— Собирай свои пожитки завтра же утром, и точка.
Тамара Васильевна брезгливо смахнула несуществующие крошки с потертой клеенки. Ножка старого кухонного табурета противно скрипнула по вздувшемуся линолеуму. За окном накрапывал нудный осенний дождь, размывая контуры серых многоэтажек. В тесной кухне пахло готовящимся ужином, застоявшейся сыростью и тяжелым лаком для волос, которым свекровь щедро поливала свою прическу.
Денис устало потер переносицу. Он сидел напротив матери, ссутулившись над чашкой давно остывшего чая.
— Мам, ну подожди. Не гони лошадей, — Денис усмехнулся, разглядывая свои идеально ухоженные ногти. — Скажу Ксении, что подвернулся крупный консалтинговый проект на севере. Месяца на два. Она поверит. Она мне всегда верит, привыкла уже. А остальное ты сама уладишь? Мне лишние истерики сейчас ни к чему.
— Улажу, можешь даже не сомневаться, — женщина поправила воротник строгой блузки. — Скажу ей все как есть. Ты, главное, вещи собери тихо, без суеты. Инесса Эдуардовна ждать не любит. Женщина она солидная, три частные клиники в городе держит. Зачем тебе эта земледелка с ее цветочками? А там — должность коммерческого директора, машина с водителем. Твой билет в нормальную жизнь.
Они так увлеклись планированием его безоблачного будущего, в котором для законной жены места не предусматривалось, что пропустили тихий щелчок входного замка.
Ксения бесшумно разулась в прихожей. Повесила влажный плащ на металлический крючок, с которого давно облезла краска. Девушка слышала лишь последнюю фразу свекрови про переезд и «земледелку», но даже бровью не повела.
Она прошла на кухню. От нее пахло дождем, свежим воздухом и едва уловимым цветочным парфюмом.
— Ой, Тамара Васильевна, вы в гости зашли? А я вот пораньше освободилась, — Ксения приветливо улыбнулась, ставя на стол объемный бумажный пакет. По кухне тут же поплыл густой, уютный запах корицы и сладкого теста. — О чем шепчетесь?
Свекровь обменялась с сыном быстрыми, колючими взглядами. Денис нервно кашлянул, одергивая манжеты дорогой рубашки, которую всегда прятал в глубине шкафа. Ему стало откровенно не по себе. Именно он позвал сегодня мать, чтобы та морально подготовила жену к скорому расставанию.
— Да так, о житейском говорим, — сухо отозвалась Тамара Васильевна, поджимая губы в тонкую нитку. — О том, как вы тут ютитесь на сорока квадратах, как мыши в банке. Никаких перспектив на горизонте. Я Денису прямо говорю, что так дальше продолжаться не может.
— И не будет, — совершенно спокойным, ровным голосом ответила Ксения. Она достала из верхнего шкафчика чистую кружку, плеснула кипяток из шумящего чайника. — Я ведь почему пораньше приехала. В МФЦ была, бумаги оформляла. Я недвижимость купила.
На кухне повисла тяжелая, густая пауза. Слышно было только, как натужно гудит мотор старого холодильника. Денис так и замер с недонесенным до рта печеньем. Тамара Васильевна медленно, словно не веря своим ушам, моргнула.
— Какую еще недвижимость? — презрительно фыркнула свекровь, оценивающе оглядывая скромный бежевый кардиган невестки. — Студию на окраине взяла, чтобы два часа до метро по сугробам шагать?
— Пентхаус. В новом элитном комплексе у реки, — Ксения неторопливо отпила чай, задумчиво глядя на капли дождя, стекающие по стеклу. — Двести десять квадратов. Огромная гостиная, панорамные окна в пол. Охрана, подземный паркинг. Можно теперь о расширении семьи подумать, пространство позволяет.
— Мечтать не вредно, — нервно усмехнулась женщина. — Сказки венского леса. Насмотрелась своих картинок в интернете, фантазерка.
— Вот-вот, — поддержал Денис, чувствуя, как по спине пробежал неприятный, липкий холодок. — Откуда у тебя такие средства? Ты же ландшафтным дизайном занимаешься. Трава, кусты, клумбы. За это миллионы не платят.
