Сразу после пандемии мне пришлось искать работу. И умные люди надоумили: а не пойти ли тебе работать в городскую поликлинику. Платят вроде нормально, прием строго по записи, поликлиника отремонтирована… Попробуй, а? Тебя с твоим опытом с руками оторвут… Ну я и попробовал – обратился к шапочному знакомому, который трудится в Депздраве Москвы. Тот посмотрел мои документы, его все устроило, и он согласился ответить на некоторые мои вопросы, касающиеся будущей работы.
Что оказалось?
Во-первых, работа в системе Депздрава – это ТОЛЬКО районная детская поликлиника. Больше они предложить ничего не могут. Физически.
Во-вторых, если я приду туда работать, то и проработаю на должности врача-отоларинголога до тех пор, пока не напишу заявления об увольнении. Ну или пока не вынесут ногами вперед.
И наконец, в-третьих. Курсы повышения квалификации раз в пять лет, любая самодеятельность в виде стажировок в ведущих клиниках или дополнительные курсы – освоение эндоскопии, например, тимпанометрии, фониатрии – не приветствуются, а как раз наоборот. Даже за свои деньги. Даже в нерабочее время.
Выводы были неутешительные. Поликлиника оказалась тупиком, после которого нельзя было бы перейти ни в частную клинику – из-за элементарного несоответствия требованиям, ни тем более в стационар – по той же самой причине. Ну и вдобавок моя однокурсница написала в чате, что с зарплатой там тоже не все однозначно. В один месяц могут заплатить то, что обещали в описании вакансии, в другой – голый оклад, так как поликлиника «не выполнила плановых показателей» или как-то там еще. Ну а в среднем получается сумма вполовину меньше, чем пишут в прессе.
В общем, работать в поликлинику я не пошел.
ЧТО ЭТИМ ВРАЧАМ НУЖНО, В КОНЦЕ-ТО КОНЦОВ?!
А правда, что им, докторишкам, нужно? Почему они не едут радостно работать в деревню и воротят нос от городских поликлиник? Уж и деньги им предлагают, и программы разновсяческие – а они рвутся в частные клиники и норовят остаться в городах, где заканчивали мединституты. А то и вовсе в Москву переезжают. Вот не припомню, где, но кто-то сказал, что Москва построена из какого-то материала. Но этот материал – точно не резина.
Комментаторы (стесс-но!) непременно напишут, что вот, мол, в Советском Союзе было распределение, ехали врачи работать в провинцию – и ничего! Никто не умер (за редким исключением).
Ладно. Давайте разберем и это.
Распределение –всегда сделка. Врач отказывается от денег (со всеми надбавками в провинции платят намного меньше, чем в Москве). Если «единовременную выплату» (которая там есть, а там нет) размазать на те годы, которые нужно отработать, в месяц получается довольно-таки скромно. Жилье тоже приходится оплачивать из своего кармана – обычно компенсируется до 50% стоимость съема, не больше и не всегда. Врач отказывается от профессионального роста – сейчас идет резкое сокращение перечня операций и манипуляций, которые врач должен выполнять на амбулаторном приеме или в сельской больнице. Чуть посложнее – нужно везти в район, область, далее везде. Современного оборудования как не было, так и нет. Поехать из отдаленного района на стажировку вообще не представляется возможным (даже не буду об этом говорить). Конечно, из того, что разрешено, врач научится всему, будет определять болезни по одному внешнему виду, но это – девятнадцатый век. А в областных центрах и в той же Москве уже давно двадцать первый, и доктора с опытом из позапрошлого века там попросту не нужны.
А что взамен?
В том же Советском Союзе уровень оснащенности районных больниц был вполне сопоставим с уровнем оснащенности московских. Это мы теперь знаем, что и там, и там он безнадежно устарел уже к середине 1970-х годов. Зарплата тоже была вполне сопоставима с московской. Жилье – давали, а если этого не происходило, то только потому, что все остальное население точно так же ютилось в общежитиях. Наконец, каждый приехавший покорять столицу молодой доктор из провинции был волчище, прошедший огонь, воду и медные трубы – даже если ему не было тридцати. Наконец, каждый врач чувствовал себя не одиночкой, а частью общности, которая называлась – Советский Народ. Частью чего мы все чувствуем себя сейчас? (и сказать-то стыдно…). Наконец, в СССР были другие стандарты жизни, в современной России они на несколько порядков выше. И предлагать пожить ниже этих стандартов десяток-другой лет ради того, что «кто-то же доложен» по крайней мере не совсем честно.
