Игорь и Даша поженились в прошлом году в самом начале мая. Свадьбу сыграли скромно, без лимузинов и голубей, посидели в кафе с друзьями и роднёй, и на том всё. Жить стали в однокомнатной квартире Даши на девятом этаже панельной новостройки. Квартира эта досталась ей от государства как круглой сироте. Родителей она потеряла ещё в детстве, выросла в детдоме, и когда исполнилось восемнадцать, ей выдали ключи. Обычная однушка: маленькая кухня, комната метров шестнадцать, балкон. Но для Даши это был целый дворец, потому что впервые в жизни у неё появилось что-то своё.
После свадьбы Игорь переехал к жене. Вещи перевёз за один рейс на маршрутке — две сумки и компьютер. Он был из простой рабочей семьи. Мать Наталья Семёновна трудилась почтальоном, таскала тяжёлую сумку по району в любую погоду. Отец Виктор Степаныч работал слесарем в управляющей компании. Был ещё младший брат Пашка, который учился в девятом классе. Жили они в старой хрущёвке на другом конце города, в квартире, где ремонт последний раз делали ещё при Горбачёве.
Игорь и Даша оба окончили университет, оба устроились в приличные места. Даша сидела в бухгалтерии в строительной фирме, Игорь работал менеджером по продажам в компании, которая торговала электроинструментом. Зарплаты у обоих были хорошие, не московские, конечно, но для их города вполне достойные.
Даша взяла семейный бюджет в свои руки: завела тетрадку, расчертила графы, записывала каждую трату. У них был план. Во-первых, накопить первый взнос на ипотеку, чтобы взять двушку, потому что однушка для семьи с будущими детьми маловата. Во-вторых, сделать ремонт в прихожей и на кухне. В-третьих, поехать летом на море — не дикарями в палатке, а нормально, в отель с бассейном. Даша прямо горела этим планом, каждый вечер пересчитывала накопления и радовалась, как цифры растут.
А потом жизнь треснула.
Игорю как-то вечером позвонил Пашка. Голос у брата был сдавленный, непривычно тихий.
— Игорь, приезжай. Мать плачет. Отец ушёл.
— В смысле ушёл? Куда ушёл?
— Совсем ушёл. С вещами. К какой-то тётке. Мать говорит — разводиться будет.
Игорь положил трубку и долго смотрел в стену. Даша выглянула из кухни:
— Что случилось?
— Отец от матери ушёл. К бабе какой-то.
— Да ладно? Серьёзно?
— Серьёзней некуда. Пашка говорит, мать в истерике. Я поеду.
— Езжай, конечно. Скажи, чтоб держалась там.
Игорь поехал к матери, чтобы поддержать. Когда зашёл в родительскую квартиру, сразу почувствовал — беда. В коридоре не горела лампочка, в комнате было темно, на кухне сидела мать и смотрела в одну точку. Перед ней стояла вазочка с лекарствами, капли и кружка с остывшим чаем. Пашка сидел рядом и молчал.
— Мам, ты как?
Наталья Семёновна подняла голову. Глаза красные, лицо осунувшееся, губы дрожат.
— Сынок, ушёл от нас батя… старвец. Просто собрал чемодан и сказал: «Я всю жизнь тебя терпел, а теперь буду жить для себя». Представляешь? Всю жизнь терпел. А я, значит, не терпела его гулянки, его враньё, его вечные задержки на работе, а он меня терпел.
Игорь сел рядом, обнял мать за плечи.
— Мам, расскажи нормально. Что вообще произошло?
Мать рассказала, что оказывается, последние пару лет Виктор Степаныч крутил роман с какой-то продавщицей из продуктового магазина. Моложе его на пятнадцать лет, разведённая, бездетная. Мать догадывалась, но молчала. Боялась остаться одна с ребёнком, боялась разрушить семью, надеялась, что перебесится. А он не перебесился. И однажды пришёл, поставил чемодан у двери и объявил, что уходит.