Дело в том, что Денис уже давно тяготился этим браком. Он женился на Ксении три года назад, рассчитывая, что ее студия ландшафтного дизайна принесет им горы золота. Увы, доходы жены казались ему слишком скромными для его раздутых амбиций.
Но сам Денис тоже был далеко не прост. Он регулярно жаловался на отсутствие клиентов, вздыхал, что его консалтинговые услуги никому не нужны. А на самом деле за эти три года он сколотил весьма приличное состояние.
Зарабатывал он неплохо, оказывая услуги в серых схемах, плюс постоянно тянул деньги с состоятельных дам, с которыми регулярно заводил интрижки. Средства он умело и методично переводил на тайные брокерские счета, оформленные через хитрые цепочки.
Ни жена, ни даже родная мать об этом не догадывались. Денис прекрасно знал: скажи он матери о деньгах, та мигом найдет им применение. То ремонт элитный затеет, то на дорогой курорт попросится.
Поэтому он предпочитал играть роль непризнанного гения, перебивающегося с хлеба на воду. И сейчас, планируя уйти к властной, но очень богатой Инессе, он рассчитывал сделать это максимально тихо.
— Я действительно его купила, — Ксения достала из сумки плотную синюю папку с золотым тиснением застройщика и положила на стол. — Вчера ключи забрала.
Тамара Васильевна недоверчиво, словно боясь обжечься, потянула папку к себе. Открыла. Ее глаза суетливо побежали по строчкам договора. Лицо начало медленно меняться. Снисходительная усмешка сползла, уступив место неподдельному удивлению.
— И на какие же это средства, стесняюсь спросить? — голос свекрови предательски дрогнул. — Небось в кредиты влезла по самые уши? Ипотеку на сорок лет повесила на семью?
— Нет, на свои, — Ксения пожала плечами, отламывая кусочек выпечки. — Наличными оплатила, переводом со счета.
Денис побледнел так, что веснушки на носу стали казаться черными. Если жена влезла в гигантские долги, находясь в официальном браке, это могло лечь и на его плечи. А у него на носу новая сытая жизнь и переезд.
— Как это без долгов?! — рявкнул он, резко вскакивая со стула. — Ты почему со мной не посоветовалась? А если там скрытые условия в договоре? А налоги? Мы теперь всю жизнь за эту бетонную коробку расплачиваться будем!
— Да, Ксения! — поддержала сына Тамара Васильевна, хлопая ладонью по столу. — Как ты могла за спиной у мужа, главы семьи, такие дела проворачивать?
Ксении было откровенно забавно наблюдать за их суетой. Испуг свекрови и паника Дениса казались ей удивительно фальшивыми.
— Тамара Васильевна, Денис, выдыхайте, — она примирительно подняла руки. — Никаких долгов и ипотек нет. У меня полгода назад один крупный зарубежный заказчик появился. Озеленение огромной частной территории, несколько гектаров. Заплатили очень щедро, плюс бонусы. Решила сделать нам всем сюрприз.
Настроение Тамары Васильевны мгновенно сделало кульбит в воздухе. Если долгов нет, а роскошный пентхаус есть, да еще и куплен в законном браке... Это в корне меняло расклад! Она посмотрела на сына многозначительным, почти торжествующим взглядом.
Тот тоже начал понимать выгоду ситуации. Шикарная недвижимость, двести квадратов элитки, купленная без брачного контракта. Идеальный актив для будущего раздела.
Ксения немного лукавила. Ее проекты действительно приносили хороший и стабильный доход, но ровно такой, чтобы оплачивать эту крошечную квартиру, покупать продукты и откладывать на отпуск. Настоящим источником средств послужило наследство, оставшееся от дедушки-коллекционера. Он ушел из жизни в прошлом году, оставив внучке уникальную коллекцию золотых монет. Ксения продала монеты через проверенных аукционистов, выручив внушительную сумму.
Но об этом родственникам мужа знать было совершенно ни к чему.
— Заработала? Надо же! — приторно-сладко протянул Денис, грузно опускаясь обратно на табурет. Его глаза хищно блеснули. — Кто бы мог подумать, какая ты у меня умница! А я-то, грешным делом, думал, ты просто в земле копаешься целыми днями.
— Я хочу его видеть, — безапелляционно заявила свекровь, решительно захлопывая синюю папку. — Прямо сейчас. Вызывай такси, Денис. Расходы я беру на себя!
