А теперь вернёмся к другой Софье – из «Недоросля». Здесь сразу станет ясно, что молоденькая девушка уже успела испытать почти все удары судьбы. «После отца осталась она младенцем», мать умерла полгода назад. Воспитывал её Стародум, брат матери («Пошед в отставку, положил я основание твоему воспитанию»), однако этот единственный близкий ей человек, уехал в Сибирь, как он сам говорит, «чтоб оградить её жизнь от недостатку в нужном» («не мог иначе основать твоего состояния, как разлучась с твоей матерью и с тобою»). Сколько его не было? Фонвизин не раз напишет, что «несколько лет»; вспомним, что при встрече дядя и племянница узнают друг друга не в лицо: Стародум – потому что Софья похожа на мать, Софья – потому что «сердце не обманывает».
Отсутствие известий о Стародуме («Дальность лишила меня удовольствия иметь о вас известии») заставила многих считать его умершим. «А как несколько уже лет не было о ном ни слуху, ни вести, то мы и считаем его покойником», - пояснял Простаков. Мои читатели уже задавались вопросом, кем приходятся Простаковы Софье. Глава семьи назовёт мать её «сватьюшкой», что вызвало немало сомнений: ведь сватами обычно называли друг друга родители супругов, а это никак не согласовывается с матримониальными планами госпожи Простаковой, да и вообще как-то не сочетается с отношениями персонажей.
В Толковом словаре В.И.Даля я нашла такое пояснение (приводила его в комментарии, но, наверное, нужно упомянуть ещё раз): «Сватъ м. сва́тія ж. родители молодыхъ и ихъ родственники другъ друга взаимно зовутъ сватами, сва́тьями; у посадскихъ, гдѣ сваха ладитъ свадьбу, это родители обвенчанныхъ, между собою, и далѣе все родные мужа и жены, взаимно». То есть сватья могла быть свойственницей через какие-то брачные связи (кстати, и сама Простакова потом скажет: «Хотя по муже, однако я ей свойственница»). Да, родня дальняя. Однако это не помешало г-же Простаковой ещё и раньше строить какие-то свои планы. Она скажет: «Разве ты не знаешь, что уж несколько лет от меня его и в памятцах за упокой поминали? Неужто таки и грешные-то мои молитвы не доходили!» Молитвы за упокой могут, конечно, говорить просто о благочестии, но вот последняя фраза более чем интересна: явно глаз на имущество Софьи она уже положила и за происходящим в доме следила. Во всяком случае, «какая-то дальняя родня увезла её в свои деревни» вскоре после смерти матери, очевидно, поспешив приехать.
Как живётся Софье в доме Простаковых? Сама она скажет об этом лишь при встрече с Милоном, и то очень кратко, помянув о «бессовестных свойственниках» да дважды сказав: «Подумай же, как несчастно мое состояние!» и «Сколько горестей терпела я со дня нашей разлуки!...» Но многое стоит за этими короткими словами, как и за фразой Правдина «Мой друг! не спрашивай о том, что столько ей прискорбно...»
По-моему, из слов самой хозяйки мы можем сделать точный вывод. Не поверив, что письмо получено от дяди, она заявит: «Нет, сударыня, это твои вымыслы, чтоб дядюшкою споим нас застращать, чтоб мы дали тебе волю. Дядюшка-до человек умный; он, увидя меня в чужих руках, найдёт способ меня выручить». «Дать тебе волю», «выручить»… Правдин за «три дни» пребывания в поместье уже насмотрелся многого («Ты узнаешь от меня, какие грубости...») Грубости мы и сами услышим от Простаковой, она и письмо из рук Софьи «почти вырывает», хотя сама и не может его прочесть… Наверное, известие о приезде Стародума пугает Простакову (ремарка к её реплике о письме – «испугавшись, с злобою»), в первую очередь, потому, что родичи «надзирают над её имением, как над своим», и хотят по-своему распорядиться её судьбой.
