Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Черно-белая история

2 мая 1922 года в московском загсе Хамовнического района расписались двое: 26-летний поэт Сергей Есенин и 44-летняя американская танцовщица

Айседора Дункан. Она не знала русского, он — английского. Общались жестами и через переводчиков. Чтобы обойти бюрократическую проблему с разными гражданствами, оба записались как советские граждане, и оба при регистрации «уменьшили» свой возраст: Есенин указал 25 лет, Дункан — 37. Фактическая разница в 18 лет на бумаге сократилась до 12. Фамилию взяли двойную — Дункан-Есенин, а свидетелями на церемонии выступили сын скульптора Конёнкова и секретарь Есенина. Познакомились они семью месяцами ранее — в октябре 1921 года, в московской студии художника Георгия Якулова. Дункан приехала в Советскую Россию по личному приглашению наркома просвещения Анатолия Луначарского, который пообещал ей открыть государственную школу танца для детей. Она поселилась в особняке на Пречистенке, 20 — том самом, который позже станет их общим домом с Есениным. После регистрации брака, 10 мая 1922 года, пара вылетела в Кёнигсберг. Начался тур Дункан по Европе и США, в который она взяла Есенина. В Берлине они остан

2 мая 1922 года в московском загсе Хамовнического района расписались двое: 26-летний поэт Сергей Есенин и 44-летняя американская танцовщица Айседора Дункан. Она не знала русского, он — английского. Общались жестами и через переводчиков. Чтобы обойти бюрократическую проблему с разными гражданствами, оба записались как советские граждане, и оба при регистрации «уменьшили» свой возраст: Есенин указал 25 лет, Дункан — 37. Фактическая разница в 18 лет на бумаге сократилась до 12. Фамилию взяли двойную — Дункан-Есенин, а свидетелями на церемонии выступили сын скульптора Конёнкова и секретарь Есенина.

Познакомились они семью месяцами ранее — в октябре 1921 года, в московской студии художника Георгия Якулова. Дункан приехала в Советскую Россию по личному приглашению наркома просвещения Анатолия Луначарского, который пообещал ей открыть государственную школу танца для детей. Она поселилась в особняке на Пречистенке, 20 — том самом, который позже станет их общим домом с Есениным.

После регистрации брака, 10 мая 1922 года, пара вылетела в Кёнигсберг. Начался тур Дункан по Европе и США, в который она взяла Есенина. В Берлине они остановились в отеле «Адлон», где Есенин устроил публичное чтение стихов перед советской колонией и впервые встретился с Максимом Горьким. Горький позже записал: «Он читал свои стихи, и было видно, как он устал от этой женщины».

Поездка, задуманная как свадебное путешествие, превратилась в цепь скандалов. В Венеции 23 июля 1922 года Есенин избил Дункан прямо в холле отеля «Европа». В Париже, в отеле «Крийон», он крушил мебель. В Нью-Йорке, куда они прибыли 1 октября 1922 года на пароходе «Париж», на первом же вечере в Карнеги-холл Есенин вышел на сцену пьяным и пытался читать стихи по-русски перед англоязычной публикой. Дункан переводила импровизацией. В Бостоне на выступлении 8 октября 1922 года он кричал в зал: «Долой буржуазию!» — после чего полиция прервала концерт.

В США за Есениным закрепили агента ФБР. В рассекреченном досье от 28 ноября 1922 года значится: «Есенин — опасный большевистский агитатор, страдает манией преследования и алкоголизмом». Дункан в интервью «New York World» 13 октября 1922 года сказала: «Я вышла замуж за гения. Гении невыносимы в быту».

Обратно в Европу они вернулись в феврале 1923 года. В Париже Дункан записала на плёнку пять песен Есенина под аккомпанемент фортепиано — это единственная сохранившаяся запись его голоса, поющего стихи. В Москву прибыли 3 августа 1923 года. Дункан почти сразу уехала в Кисловодск, а Есенин остался в столице. В сентябре 1923 года он официально объявил друзьям: «Всё кончено».

Официальный развод оформили позже — в 1924 году Дункан прислала телеграмму из Парижа: «Я даю тебе свободу». Есенин к тому времени уже жил с Галиной Бениславской. Их брак продлился фактически год и четыре месяца. Через два с половиной года Есенина не стало. Дункан погибнет 14 сентября 1927 года в Ницце — её длинный шарф намотается на ось открытого автомобиля. Ей было 50 лет.