила она и услышала, как тот хмыкнул. Посмотрела на Пуха, который заинтересованно рассматривал детали тела завхоза. Мнение о нем Джин не изменила, парень, вряд ли качался, хотя и имел спортивную фигуру, а Тайгрис, который у неё вызывал безотчетное раздражение, её удивил, он был собран, насторожен и не шмыгал носом, как мастера, а принюхивался, как зверь.
Заметив её взгляд, он неожиданно заявил:
– Здесь не один труп! Воняет двухнедельной падалью.
– Да ты что, какие две недели? – взвилась Джин.
– Что?! Как две недели? – Директор побледнела и вопросительно уставилась на Джин. – Сюда, когда последний раз заходили? Джин Касимовна!
Будущий минеролог нахмурилась и резко возразила:
– Не может быть! Две недели назад я сама здесь была с обмерщиком из компании. Здесь тогда ничем не воняло, и мы здесь всё обмеряли. Никаких трупов не было, мы же все двигали. Кстати, завхоз тогда тоже был жив и ныл, что мы его задерживаем. Когда мы ушли, он здесь остался и что-то двигал.
– Это точно! – проворчал один из прибывших мастеров, старательно смотря в окно, очень не хотелось смотреть на части тела. – У нас вот и чертёж есть, кстати, с его подписью. Да и, простите, этот разрубленный тип совершенно свежий.
– Да-да-да! – забормотал второй. – Наш обмерщик здесь был две недели назад. Не было тогда тела, иначе бы он нам рассказал.
– Значит, что-то дохлое принесли чуть позже, – отрезал Тайгрис.
В коридоре раздался шум.
–Пропустите! Полиция.
Джин отодвинул широкоплечий черноволосый парень в дорогом темно-сером костюме, который изумлённо уставился на хиппи, с директором на руках.
Девушка успела заметить, что её ученик опять чуть качнул головой и нахмурился. Получалось, что этот полицейский его знал, и… Она внимательно посмотрела в лицо прибывшего и поняла, что этот парень очень уважал этого, так сказать, школьника и был готов к сотрудничеству. Джин с удивлением взглянула на Папазола, тот сердито кашлянул, и Черноволосый немедленно изменил выражение лица на озабоченное и принялся пристально изучать разрубленные части тела.
В комнату заглянул полицейский в чине капитана.
– Наши там школу оцепили. А что это вы здесь все торчите? Нам же работать надо.
– Здесь на полу следы, – любезно сообщил ему хиппи, – мы как только вошли, то сразу остановились. Вам же следствие проводить, вот мы боимся лишнего натоптать и вам помешать.
–Поторопитесь! – строго проговорила Директор полицейскому. – А то молодой человек уже устал меня держать. Я директор этого лицея. Обращайтесь ко мне Изольда Артуровна. Мне не нравится, что лицей оцепили. Это может вызвать ненужные вопросы и разговоры. Зачем волновать родителей?
Капитан окинул строгим взором необычную группу.
– Ха! Волновать, говорите! Теперь уже ничего не сделать, разговоры всё равно будут. Вам придётся постоять ещё, сейчас криминалисты подойдут, – потом озадаченно принюхался. – У вас что, крыс поморили? Дохлятиной несёт.
– Нет! Мёртвые крысы так не пахнут. Похоже, здесь есть ещё один труп, и он разлагается, – резко возразил здоровяк-ученик.
Директор тихо застонала, а Джин посерела. Все стали принюхиваться и переглядываться.
Тайгрис мысленно хохотнул, обнаружив, как его учительница борется с тошнотой, потому что это была нормальная реакция.
Если честно, Тайгрис сам не понимал себя. Как только он её увидел, то постоянно раздражался на любое сказанное ею слово и сделанное движение. Ему категорически не нравились женщины, подделывающиеся под мужчин! Она к тому же пришла на урок вызывающе одета и с ярко накрашенными губами. Увидев, что она боится, он обрадовался, что женщина в их красавице-учительнице ещё жива, однако его язык независимо от него, тут же уколол их учительницу:
– У меня есть майка. Можешь опять выворачивать желудок!
Джин побледнела ещё сильнее и злобно полоснула взглядом его, но из-за запаха и волнения мозги отключились, и она не смогла одёрнуть негодника. Капитан, глядя снизу-вверх на Тайгриса, который из-за роста и бугров мышц у него плохо ассоциировался со школой, осведомился:
– Простите, Изольда Артуровна, а это тоже Ваши ученики?
Черноволосый оскалился, но Директор холодно воззрилась на полицейского.
– Да. Из вечерней школы. А Вы что-то имеет против? Отвечайте!
