Когда я пришёл на плашкоут, Сашка уже вторую навигацию ходил рулевым. Катером он управлял с детства, ещё с отцом. А когда с работой стало плохо, пошёл матросом на наш плашкоут. Только чего это матрос будет простаивать большую часть рейса, вот зимой капитан и заставил его пройти курсы настоящих рулевых, уже не собственной лодки. Пассажирское судно ему никто не доверит, даже прогулочное, а на плашкоуте без разницы, матрос ты или рулевой, опыт есть, бумажка есть, становись к штурвалу.
Капитан тогда был пожилой дядька, уставал сильно, ему помощник совсем не лишний. Вот так матрос Сашка и стал рулевым на судне. Парень он обстоятельный, хотя, в силу возраста, балбес изрядный, но не такой, как я. Тогда ещё ночью не ходили вовсе, приставая на ночь к берегу и продолжая путь с рассветом. Это Тарасыч ходит всегда и везде, умудряясь даже на водохранилище приходить по координатам с одним компасом.
Радар, вы шутите, кто его на плашкоут поставит? Можно навигатор включить на телефоне, но вода не оцифрована, поэтому показать он может что угодно. Поэтому вся надежда на капитана и его интуицию. Но сейчас разговор о Сашке, бывший браконьер, балбес и лоботряс, на плашкоуте стал серьёзным парнем. А попробуй иначе, когда капитан и механик, люди серьёзные и строгие. В общем, теперь Сашка, почти пример для молодёжи. Во всяком случае, так считают деревенские жители, показывая молодёжи, что надо стремиться достичь чего-то в жизни.
Мы держим марку, понимая, насколько важно для деревенских парней это стремление. Не сбежать в город, а попробовать вот тут добиться успеха, стать настоящим мужчиной. Сказать по правде, Сашка может и вздуть любого, служил в ВДВ и кое-чему там научился. Тут я немного завидую, я же ПВО – Полу Военная Организация, как шутят в армии. Сами не летаем и другим не даём.
– Знаешь, – как-то после рейда рыбнадзора поведал он. – Они не от жадности, а просто жрать что-то нужно, ну а там, сколько попалось, это уже удача. Лишнее можно и продать, с деньгами в деревне всегда проблема. Да и дело нелёгкое, потягай ночью сети или вентеря, да и вёслами на машешься от души.
– Я не осуждаю, но с фарватера надо убрать, когда мы идём, – вроде оправдываюсь.
– Это да, увлекутся и не слышат, – согласился Сашка.
– С другой стороны, рыбу тоже жалко, а ну, как всю выловят?
– Ладно, закрыли тему, – махнул рукой Сашка.
Да оно и понятно, не от хорошей жизни люди браконьерством занимаются, впрочем, на время нереста я ни одного не встречал на реке. Зато Сашка, хороший друг, всегда подменит, а проколы не доложит капитану, а наедине объяснит. Поначалу было у меня много чего, опыта-то мало. Я после армии узнал, что есть курсы рулевых на прогулочные теплоходы, вот и подался туда. Только кто там доверит зелёному пацану людей возить. А теперь нас с Сашкой с плашкоута не выгнать, прикипели к судну.
Ух ты, а они с барышней чуть не целуются, налаживаются отношения. Но тут начало темнеть и к штурвалу становится капитан. Сашке на нос, смотреть по курсу, а мне на боковую, только ужин уже ждёт в кубрике и Аглая улыбается, потчуя меня чем-то неимоверно вкусным. Нет, тарелку я сам отнесу, уважение надо иметь к женщине. Достаточно того, что она их моет, не доверяя нам. Вот теперь можно и полежать, досмотреть, что там у нас с парусами и погодой.
Провалился в сон быстро, а там на пиратском паруснике абордаж. Шум гам, пушки палят, сабли звенят, крики кругом, я и проснулся. На палубе суета, и я быстро выскочил из кубрика. Сашка лежит на палубе, рядом какая-то девушка, а деревенские голосят, как резаные.
– Валера, к штурвалу! – скомандовал капитан, я и метнулся в рубку.