Всю дорогу до нового жилого комплекса Тамара Васильевна сидела как на иголках. Она ерзала на кожаном сиденье такси, всерьез полагая, что невестка могла приукрасить действительность. Вдруг там просто черновая отделка, голый бетон и торчащие провода?
Но когда машина мягко затормозила у стеклянных револьверных дверей элитного дома, свекровь потеряла дар речи. В просторном лобби пахло свежесваренным кофе и дорогим интерьерным парфюмом. На полу сиял полированный светлый мрамор. Консьерж в строгом костюме вежливо поздоровался с ними, чуть склонив голову.
Они поднялись на бесшумном скоростном лифте на самый верхний этаж. Ксения приложила тяжелый магнитный ключ. Массивная дубовая дверь мягко поддалась.
— Матерь божья... — только и смогла пробормотать Тамара Васильевна, благоговейно ступая на светлый инженерный паркет.
Из огромных панорамных окон открывался потрясающий, захватывающий дух вид на изгиб реки и зажигающуюся вечернюю иллюминацию города. Пахло новой мебелью, чистотой и едва уловимым ароматом дорогой краски.
— Предыдущие владельцы сделали премиальный дизайнерский ремонт, заказали мебель из Италии, но жить не стали. Переехали в другую страну по контракту, — улыбалась Ксения, неспешно открывая двери одну за другой. — Здесь просторная гостиная, совмещенная с обеденной зоной. Тут мой рабочий кабинет. А в правом крыле спальни.
— А моя где? — внезапно требовательно спросила свекровь. Она остановилась посреди светлой, залитой светом комнаты с собственной компактной гардеробной и французским балкончиком.
Ксения удивленно приподняла тонкие брови.
— Ваша, Тамара Васильевна? А вы планируете переехать к нам?
— Денис, ты это слышишь? — голос женщины задрожал от профессионально разыгранной обиды. Она театрально прижала руку к груди. — Твоя жена считает, что я недостойна жить в нормальных условиях на старости лет! Я вас растила, копейки считала...
— Мама абсолютно права, Ксюша, — тут же включился Денис. Он уже мысленно с рулеткой измерял и оценивал стоимость квадратных метров. — Пентхаус приобретен в официальном браке. Значит, это наша с тобой общая собственность. Моя мать имеет полное, законное право занимать здесь гостевую комнату. Мы же одна семья в конце концов.
— И не просто занимать! — подхватила свекровь, почуяв крепкий тыл. — Я свою старую двушку в хрущевке сдавать буду, хоть копеечка лишняя появится. А здесь вы меня пропишете. И Дениса тоже прописать надо, статус обязывает. Места всем хватит. Я и по хозяйству хлопотать буду, и ужины вам готовить.
Ксения посмотрела на них долгим, очень внимательным, изучающим взглядом. В ее темных глазах не было ни злости, ни обиды. Только холодный, кристально чистый расчет. Она легко, почти небрежно кивнула.
— Хорошо. Пропишу на днях. Места действительно много. Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.
Радости Дениса и его матери не было предела. Через неделю они наняли грузчиков и перевезли вещи Тамары Васильевны. Она с гордым видом заняла лучшую гостевую спальню и тут же начала наводить свои порядки. Расставляла аляповатые фарфоровые статуэтки на дорогих минималистичных консолях, громко смотрела ток-шоу по вечерам на огромной плазме в гостиной.
Ксения вела себя на удивление тихо. Она много работала за ноутбуком, часто уходила в свой новый светлый кабинет, что-то рисовала на планшете и закрывала дверь на ключ.
Как-то вечером, будучи уверенными, что Ксения уехала на встречу с подрядчиками, мать с сыном расположились в просторной кухне-гостиной. Они пили дорогой листовой чай, купленный невесткой, и вполголоса строили планы.
— Пора, сынок, — тихо говорила Тамара Васильевна, методично помешивая ложечкой сахар. Серебро тихо, ритмично звякало о тонкий край чашки. — Метры тут отличные. Завтра же утром подавай заявление на расторжение брака.
— Думаешь, не стоит больше тянуть? — Денис поежился, глядя на тяжелые, свинцовые тучи за панорамным окном.