А ДЕЛАТЬ-ТО ТОГДА ЧТО?
Знаете, привлечь молодых врачей работать в провинцию все же можно. Да и не молодых, типа, например меня – тоже. За карьерой и деньгами люди поедут. Если им дать то, что они хотят – поедут.
А чего же хотят врачи? Давайте я сформулирую, раз уж больше некому.
Высокая оплата труда.
«Высокая» - это действительно высокая, к профессии врача должны стремиться не только из-за призвания. Например, оклад врача должен составлять 6 МРОТ, оклад среднего медперсонала должен начинаться от 4 МРОТ (МРОТ в 2026 году – это 27 093 рубля, если что). Плюс доплаты – за сверхурочную работу, вынужденное совместительство. Если участкового терапевта вынуждают взять второй участок, значит, и платить за него должны как за первый, а не «согласно дополнительному соглашению к трудовому договору». И конечно должны быть дополнительные доплаты за работу в сельской местности, отдалённых регионах и тяжелых климатических условиях – вообще там, куда специалисты едут с большой неохотой. И разумеется, оклад должен быть основной частью оплаты труда, которая выплачивается в любом случае. Штрафы и прочие удержания – только из стимулирующей части оплаты, и никак иначе.
Кстати, все это относится и к представителям других профессий. К педагогам, рабочим на заводах, служащим. Никто и ничто в России не мешает платить людям НОРМАЛЬНО. Другой вопрос – почему это не делается, где оседают деньги, которые должны на самом деле осесть в карманах трудящихся. И этот вопрос еще ждет своего исследователя.
Или следователя.
Жилье.
Сразу – никаких «единовременных выплат на приобретение» и «компенсаций расходов на аренду». Только служебная квартира с первого же дня работы – это позволит полностью исключить случаи, когда регионы всячески пытаются оттянуть выплаты или снизить их по своему разумению.
«Можно, я оставлю себе шесть шиллингов на счастье?»
Арчибальд Кронин. «Цитадель»
Если врач, фельдшер или медицинская сестра решит осесть в регионе – немедленно должна предоставляться ипотека с компенсацией от 50% ежемесячных выплат. (Если кого-то возмутит эта цифра, исправлю на 80%).
Транспорт.
Обязательно – право на бесплатный проезд в городском транспорте, а при переезде в сельскую местность – немедленное предоставление автомобиля, причем не любого, а способного ездить 24 часа в сутки и семь дней в неделю.
Если кто-то не согласен – ответьте пожалуйста на вопрос, почему депутат, который получает более 400 000 рублей в месяц, должен повсюду ездить бесплатно (хотя имеет служебный автомобиль с водителем), а медицинская сестра, которая получает в десять раз меньше, должна оплачивать проезд?
Повышение квалификации.
Это врач на своем участке работы видит реальные вызовы, с которыми он сталкивается каждый день. Не управление здравоохранением области, которое оценивает «среднюю температуру», а сам специалист, ежедневно работающий с пациентами. Поэтому – раз в год, по выбору этого самого специалиста ему должны предоставляться и оплачиваться стажировки в клиниках, которые укажет он сам.
Ну и разумеется, неограниченный доступ к информационным профессиональным ресурсам, как к российским, так и к зарубежным – даже тем, которые сейчас почему-то не открываются без VPN и не могут быть оплачены с территории РФ.
Карьера
Тут совсем все просто. Главными врачами в районных больницах должны становиться специалисты, которые приехали когда-то рядовыми докторами, а не «варяги», приехавшие непонятно откуда.
У меня все. Если кому-то захочется что-то добавить, если я что-то упустил – милости прошу, пишите в комментариях.