Этот голос что-то пробудил в памяти полицейского, и он испугался, забытым страхом ученика, который до смерти боялся завуча и директора.
– Не-не! Простите, больше не буду! Ты, парень, потерпи чуток, сейчас прибудут специалисты. Эх, до чего дошли! В школах стали убивать, мерзавцы! – капитан покачал головой. – Раньше такого и быть не могло! Да что там! Такого даже в девяностые не было!
Прибыли криминалисты и загнали всех на белые листы бумаги. Забрав отпечатки от их обуви, они велели подождать в коридоре, особенно те, кто вошел первыми.
Директор нежно улыбнулась Хиппи:
– Как, Вы, молодой человек? Не устали?
– Что Вы Изольда Артуровна! Вы лёгкая, как пёрышко, – он действительно даже не напрягал мышцы.
В комнате что-то рассматривали, фотографировали тихо переговаривались, из всего это Джин смогла вычленить шепот одного мастера:
– Классная милфа я бы тоже такую согласился держать.
Это пробудило у Джин, дремлющий комплекс толстухи, и она попыталась съёжиться и спрятаться за дверью. Директор, которая также всё слышала, покачала головой и холодно воззрилась на неё.
– Джин Касимовна! Ваши отпечатки уже есть. Отправьте, пожалуйста, любопытных в классы! ЧП – не – ЧП, а у них уроки! Думаю, что минут через пять нам всем позволят выйти.
Справившись с комплексом неполноценности, учительница химии выскочила в коридор и грозно воззрилась на школьников, которые клубились у поворота коридора, вытягивая шеи и приподнимаясь на цыпочки, чтобы разглядеть, что произошло. Не зря же столько полиции понаехало, да и «Скорая помощь» прибыла!
В коридоре стояли не только ученики и учителя, но и весь обслуживающий персонал: уборщицы, буфетчица и охранник. Полуголая химичка произвела на всех неизгладимое впечатление. Охранник расправил плечи и крякнул, буфетчица всплеснула руками, уборщицы стали шептаться, а ученики и учителя разинули рты.
– У вас что, уроков и работы нет?! – ледяным голосом поинтересовалась Джин и потом воззрилась на учителей. – Изольда Артуровна в недоумении. Как можно было позволить ученикам волноваться? Уроки должны немедленно возобновиться! У всех пять минут на исправление ситуации.
Имя директора подействовало, как ледяной душ, и коридор мгновенно опустел. Директор, оказавшись в коридоре, кивнула секретарю и направилась подальше от музея.
– Прошу всех в кабинет. Тамарочка! Лимоны, кофе, чай, выпечку.
Все расселись за длинным столом в её кабинете, а секретарь, у которой тряслись руки и были белыми губы, просипела, расставляя чашки и блюдца:
– Это правда или врут, Изольда Артуровна? Что с нами сделают?
– Не торопитесь думать о плохом, и так невесело. Действительно, завхоза ужасно и отвратительно убили, – устало ответила та. – Тамарочка, надо задержать всех после уроков, кроме учеников, конечно. Думаю, с коллективом захотят поговорить. Молодые люди, выпейте по чашке чая или кофе, вам тоже надо восстановить нервную систему.
Они молча пили кофе и переглядывались, причём у Джин возникло ощущение, что Пух и Папазол переговариваются, она попыталась заглянуть в глаза Пуха, но тот скорчил невинно-недоумевающую рожу. Она рассержено фыркнула, к тому же ей было неуютно от того, как на неё смотрел качок: глаза его сузились, как у кота, а ноздри раздувались. Она сжала кулаки, чтобы успокоиться.
В кабинет заглянул черноволосый полицейский в костюме и, взглянув на Хиппи, попросил:
– Парень, пошли со мной! Покажи, кто первым вошёл, а то мастера истерят и путаются.
– Не пущу одного, он мой ученик! –вскочила Джин.
Черноволосый озадаченно посмотрел на неё, а Директор сообщила:
– Допрос учеников можно производить только в присутствии родителей или учителя.
– Я совершеннолетний, – мягко возразил Павпазол и подмигнул ей.
– Это не меняет дела, – возразила Директор, порозовев. – Закон есть закон!
Джин решительно выдвинула нижнюю губу, демонстрируя несгибаемое упрямство, и их Хиппи неожиданно согласился.
Когда Джин шагнула к двери, то жилетка распахнулась, и Черноволосый гулко сглотнул. Роскошная грудь в прекрасном чёрном бюстье поднимала настроение, и будила дурные мысли. Как не крути, а против природы не попрёшь.