— А чего тянуть резину? Инесса ждать не будет. Женщина она хваткая, серьезная. У нее связи везде, конкурентов съедает на завтрак. Она уже и кресло для тебя приготовила — коммерческий директор в новой стоматологической клинике. Зачем тебе эта земледелка с ее рассадой?
— А Ксении как это преподнести? Не хочу истерик и битья посуды.
— Скажешь, что уезжаешь в длительную командировку. В северный филиал, на запуск проекта. Она обрадуется, что деньги нормальные в дом принесешь. А сам потихоньку перевезешь вещи к Инессе.
— А потом?
— А потом, через месяцок, вы официально разведетесь. Пентхаус заставим разменять или выкупить твою долю по рыночной стоимости. Половина выручки — твоя. Как раз хватит на красивую, безбедную жизнь и собственный стартап, — свекровь довольно улыбнулась, отпивая ароматный напиток.
Они даже не подозревали, что Ксения никуда не уехала. Она стояла в темном коридоре, прислонившись спиной к прохладной стене, и слышала каждое слово. Она не проронила ни звука. Лишь крепче сжала в руках плотный картонный конверт с документами, который час назад принес курьер из детективного агентства. Девушка бесшумно развернулась и ушла в свой кабинет.
На следующее утро Денис буквально сиял. Он собрал большой кожаный чемодан, аккуратно уложил брендовый пиджак, туфли ручной работы и коллекцию дорогих галстуков.
— Ксюш, у меня просто потрясающие новости! — бодро рапортовал он, застегивая массивный хронограф на запястье. — Меня берут на невероятно крутой проект в другой регион. Огромные перспективы, премии. Уезжаю прямо сегодня в обед. Когда вернусь — пока сказать не могу, дел очень много, нужно филиал с нуля поднимать. Буду звонить по вечерам.
— Поздравляю, — совершенно ровно, без единой эмоции на лице ответила Ксения. Она аккуратно поправила воротник его пальто. — Удачи тебе на новом месте. Береги себя там.
Она даже не спустилась проводить его в лобби. Просто развернулась и ушла к своему ноутбуку.
Спустя месяц Ксения получила официальное уведомление на почту. Денис подал исковое заявление на расторжение брака и раздел совместно нажитого имущества.
В тот же вечер Тамара Васильевна гордой, летящей походкой зашла на кухню, где Ксения заваривала зеленый чай с жасмином. Лицо свекрови выражало нарочитое сочувствие, но в глазах откровенно плясали торжествующие искорки.
— Ксения, девочка моя, ты уж прости Дениса. Мужчины — народ такой... ветреный. Ищут, где потеплее да побогаче. Решение о разводе окончательное. Квартиру эту шикарную придется делить. Ничего не попишешь.
— Как вам не совестно, Тамара Васильевна, — Ксения невозмутимо налила кипяток. От воды поднимался легкий, душистый пар. — Вы же прекрасно осведомлены, что недвижимость я купила на свои личные сбережения. Денис сюда ни копейки не вложил.
— А ты пойди и докажи это судье! — голос свекрови мгновенно взлетел до визгливых нот. Вся ее напускная доброжелательность испарилась без следа. — На слушании я лично выступлю свидетелем! Скажу под присягой, что это мой сын ночами не спал, проекты твои садовые продвигал, деньги в дом мешками носил. Имущество, нажитое в браке, делится строго пополам! Смирись, милочка. И начинай подыскивать себе жилье попроще. Я на днях приведу независимого оценщика.
Ксения сделала медленный глоток обжигающего чая, посмотрела на завораживающую панораму ночного мегаполиса и слегка, одними уголками губ, улыбнулась.
— Подыскивать жилье? Пожалуй, воздержусь. Мне и здесь очень комфортно.
Спустя полтора месяца Денис вернулся в город. Он приехал прямо в комплекс у реки, предвкушая сладкий триумф. Инесса Эдуардовна оказалась женщиной весьма требовательной, с тяжелым, властным характером. Жить с ней было похоже на хождение по минному полю, но перспектива получить десятки миллионов за половину элитной недвижимости грела ему душу и придавала терпения.
Он уверенно приложил магнитный ключ к двери на этаже, но сенсор противно пискнул и загорелся красным. Код доступа был изменен.
Денис, нахмурившись, раздраженно нажал на кнопку звонка. За массивной дверью послышались легкие шаги. Щелкнул внутренний замок.