Мы из первых же слов комедии узнаём, что готовится брак Софьи со Скотининым, а сама она об этом даже и не подозревает. Да, конечно, браки, «не спросясь её совета», - явление постоянное в то время, но диалог «жениха» с его сестрицей попросту чудовищен: «Что ж я не вижу моей невесты? Где она? Ввечеру быть уже сговору, так не пора ли ей сказать, что выдают её замуж?» - «Успеем, братец. Если ей это сказать прежде времени, то она может ещё подумать, что мы ей докладываемся». Комментарии, думаю, излишни. Почему Простакова заинтересована в таком браке? Думаю, причина ясна: оставить Софью у себя в доме в качестве приживалки – ненужные расходы, надо выдать её замуж, но при этом найти жениха, который не слишком заинтересуется, куда «выдвинулось» имущество невесты, Скотинина же интересует лишь «то, что в деревеньках-то её водится и до чего его смертная охота», то есть «свинки». Вспомним, что на слова Скотинина «Ты не бось, душенька. Тебя у меня никто не перебьёт» она ответит: «Это что значит? Вот ещё новое!» То есть была в полном неведении…
Но все эти унижения не сломили девушку. Мы прекрасно понимаем, что ей запрещена переписка с кем бы то ни было, что она вынуждена скрывать свои чувства, но, по-видимому, заложена в ней внутренняя твёрдость. Мы не знаем, что помогает ей. Возможно, вера в то, что любимый дядюшка вернётся и спасёт её. Она радостно объявит: «Дядюшка, о котором столь долго мы ничего не знали, которого я люблю и почитаю, как отца моего, на сих днях в Москву приехал. Вот письмо, которое я от него теперь получила», - а на все злобные реплики Простаковой, что это «изрядный вымысел» и «дядюшка, конечно, не воскресал», ответит лишь: «Да он никогда не умирал».
Она ни на минуту не теряет чувства собственного достоинства, спокойно и кратко отвечая на те реплики Простаковой, которые требуют ответа, и пропуская другие. Мы видим, что она успела завоевать уважение Правдина, хоть их знакомство и очень кратко, ему она доверяет, а потому на его слова «Я никогда не читаю писем без позволения тех, к кому они писаны», сразу же откликнется: «Я вас о том прошу. Вы меня тем очень одолжите».
Простакова, резко изменившая своё отношение к девушке («Сегодня, однако же, в первый раз здешняя хозяйка переменила со мною свой поступок»), «сделавшаяся ласковою до самой низкости», похоже, неприятна ей ещё больше, чем когда была «грубой и бранчивой», потому что ей ясна причина: «Услыша, что дядюшка мой делает меня наследницею... Я по всем её обинякам вижу, что прочит меня в невесты своему сыну».
Сейчас, зная, что избавление близко, она продолжает сдерживаться: «Я не могла и на это глупое предложение отвечать решительно. Чтоб избавиться от их грубости, чтоб иметь некоторую свободу, принуждена была я скрыть моё чувство».
Мне всегда было очень интересно, как повела бы себя Софья, если бы письмо Стародума пришло несколько позже и она узнала бы об ожидающем её браке. Софья из «Бригадира» скажет: «Я вам должна повиноваться; только представьте себе моё несчастие». Могла ли бы так сказать Софья из «Недоросля»? Мне кажется, всё-таки нет. Наверное, попыталась бы что-то сделать, но что могла?
В день, когда был назначен сговор, в доме находился Правдин. Думаю, он пришёл бы на помощь. Он сам скажет: «Ласкаюсь, однако, положить скоро границы злобе жены и глупости мужа. Я уведомил уже о всех здешних варварствах нашего начальника и не сумневаюсь, что унять их возьмутся меры». «Унять их», разумеется, сумели бы и в вопросе брака, тем более что на вечер назначен лишь сговор (напомню объяснение из словаря: «Соглашение между родителями жениха и невесты о браке, помолвка; обряд, которым сопровождается это соглашение»), а не венчание, доказать недействительность которого было бы намного труднее. Правдин помог бы, но если бы его не было?
И всё же мы видим, что Софья хранит верность своей любви…
До следующего раза!
Если статья понравилась , голосуйте и подписывайтесь на мой канал! Уведомления о новых публикациях вы можете получать, если активизируете "колокольчик" на моём канале
"Путеводитель" по циклу здесь
Навигатор по всему каналу здесь