— А алименты? На Пашку-то? — спросил Игорь.
— Обещал платить. Сказал, подавай на алименты, я не против, — все так же глядя в одну точку, ответила мать.
Наталья Семеновна, конечно же, подала на алименты. Надо же Пашку на ноги поднимать. Суд назначил алименты с официальной зарплаты — а официальная у Виктора Степаныча была как у слесаря УП, была небольшая. Да, он зарабатывал, подрабатывал левые деньги, но алименты-то с официального заработка. Выходило десять тысяч с копейками на ребёнка. А через два месяца он и вовсе уволился с УП, устроился куда-то неофициально и перестал платить. Мать ходила к приставам, писала заявления — толку ноль. Человек без официального дохода, взять с него нечего.
А жизнь шла своим чередом. Коммуналка все время дорожает. Проезд на работу. Пашке то на ремонт класса сдать, то кроссовки, то учебники, то просто пожрать нормально, потому что парень в девятом классе, ему мясо нужно, а не пустые макароны. Наталья Семёновна тянула как могла. Работала на полторы ставки, брала дополнительные участки, разносила пенсии и газеты с утра до вечера. Приходила домой без ног, валилась с больной спиной, а утром опять вставала и шла на почту. Но всё равно денег не хватало.
Игорь стал это замечать. Заезжал в гости и видел: холодильник пустой, из еды — хлеб, яйца, макароны и окорочка. Мать похудела, стала какая-то серая. Пашка ходил злой, учиться стал хуже.
В один из таких приездов Игорь не выдержал. Зашёл в магазин, накупил продуктов на три больших пакета, привёз матери. Потом полез в карман, достал все деньги, что были с собой.
— Мам, держи. За квартиру заплати, Пашке что-нибудь купи, ну и вообще.
Наталья Семёновна замахала руками:
— Ты что, сынок! Не надо! У тебя своя семья, своя жена. Даша узнает — что скажет?
— Мам, Даша нормальный человек. Она поймёт.
— Нет, нет, убери. Не надо, – начала протестовать мать.
— Бери, я сказал.
Игорь сунул матери деньги в руку и ушёл, пока она не начала плакать и благодарить. Потом это повторилось через пару недель. Потом ещё раз. Потом Игорь стал оставлять часть своей зарплаты специально для матери. С общего счета не брал, давал только своё, но Даша всё равно заметила. Она же бухгалтер, у неё глаз намётанный. Увидела, что Игорь стал меньше откладывать в общую копилку на ипотеку.
Однажды вечером, когда они сели ужинать, Даша положила перед Игорем тетрадку с расчётами и сказала спокойно, но с каким-то холодком:
— Игорь, у нас третий месяц сумма на ипотеку растёт намного медленнее, чем раньше. Ты можешь объяснить, куда деваются деньги?
Игорь отложил вилку. Он не умел врать и не собирался.
— Даш, я матери помогаю. Отец ушёл, алименты ей не платит почти, Пашка школьник. У них там совсем беда с деньгами.
Даша помолчала секунду, потом спросила:
— И сколько ты им уже отдал?
— Да я не считаю. Ну какая разница? Это моя мать, Даш. Она меня вырастила, она мне всю жизнь помогала, пока я учился, пока на ноги вставал. Я не могу смотреть, как она там голодает.
— Подожди, — Даша отодвинула тетрадку. — А почему это должно идти из нашего бюджета? Твоя мать взрослый человек. У неё работа есть. Почему она сама свои проблемы решить не может? Почему мы должны жертвовать своими планами?
— Ты не понимаешь, — Игорь начинал заводиться. — Мать сутками на почте пашет, у неё здоровье уже ни к чёрту. Ей зарплаты не хватает на самое необходимое. А отец козёл, скрывается от алиментов, его приставы найти не могут. Что ей, украсть?