На пороге стояла старшая сестра Ксении, Оксана. В руках у нее была пузатая керамическая чашка с кофе, а на плечах — уютный шерстяной плед.
— О, какие люди пожаловали, — приветливо, но с легкой издевкой кивнула она. — А вы к кому, молодой человек?
— К Ксении! И к маме! — Денис растерянно захлопал глазами, пытаясь заглянуть за плечо свояченицы. — А ты что тут забыла? Почему замки поменяли? Где жена?
— Я тут живу. А Ксюша мне этот пентхаус продала три недели назад. Сделка полностью закрыта в Росреестре. Мы теперь новые собственники.
— Как это продала?! — Денис едва не поперхнулся воздухом. Лицо его покрылось некрасивыми пунцовыми пятнами гнева. — Это совместное имущество! Она физически не имела права без моего нотариально заверенного согласия! Я подам иск, сделку признают недействительной в два счета!
В этот момент из глубины просторного коридора появилась бледная, сильно осунувшаяся Тамара Васильевна. На ней был растянутый домашний спортивный костюм. Она тяжело несла в руках картонную коробку из-под обуви, из которой торчали ее любимые фарфоровые статуэтки.
— Имела, сынок, — глухим, надломленным голосом произнесла мать, подходя ближе к порогу. — Еще как имела законное право.
— Мама, что за бред происходит?! Почему ты с вещами в коридоре стоишь?
— Обвела она нас вокруг пальца, Денис. Недвижимость эта, как выяснилось, куплена не на ее скромные заработки. Ей огромное наследство от деда-коллекционера досталось. У нее все банковские выписки, договоры продажи монет на руках были. А имущество, приобретенное на целевые наследственные средства, совместным не считается. Закон такой есть.
Денис судорожно, с трудом сглотнул вязкую слюну.
— И что дальше?
— А то, что она его Оксане по бумагам переоформила, чтобы мы даже не пытались нервы ей трепать. Суд наши исковые претензии отклонил еще на самом первом, предварительном слушании. Судья даже смотреть в мою сторону не стала, когда я про твои заслуги начала рассказывать.
Денис вцепился пальцами в дверной косяк, словно боясь упасть. Его идеальный, выверенный до мелочей план, который он вынашивал месяцами, рассыпался в едкую пыль.
— Я это просто так не оставлю! Я найму самых зубастых юристов города! Я докажу, что мы делали здесь неотделимые улучшения!
— Не наймешь ты никого, — Тамара Васильевна тяжело, с хрипом вздохнула и опустила картонную коробку прямо на блестящий мраморный пол коридора. — Ты еще не все плохие новости знаешь.
— Какие еще могут быть новости?! Хватит загадками изъясняться! Говори прямо!
Оксана тактично, скрывая улыбку, отошла вглубь квартиры, оставив родственников выяснять отношения на пороге.
— Ксения наняла очень грамотных специалистов, — начала мать, потупив взгляд. — Частных детективов и финансовых аудиторов. Они подняли все твои перемещения средств за последние три года. И нашли твои тайные брокерские счета. Те самые, на которые ты переводил сотни тысяч со своих левых консультаций и подарки от других обеспеченных женщин.
Денис почувствовал, как земля с силой уходит из-под ног. В ушах противно зазвенело, словно рядом загудел большой колокол. Дыхание перехватило, галстук вдруг стал сдавливать горло.
— Она не могла... Никто в мире не знал про эти депозиты! Они оформлены на подставные конторы через третьих лиц!
— Нашли, сынок. У них все доказательства, скриншоты и переводы на руках. И теперь половина этих миллионов по закону принадлежит Ксении. Деньги-то заработаны в официальном браке, тут уже не отвертишься. Она подала встречный иск о разделе твоих счетов и ходатайствовала об обеспечительных мерах. На все твои активы наложили глухой арест до конца судебных разбирательств. Ни снять, ни перевести.
— Мама! — голос Дениса сорвался на жалкий, тонкий писк. — Ты хоть понимаешь, сколько там было спрятано?! Там целое состояние лежало! Я эти деньги годами по крупицам копил! Как она вообще посмела туда лезть?!