А он с аптечкой на палубу выскочил и к девушке. Живая, только побитая, голова разбита, вроде ноги повреждены, а так как будто и ничего. Перевязав её и уложив на матрас из кубрика, накрыли одеялом, чтобы не замёрзла, а капитан занялся Сашкой. Колени разбил, это ладно, вот одно плечо как-то неестественно выглядит и рука, как неживая. Капитан вправил вывих, Аглая привязала косынку, руку на неё уложили. Колени забинтовали, обработав перекисью.
– Пафнутич, что можно из дизеля выжать?! – крикнул капитан в трубу.
Механик поднялся на палубу чтобы оценить, что за спешка.
– Самый полный, надо быстрее в город попасть, – пояснил Тарасыч.
– Сделаем, – вздохнул механик и спустился в трюм.
И тут мы полетели вперёд. Ну как, полетели, с нашими обводами сильно не разгонишься, но волну впереди погнали такую, что камыши по берегам гнулись. Скорость возросла ощутимо и в город мы пришли ещё затемно. На причале уже ждала «скорая» и полиция, а капитан подробно описывал уродов. Оказывается, какие-то придурки скинули девчушку с моста.
Есть у нас на реке два моста, один железнодорожный, а второй автомобильный «горбатый». Его так прозвали за знатный изгиб арки над водой. Вот оттуда и скинули, с расчётом, чтобы попала нам под нос, и мы утопили её с концами. Мерзавцы не учли одного, что аппарель у нас ночью откинута до горизонтали, а там как раз Сашка стоял. Он и поймал девушку, но не без последствий для себя. В общем, «скорая» и его забрала, плечо надо лечить.
Со швартовыми я сам управился, опыт большой, а Сашка вроде как виноватым себя чувствует. Только деревенская барышня его расцеловала так, что понятно, свадьбе быть. Деревенские сошли на берег, когда все разъехались, а мы так и остались на палубе.
– Валера, придётся за двоих трудиться, – капитан смотрит на меня.
– Иван Тарасыч, – улыбнулся я, – управимся и вдвоём.
Только в этот день мы никуда не пошли, Пафнутич отказался запускать дизель, проверял, подтягивал, настраивал и жалел его, как дитя малое.
– Он у нас молодец, – заметил я во время обеда.
– Сашка-то? Знамо дело, спас девчонку, – механик о своём подумал.
– Сашка, это понятно, дизель молодец, выдержал.
– Мотор, это железяка, хотя душа у всего есть, – как-то отстранённо заметил Пафнутич.
До меня дошло, что он жалеет мотор, которому пришлось трудиться сверх меры, но спасение жизни дороже любого мотора. А Сашка вечером уже притащился перед самым отходом, когда последний из деревенских грузился на палубу. Скажете в кубрике их вести? Во-первых, кубрик небольшой, вроде купе в поезде, а во-вторых, не привыкли люди к такому, едем и ладно.
– Ты чего пришёл, сидел бы на больничном? – удивился я.
– Да что там сидеть, руке покой нужен, а это и тут можно, заодно хоть вперёд посмотрю малость, дам поваляться.
Вот такой он, наш Сашка, а свадьбу они всё-таки сыграли. Аглая наготовила такого, что деревенские и не видели никогда. Теперь отпускаем его на пару дней, когда проходим мимо той деревушки. Я как-то привык, да и Аглая может помочь со швартовыми. Когда я женюсь? Когда попадётся такая, которая захочет связать свою жизнь с непутёвым рыжим балбесом. В общем, никогда, хотя… там посмотрим, на нашей реке много чего может произойти.
– Валера, к штурвалу, идём на водохранилище, там какие-то проблемы с пассажирским теплоходом!
По реке я пойду, а на большой воде отдам штурвал капитану, найти теплоход сумеет только он. А там посмотрим, спасать людей или брать на буксир, пока подойдут суда покрупнее, не первый раз. Чего это я о себе не рассказал? А что рассказывать, учился, армия, курсы рулевых и вот, хожу на плашкоуте с хорошими людьми, чему рад несказанно. Простая история простого парня, вам неинтересно будет.