Есть народы, которым тысячи лет. А есть те, кому официально дали имя в 1936 году — по решению советского правительства. Казахи — из вторых. Но это не значит, что истории у них не было.
Это значит, что их история сложнее, чем кажется.
Вопрос о происхождении казахов — один из самых запутанных во всей евразийской летописи. Не потому что данных нет. А потому что данных много, и каждый тянет их в свою сторону.
Большинство историков сходятся на тюркском происхождении. Тюрки появились в степях Центральной Азии примерно в VI веке нашей эры и оставили за собой не просто территорию, а целую языковую семью, которая живёт до сих пор — от Турции до Якутии.
Есть версия, что гунны и тюрки — это один и тот же народ, которого в разных источниках просто называли по-разному. Китайские хроники звали их хуннами, европейские — гуннами, а позже те же племена появились уже под именем тюрков. Если так, то предки казахов шагали по этим степям ещё в III веке до нашей эры.
Ислам пришёл позже — вместе с арабской экспансией в Среднюю Азию в VII–VIII веках. Вместе с верой пришла письменность, календарь, новые праздники. Степной уклад начал переплетаться с городской культурой Востока.
Но нацию создают не только предки и вера.
Нацию создаёт общая судьба.
В 1465 году на развалинах Золотой Орды два хана — Жанибек и Керей из династии Джучидов — собрали разрозненные тюркские племена под одно знамя. Так появилось Казахское ханство. Первое государство, которое можно было назвать казахским.
Уже через полвека, при Касым-хане, правившем с 1511 по 1523 год, население ханства перевалило за миллион человек. Территория протянулась на весь восточный Дешт-и-Кипчак — огромная полоса степей от Урала до Сырдарьи. Это было не маленькое племенное объединение. Это была держава.
Но удержать её оказалось труднее, чем создать.
В 1718 году, при Тауке-хане, единое ханство распалось на три части — жуза. Старший жуз занял юг, Средний расположился в центре и на севере, Младший — на западе. Каждый жуз стал жить своей жизнью, со своим ханом, своими пастбищами, своими союзами и врагами.
Самостоятельность длилась недолго.
Джунгарские нашествия в первой трети XVIII века опустошали казахские степи одно за другим. Период вошёл в народную память как Актабан шубырынды — «Великое бедствие». Целые роды уходили, бросая скот и кочевья. В такой ситуации нужен был сильный союзник.
И казахи нашли его — в лице Российской империи.
В 1731 году Младший жуз признал российский протекторат. В 1740-м — Средний. Старший жуз присоединился позже. Ханов отныне назначал российский император. Жузы превратились в управляемые административные единицы, а в 1822 году ханская власть была и вовсе упразднена.
Вот тут начинается самое интересное.
Весь этот период — с XVIII века по начало XX — народ, который мы сегодня называем казахами, официально именовался иначе. Киргизами. Или «сибирскими киргизами». Или «степными казаками». Путаница была колоссальная: настоящих киргизов тоже называли киргизами, отличая их приставкой «кара-киргизы».
Казахами они стали только в 1936 году.
В 1919 году большевики создали Киргизский край на севере современного Казахстана. В 1920-м он стал Киргизской автономией в составе РСФСР. В 1925-м переименован в Казакскую АССР — через «а», не через «х». Столицей сделали Оренбург, испокон веков населённый русскими, центр Оренбургского казачьего войска.
Потом одумались. Оренбург вывели из состава республики, столицу перенесли сначала в Кызылорду — «Красную столицу», — а потом ещё дальше на юг, в Алма-Ату. До 1921 года этот город носил русское имя — Верный.
В 1936 году по инициативе Сталина Казакская АССР была выведена из состава РСФСР и преобразована в союзную республику — Казахскую ССР. Тогда же устоялось написание через «х». К новой республике присоединили Каракалпакию, огромные пространства Туркестана, земли ногайцев на Урале и бывшие угодья семиреченских казаков.
Так появился Казахстан в его нынешних границах.
Но не в этом главная история.
Главная история случилась между 1941 и 1945 годами.
Когда немецкие войска двинулись на восток, Советский Союз начал эвакуацию. Сотни заводов и фабрик с западной части страны грузили на поезда и везли подальше от линии фронта. Многие из них ехали в Казахстан.
Вместе с заводами ехали люди.
Эвакуированных было так много, что города не успевали строить жильё. Казахские семьи принимали чужих людей к себе. Русских, украинцев, евреев, поляков — всех, кого война выбросила из привычной жизни. Алма-Ата стала тыловым городом, куда свезли несколько крупных киностудий — здесь снимали фильмы прямо во время войны.
Про эту щедрость не принято говорить громко. Она просто была — без пафоса и без медалей.
На фронт из Казахстана ушли больше миллиона человек. Около шестисот тысяч не вернулись.
Шестьсот тысяч человек из народа, которому ещё несколько десятилетий назад не давали собственного имени.
Вот и ответ на вопрос — молодая нация или нет.
Нация — это не дата указа. Нация — это то, что люди делают вместе, когда по-другому уже нельзя. Казахи строили государство из осколков чужой империи. Принимали чужую веру и делали её своей. Теряли имя и обретали его снова. Открывали двери в самый страшный год — и не считали это подвигом.
Это не молодо и не старо.
Это просто — судьба.