— А причём тут мы? — Даша повысила голос. — Я сирота, Игорь. Понимаешь? Круглая сирота. Мне никто не помогал. Я сама выживала в детдоме, сама училась, сама работала, сама эту квартиру получила. Никто мне денег не давал, никто продукты не привозил. И ничего — выжила. Получила диплом, нашла работу, вон, квартиру имею. Почему твоя мать не может так же? Почему она должна сидеть у нас на шее?
Игорь смотрел на неё и не узнавал.
— Ты вообще слышишь, что ты говоришь? «У нас на шее»? Она не сидит ни у кого на шее! Она вкалывает! Просто у неё обстоятельства такие, что одна зарплата не тянет. И я не могу, понимаешь, не могу ходить мимо и делать вид, что ничего не происходит.
— А я не могу смотреть, как наши планы рушатся, — отрезала Даша. — Мы копили на квартиру. Мы хотели ремонт. Хотели на море поехать. У нас наконец-то нормальная жизнь началась, а теперь ты всё тормозишь из-за того, что твой отец оказался подлецом.
— Да при чём тут отец! Я матери помогаю, а не отцу!
— А результат один — ты тянешь деньги из нашей семьи. Ты понимаешь это или нет? Прекрати помогать своей матери. Пусть сама справляется.
Они поругались тогда крепко. Разошлись по разным углам квартиры, хлопнули дверьми, не разговаривали до утра. Утром Игорь ушёл на работу раньше обычного, Даша демонстративно не приготовила ему завтрак.
Но на этом не кончилось. Через неделю Игорь снова поехал к матери, снова оставил денег. Вернулся домой, и Даша его встретила на пороге.
— Ты опять?
— Что «опять»?
— Ты опять к матери ездил? Деньги возил?
— Да, возил. И что?
— Игорь, я тебя предупреждаю, — голос у неё стал низким, почти шипящим. — Ещё раз без моего ведома возьмёшь из семейного бюджета — у нас будет серьёзный разговор.
— Даш, я из своих личных денег даю! Это моя зарплата!
— У нас нет «твоих личных денег». Мы семья. У нас общий бюджет. Хочешь помогать своей матери — иди на вторую работу, а из общего бюджета брать не смей.
— Ты что, совсем с ума сошла? Ты мне условия ставишь? Это моя!
— А это мой дом! — крикнула Даша. — И между прочим, квартира моя! Ты на всё готовое пришёл!
Вот это ударило по-настоящему. Игорь застыл. Он смотрел на жену и видел чужого человека. Стояла тишина, только часы тикали в коридоре.
— Ты это сейчас серьёзно сказала? — спросил он тихо.
Даша отвела глаза. Губы у неё дрожали, но она молчала.
— Я тебя понял, — сказал Игорь и пошёл в комнату собирать вещи.
— Ты куда? – испугалась жена.
— Съезжаю. Раз квартира твоя, раз я на всём готовом, то и живи тут одна. А я пойду. Сниму что-нибудь.
— Игорь, не дури! — Даша побежала за ним. — Я не это имела в виду!
— Нет, ты именно это имела в виду. Ты каждый раз мне это напоминаешь — что квартира твоя, что ты сама всего добилась, что я тут никто. Ну так и будь сама. А я ухожу….
— Игорь! – закричала Даша, но не от злости, а от отчаяния.
Но муж уже не слушал. Закинул в спортивную сумку ноутбук, бельё, пару футболок, зубную щётку. Даша хватала его за руку, пыталась остановить, но он отстранился.
— Пусти. Я позвоню потом. Или не позвоню. Не знаю.
Хлопнула входная дверь. Даша осталась стоять в коридоре, расстроенная и растерянная.
Но она не плакала, не рыдала и волосы на себе не рвала. Характер не позволял. Она села на табуретку в прихожей, сложила руки на коленях и сидела так минут десять, глядя в пол. Потом встала, подошла к зеркалу, поправила волосы и сказала сама себе:
— Ну и пусть. Проживу и без него. Не впервой. Всю жизнь была одна и сейчас справлюсь…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.