— А ты как посмел от родной матери такие суммы прятать?! — внезапно сорвалась Тамара Васильевна. Ее лицо исказилось от накопившейся жгучей обиды. — Прибеднялся тут сидел, копейки у меня из пенсии на проезд выманивал! Ныл, что работы нет! Если бы я знала, я бы жила по-человечески, а не в хрущевке с плесенью!
— Мама, мне эти суммы адским трудом доставались! Ты даже не представляешь, как тошно ублажать этих капризных, стареющих богатеньких дамочек! Терпеть их закидоны! — Денис схватился за голову обеими руками. — Это мои личные накопления! Мои!
— И это еще не финал твоих злоключений, Денис, — горько усмехнулась женщина, бессильно прислоняясь спиной к холодной стене лобби.
— Что еще? Меня заставят отвечать перед налоговой? — простонал он, медленно оседая у дверного проема прямо на дорогой керамогранит.
— Инесса Эдуардовна звонила мне сегодня утром. Сказала, что судебные приставы и неприятные скандалы с разделом имущества ей репутацию элитной клиники портят. У нее бизнес, ей такие проблемы не нужны. Говорит, такой проблемный и внезапно нищий кавалер ей даром не сдался. Можешь за вещами к ней в загородный дом не приезжать, она их службой доставки на мой старый адрес отправила.
Денис крепко зажмурился. Все его безупречные, гениальные комбинации рухнули в один миг, как карточный домик. Ни элитного жилья, ни тайных миллионов, ни богатой покровительницы. Он остался буквально на улице, с заблокированными картами и пустыми карманами.
— За что мне все это... — прошептал он в гулкую пустоту светлого подъезда. — Как после такого вообще доверять женщинам? Одни меркантильные, расчетливые, хладнокровные особы кругом. Шагу ступить нельзя, чтобы не обобрали.
— Не знаю, сынок. Я вот тоже доверилась на старости лет, — Тамара Васильевна отвернулась, поспешно пряча влажные, покрасневшие глаза.
Денис непонимающе посмотрел на поникшую мать.
— В смысле доверилась? Кому это?
— Пока ты в своей мнимой "командировке" прохлаждался, я познакомилась с одним человеком. Артуром зовут. Представился крупным инвестором в коммерческую недвижимость. Интеллигентный такой, с манерами, в костюмах с иголочки ходил, парфюм дорогой. На десять лет меня моложе. Очаровал меня, Денис, комплиментами засыпал, цветы корзинами носил.
— И что с того? При чем тут какой-то Артур?
— А при том, что у него временные проблемы с ликвидностью на объекте возникли. Он так искренне рассказывал, обещал солидную долю в строящемся бутик-отеле у моря, замуж официально звал. Уговорил меня мою двушку городскую срочно продать. Якобы на пару недель наличные нужны были, чтобы лакомый объект на торгах выкупить. А потом мы вместе за границу улетим жить.
— Мама... только не говори, что ты повелась на этот дешевый, заезженный развод.
— Повелась, сынок. Как девчонка наивная повелась. Отдала ему все средства от продажи квартиры. Прямо в спортивной сумке наличными принесла. А он на следующий же день номер заблокировал и исчез в неизвестном направлении. В полиции заявление приняли, но сразу сказали, шансов вернуть что-то нет. Документы у него поддельные оказались, фирма — однодневка с номинальным директором.
В воздухе шикарного лобби повисла звенящая, давящая тишина. Слышно было только, как тихо и размеренно гудит дорогая система вентиляции.
— И где ты теперь живешь? — едва слышно спросил Денис, боясь услышать ответ.
— В коммуналке. На другом конце города, в промышленном районе. Сняла крошечную комнатку на первом этаже бывшего заводского общежития, где по углам сырость и трубы гнилые текут. Больше мне идти некуда. Денег осталось ровно на месяц аренды и на макароны.
Денис медленно опустился на пол прямо рядом с потрепанной коробкой матери. За огромным панорамным окном на лестничной клетке сгущались холодные осенние сумерки. Город внизу зажигал свое яркое, манящее сияние — свет чужой, красивой и богатой жизни, к которой они так отчаянно и подло пытались прикоснуться.
Тяжелая дубовая дверь в пентхаус тихо, но твердо захлопнулась у них за спиной. Электронный замок издал короткий, безжалостный щелчок, навсегда отрезая им путь назад.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!