Еще немножко об отставках и назначениях прошлой недели. 27 апреля главой «Россотрудничества» стал Игорь Чайка (сын полпреда президента в Северо-Кавказском федеральном округе, бывшего генпрокурора России Юрия Чайки). Сменил он на этой должности Евгения Примакова. Это назначение совпадает с ревизией, реформой «мягкой силы», над которой, по моим данным, сейчас работают в администрации президента. Впрочем, надо сказать, что идея, что надо всё-таки изменить позиционирование и информационное влияние России, обсуждается не впервые. Собственно, само создание федерального агентства «Россотрудничества» в 2008 году было приурочено к этой цели.
"Россотрудничество" когда и создавалось как главный актор российской "мягкой силы"
В СМИ того времени (кстати, это было президентство Дмитрия Медведева) можно прочитать, что идея создать «Россотрудничество» появилась после грузино-осетинского конфликта. Напомним, что Россия в этой ситуации вступилась за Осетию и провела миротворческую операцию «Принуждение к миру». Причем весьма успешную практически по всем параметрам, кроме одного. Информационная война, по меркам многих экспертов, тогда была проиграна. После России фактически не предъявляли каких-то серьезных претензий за применение силы, но в моменте из нее был быстро создан образ агрессора. Вот тогда и решили, что подобное повториться больше не должно и нужно ведомство, которое будет заниматься имиджем России за рубежом. В статьях того времени можно прочитать, что «Россотрудничество» должно было стать чуть ли не аналогом USAID. Однако все руководители ведомства до сегодняшнего дня сталкивались всё время с двумя проблемами — разрушенные в 90-е каналы «народной дипломатии» (сейчас ее называют общественной; основана на неформальных связях, в 90-е считалось, что она не так значима) и недостаток финансирования (бюджеты «Россотрудничества» и USAID несопоставимы).
Что происходит сейчас и при чем здесь новый глава ведомства?
По моим данным, где-то с прошлого года в администрации президента было принято решение об активизации политики России прежде всего по отношению к странам ближнего зарубежья. Под эти цели там появилось управление по стратегическому партнерству и сотрудничеству. Пробный шар новой политики — Абхазия. И надо сказать, что там, несмотря на прошлогодний кризис, президентские выборы выиграл кандидат, поддерживаемый Россией. Следующим приоритетом была Молдавия (там, правда, ситуация в итоге не очень).
Чайка же был бизнес-послом на территории Молдавии и Приднестровья от организации «Деловая Россия», а также возглавлял общественный совет «Россотрудничества». По моим данным, он консультировал АП как раз по этой стране, и человек там для них не чужой.
Одновременно понятно, что ревизия и реформа прежде всего подразумевают оценку имеющихся ресурсов, в которые безусловно входит и «Россотрудничество». Поэтому назначение Чайки стоит рассматривать как часть этого процесса.
Авторское мнение
Вообще в экспертной среде порой встречается мнение, что, возможно, нам и не надо играть в «мягкую силу», так как это изначально американский концепт и копировать чужое без предпосылок — значит заведомо ставить себя на путь догоняющего. Например, известный эксперт по международной политике Фёдор Лукьянов больше говорит о влиянии.
Я бы сказал, что исторически мы хороши в точечном воздействии, помощи. Идеология, ценности, продвигаемые Россией, обычно востребованы у тех международных игроков, которые так или иначе вошли в клинч с западной системой. И здесь мы не то что транслируем какие-то свои ценности, а, скорее, нарратив, что можно идти против транслируемого мейнстрима. Другой вопрос, что это тоже хитрая комбинация, потому что такой путь тоже надо уметь продавать. И тут надо всегда искать любые потенциальные точки, где можно приложить усилия, а не вести массированную идеологическую борьбу. Так что, возможно, наш путь на идеологическом фронте как раз в этом: поддерживать тех, кто идёт против принятых правил. Это чисто прагматичный вывод — в политике я не даю моральных оценок.