Могучий ученик побагровел, он, видимо, счёл недопустимым, что на его училку, так смотрят, резко сорвав с себя майку, протянул ей. Это было надо видеть, как лица мужчин стали свекольного цвета, когда Джин кивком поблагодарила своего ученика и, сдёрнув жилетку, натянула майку. Она удивилась из-за того, что буквально утонула в ней.
– Спасибо! А ты здоров, парень! Потом скажешь, как качаешься, – пророкотала она, вернув ему жилетку, и отправилась за Хиппи и Черноволосым, оставив Тайгриса в полном ошеломлении, что выразилось в том, что он заморгал и беззвучно зашлепал губами – слов не было.
Разговор между Черноволосым и Папазолом озадачил Джин.
– Мастер, ты из-за этого здесь?
– Нет-нет! Это совпадение! У нас свои интересы! А почему ты здесь, Роман[1]?
– А потому что это уже пятнадцатый случай за неделю. Причем обязательно расчлененка. У нас уже глаза на лоб лезут от всего этого. Весь Отдел на стенку лезет. Мы проанализировали все убийства и не нашли ничего, что могло бы связывать убитых. Ничего!
Джин поджала губы, получалось, что этот Черноволосый не полицейский, а из ФСБ. Их Папазол нахмурился.
– Только в эту неделю? А раньше?
– Было и раньше, но местные не сразу допёрли, что это не просто маньяк, и нас вызвали. Представляешь, что нам стоило, чтобы шум не поднимали?! Но, ни один журналист не узнал! Кстати, а ей можно доверять?
Хиппи взглянул на неё и хмыкнул.
– Кремень! Под пытками не заговорит.
Джин стала счастливой из-за того, что этот свинтyс понял, что ей можно доверять. Она благодарно пожала ему руку. Когда они подошли к «музею», то черноволосый Роман, выпроводив лишних, посмотрел на камни в коробках, подержал их в руках, прислушиваясь, потом попросил:.
– Магистр, давай!
– Знаю я ваши штучки, – зарычала Джина. – Не трогайте парня! Что значит давай?
– Не волнуйся, он не угрожает! – остановил её ученик, подошёл к голове, которая всё ещё торчала на ручке швабры. – Видел, кто убил?
– Безногий, – прохрипела голова.
– Невероятно! – Джин глотнула воздух и огляделась, может розыгрыш какой, но и Папазол, и пресловутый Роман были серьёзными. Голова попыталась закрыть глаза. Её ученик прищурился. – Роман, когда вы разберётесь с ними, наконец?
– Да вроде их всех тогда того… –пробормотал Черноволосый.
– Значит не всех, – Папазол фыркнул, но потом властно проговорил. – Смотреть на меня!
Голова застонала, но глаза открыла. От всего этого у несчастной защитницы прав подрастающего поколения затряслись ноги, и она так же, как и мёртвая голова, уставилась на ученика.
– Успокойся, Джин Касимовна! Этот приказ не для тебя, – Папазол похлопал свою учительницу по плечу. Джин с облегчением перевела дух. Голова безмолвно раскрывала и закрывала рот. Хиппи нахмурился. – А ты что молчишь? Говори! Кто убил остальных?
– Не знаю! – просипела голова.
– Хороший некромант работал, разносторонний. Очень сильтный! – заметил Папазол и потёр руки. – Мне всё это очень не нравится! Однако, всё страньше и страньше, как говорил какой-то ваш литературный герой.
Прочухавшись, Джин внезапно поняла, что они спрашивают не то и не так, ведь надо понять мотивацию преступников. Она, отодвинула ученика и строго спросила:
–Получилось?
Голова несколько раз моргнула и вытянула губы.
– Но-но! – предупредил его Папазол.
– Нет! – голова завхоза огорчённо просипела. – Кстати, там пробовали вырастить, не получилось. Здесь тоже не получилось.
– Многих убили? – опять спросила Джин, вспомнив про то, что сказал Черноволосый.
– По возрастающей, прибавляя по одному в каждый знаковый момент, а когда убили пятерых за сутки, а так и не проснулся, то поняли, что не так расшифровали, – расстроилась голова.
Когда Роман услышал про пятерых за сутки, он злобно оскалился и стукнул себя ладонью по лбу, потом быстро отправил куда-то смс-ку. Папазол угрюмо поджал губы, а Джин, вспомнив всё, что читала в детективах, спросила:
– Что обещали?
– Золото, конечно! Ты что, тупая?! –возмутилась голова.
–Какая-то дикая мотивация?! – возмутилась Джин. – Зачем ради золота убивать по возрастающей? Врёт он всё!
