Средняя зарплата россиян в феврале 2026 года достигла 103,9 тысячи рублей. Реальная (с учётом инфляции) выросла на 8,6% по сравнению с прошлым годом . Номинально — плюс 15% . Казалось бы, живи и радуйся. Покупай, откладывай, инвестируй.
Но что-то пошло не так. Почти 40% семейного бюджета уходит на еду — максимальный показатель с кризисного 2008 года . 78% россиян получают менее 100 тысяч рублей в месяц . А 40% населения (около 30 миллионов человек) живут на сумму до 45 тысяч рублей .
Статистика говорит о росте. Кошелёк — о выживании. Кто врёт? Давайте разбираться.
Часть 1: Средняя зарплата и средний человек — две большие разницы
Начнём с того, что нам показывают. Росстат рапортует: средняя зарплата — 103,9 тысячи рублей, реальный рост — 8,6% . Звучит как отчёт о всеобщем благоденствии.
А теперь откроем доклад Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов (НАПФ). Там картина иная. «Средняя температура по больнице» нагрета за счёт нескольких регионов-монстров :
- Чукотка — 216 тысяч рублей
- Ямало-Ненецкий АО — 170 тысяч
- Москва — 167 тысяч
- Магаданская область — 144 тысячи
- Сахалинская область — 117 тысяч
Если исключить эти «печки», от которых пляшет статистика, средний доход по стране падает с 75 до 60 тысяч рублей . На 20% ниже официального.
Ирония №1: Официальная статистика рисует россиянина, который зарабатывает 104 тысячи. А реальный россиянин (их 78%) зарабатывает меньше 100 тысяч . 40% — меньше 45 тысяч . Кто этот «средний»? Это условный москвич с зарплатой 167 тысяч, которому в пару поставили пенсионера из Дагестана с 16 тысячами. Сложили, поделили — получили 91,5 тысячи. И рапортуют о росте.
Статистика — наука точная. Но она не учитывает, что среднее арифметическое между зарплатой олигарха и уборщицы — это не «средний класс». Это «средняя температура по больнице», где одни пациенты выздоравливают, а другие уже в морге.
Эксперты называют более точный измеритель — медианный доход. Это сумма, выше и ниже которой зарабатывают ровно по половине населения. В 2024 году медиана составляла 47 тысяч рублей — на 26% ниже «средней» зарплаты . То есть большинство людей зарабатывают значительно меньше, чем нам показывают в отчётах. Статистика 2025 года ещё не вышла, но, судя по динамике, разрыв не сокращается.
Часть 2: Цены растут, а статистика их не замечает (пока)
Вторая причина разрыва между «ростом» и «кошельком» — инфляция. Официальная — 5,7% по данным на 20 апреля 2026 года . Реальная — совсем другая.
Экономист Максим Кривелевич объясняет механизм обмана простой метафорой: «Мы как будто инфляцию уже купили, принесли домой, но ещё не распаковали. Поэтому она у нас есть, но в отчёты формально ещё не попала» .
Простыми словами: деньги уже заложены в будущий рост цен, но официальная статистика их ещё не зафиксировала. Почему?
- Дефицит бюджета опережает плановые показатели
- Нефтяные доходы от ближневосточного кризиса ещё не дошли до экономики, но дойдут
- Потребительское кредитование оживает — следствие снижения ставки ЦБ. А когда люди берут кредиты, деньги дешевеют
- Рост налоговой нагрузки (НДС 22% с января) только начинает проявляться в ценах
Ирония №2: Официальная инфляция — 5,7% . А доля расходов на продукты питания достигла 39% — максимум с 2008 года . Это не «небольшое подорожание». Это структурный сдвиг. Люди переключаются с «хочется» на «надо выжить». И в экономической науке есть правило: чем выше доля расходов на еду, тем ниже уровень благосостояния .
В развитых странах на продукты уходит 25-30% бюджета. У нас — почти 40%. Это не «стабильность». Это «откат».
Эксперты называют конкретные «горячие точки» давления :
- Сезонные овощи и фрукты подорожали аномально
- Говядина сильно прибавила в цене
- Рыба и морепродукты выросли заметно
- Лекарства и средства ухода за больными — тоже
Экономисты предупреждают: если рост зарплат не обгонит инфляцию, доля продовольственных расходов продолжит расти, а экономика будет всё дальше отходить от «развитой» .
Часть 3: 39% на еду — это не «развитая экономика», это «выживание»
В экономической науке есть простой индикатор: чем богаче страна, тем меньше её жители тратят на еду и больше — на услуги, досуг, путешествия, образование.
В развитых странах доля продовольственных расходов — 25-30% . У нас — 39% . И это — максимум с кризисного 2008 года, когда доля превышала 39,1% .
Ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников комментирует:
«Подобный перекос убивает перспективы сервисной экономики. Когда еда съедает значительную часть бюджета домохозяйств, говорить о нормальной структуре потребления сложно» .
Что это значит на практике:
- У людей не остаётся денег на накопления. Финансовая подушка — у 48% (по данным Силуанова). А у 52% — нет.
- У людей не остаётся денег на досуг, образование, путешествия. Экономика услуг не развивается.
- Люди берут кредиты, чтобы «перехватить до зарплаты». Долговая нагрузка растёт.
Ирония №3: Чиновники рапортуют о росте зарплат. А люди экономят на еде. Потому что цены растут быстрее. И доля продуктов в бюджете — это самый честный индикатор. Его не обманешь индексацией тарифов и не скроешь за «средней зарплатой». Если вы тратите 40% дохода на хлеб и картошку — вы не богатеете. Вы выживаете.
Экономист Григорий Баженов указывает и на методологическую проблему: в месячную корзину для расчёта индекса потребительских цен (ИПЦ) входят только 558 товаров и услуг . Но в ней нет огромного количества товаров, доля расходов на которые невелика, но в сумме они дают ощутимую нагрузку . Маргарин, например, изначально имел вес в расчётах выше, чем качественные масла. И только после критики вклад маргарина снизили .
Часть 4: Почему номинальные зарплаты растут (а вы этого не чувствуете)
Причина роста номинальных зарплат (то есть «цифр на бумаге») объяснима и проста: дефицит кадров.
Работодателям не хватает людей. По оценкам РСПП, дефицит кадров в ближайшие годы может превысить 3 млн человек [из предыдущих обсуждений]. Конкуренция за работника заставляет поднимать зарплаты. Отсюда и 15% номинального роста .
Но есть нюанс.
- Растут зарплаты не у всех. В дефицитных профессиях (рабочие специальности, IT, инженерия) — да. В бюджетной сфере (учителя, врачи) — нет. Или да, но не так быстро.
- Реальная покупательная способность (с учётом инфляции) растёт медленнее. Минэкономразвития прогнозирует рост реальных зарплат в 2026 году только на 2,4% — в 3,5 раза ниже, чем в 2025 году (8,6%) .
- Растут зарплаты — растут и цены. Замкнутый круг. Пока власти не решат структурные проблемы (дефицит кадров, низкая производительность труда), он не разорвётся.
Ирония №4: Работодатели поднимают зарплаты, чтобы переманить сотрудников у конкурентов. Цены на товары растут, потому что работодатели закладывают эти затраты в стоимость продукции. В итоге вы получили прибавку в 5 тысяч, а хлеб подорожал на 3 рубля, мясо — на 200, коммуналка — на 500. Итог: вы стали богаче? Нет. Просто цифры в отчётах стали больше.
Прогноз Минэкономразвития на 2026 год: рост реальных доходов населения — всего 2,1% . А разрыв между средним уровнем и доходами большинства сохранится на уровне 20–40% . То есть статистика будет показывать «рост», а люди — не чувствовать его. В четвёртый, пятый, десятый раз.
Экономист Василий Колташов добавляет ещё один фактор: высокие налоги на фонд оплаты труда, массовое распространение самозанятости и слабость профсоюзов . Многие работодатели минимизируют официальные выплаты, уводя доходы в тень. При этом производительность труда растёт медленнее, чем сами зарплаты, что создаёт дисбаланс .
Итог: Разрыв между отчётами и кошельком не сокращается
Статистика показывает рост. А люди экономят на еде. Причины — системные и простые одновременно:
- 78% населения получают меньше 100 тысяч рублей в месяц
- 40% — меньше 45 тысяч
- Официальная инфляция — 5,7%, реальная (по ощущениям) — выше
- Доля расходов на продукты — 39%, максимум с 2008 года
- Медианный доход — примерно 47 тысяч, на 26% ниже «среднего»
Кто виноват? Росстат? Он просто считает по методике. Работодатели? Они поднимают зарплаты, потому что без людей нельзя. Правительство? Оно борется с инфляцией и отчитывается о росте.
Виновата система, в которой «среднее» не равно «нормальному». В которой статистика живёт своей жизнью, а люди — своей. В которой чиновники рапортуют о росте, а люди считают, сколько картошки можно купить после оплаты квитанций. И эта система не собирается меняться. Потому что менять её — значит признать: нас обманывают. А признавать — невыгодно. И страшно.
P.S.
Экономист Валерия Садова советует: на уровне семьи нужно жёсткое планирование закупок, отказ от импульсивных трат и формирование хоть какой-то подушки безопасности . Совет дельный. Но подушка не надуется, если после коммуналки, еды и кредитов не остаётся ничего. А у 40% населения — не остаётся.