–Свободен! – распорядился Папазол, голова закрыла глаза, её ученик повернулся к черноволосому. – Рома, что ещё нашли в этой комнате? Что так вняло? Ведь не трупы же?
– Части. Точнее, только кисти убитых раньше. Это они гниют, правда некоторые подсохли.
– Я здесь была две недели назад – не воняло, – сообщила Джин.
Черноволосый отмахнулся.
– Это понятно. Их припёр ваш завхоз.
– Только вот зачем? – её ученик задумчиво почесал нос, потом хлопнул себя по лбу. – Рома, учти! Я не просто так спрашиваю. А не держали ли они в руке что-нибудь?
– Нет слов! – Роман несколько раз глотнул воздух, приходя в себя. – А это-то к чему?
– Ты лучше рассказывай, – велел Папазол и строго посмотрел на Романа. Джин, лопаясь от любопытства тоже.
Роман поморщился.
– Магистр, у всех ранее расчленённых были отрублены кисти. Учти, хорошо отрублены, почти не повреждены суставы. Так вот, все эти кисти оказывается здесь. Уж не знаю, как ты догадался, магистр, но все эти руки сжимали разные камушки.
– Камушки трогали или нет? – Папазол заволновался.
–Специально нет, но задевали, конечно, когда их складывали в пакеты. Магистр, но все были в печатках.
– Э-э… Все живы?
– Однако… – Роман запыхтел. – Живы, конечно. Я один камешек поднял – он выкатился из кисти. Обычный речной голышек.
–Обычный? – Папазол нахмурился.
– Не сомневайся! Все камни обычные, только разные: гранит, известняк, травертин, доломит и т.п. Просто коллекция какая-то. Вот что, Вам надо их посмотреть! Пожалуйста! – Роман умоляюще взглянул на Папазола, тот кивнул. – Тогда, вы все сразу со мной? Должны же мы понять из-за чего весь сыр-бор?
Папазол покачал головой.
– Рома, думаю, что нам надо сохранить легенду. Если хочешь, у меня предчувствие такое. К тому же мне надо подумать, зачем это сделали. Я что-то никак не могу понять случившееся.
– А что делать с ней? Она же всё слышала, – Роман устало взглянул на Джин.
– Делать? Делать?! – Джин зло сощурилась.
Её ученик усмехнулся.
– Ничего! Я сразу сказал, что она кремень, но мы с братьями сходим к ней в гости. Надо же узнать, кто она?
– Тоже предчувствие?
– Нет, Рома, почти уверенность, – странно ответил Папазол. – Мы сходим к ней в гости и разберёмся.
– И не мечтай! – возмутилась Джин. – Ишь ты, в гости он собрался!
– А куда ты денешься с подводной лодки? –усмехнулся Папазол. – Ну, Рома, жди! Мы скоро к вам приедем и обо всё договоримся.
Джин попыталась дёрнуться, но только поэкала, связанная странной силой. Она было решила и не ходить, но ноги против её воли пошли за Папазолом. Так она с ним и ввалилась в кабинет Директора.
Хиппи, всплеснув руками, залепетал:
– Там такой ужас, Изольда Артуровна! Такой ужас! Джин Касимовне стало плохо. Прямо чуть в обморок не упала. Там такое, Вам потом расскажут какое! – Джин от бешенства покраснела, но так и не смогла ничего сказать, только по щеке скользнула слеза от пережитых усилий, а наглый ученик скорчил заботливую рожицу. – Видите? Плачет! Можно мы поможем ей? У нас уже всё спросили. Братик, помоги! Мы её проводим до дома. Она так ослабла от переживаний. Уроки, наверное, не сможет вести сегодня.
– Конечно, поможем, а то она вдруг по дороге хлопнется в обморок! – Пух состроил невинную рожицу, и пнул здоровяка.
– Это точно, – засопел тот. – В случае чего дотащим! Она не такая и тяжёлая.
Директор взглянула на Джин, но та молчала. Она удивилась, потому что давно поняла, что Джин – это не трепетная лань. Раздалось покашливание. Директор обернулась и выгнула бровь – Папазол сверлил её взглядом. Догадавшись, что это не просто так, она решила им помочь, и печально покивала.
– Конечно, мальчики, проводите её. Это очень сильный стресс! Джин Касимовна не волнуйтесь! Вас сегодня заменят, – потом повернулась к учителям, сидевшим тихо, как мыши, и приказала. – Остальным сидеть и ждать полицию! Думаю, у полиции будут вопросы ко всем.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Роман - сотрудник особого отдела ФСБ знаком с Папазолом по делу с Золотым Яйцом см: «Курочка Ряба и серые волки»