Часть 1; Часть 2. Земля пела всё громче. Алиса шла вперёд, не оглядываясь, её рука светилась, как маяк. Кирилл и Наталья едва поспевали за ней. Они не знали, что ждёт их в карьере. Знали только одно: назад дороги нет. Воронка дышала. И тот, кто ждал внизу, уже чувствовал их приближение.
Глава 1. Белый лес
Они шли молча. Время потеряло смысл — Кирилл не знал, час прошёл или три. Ночь была плотной, как смола. Только зелёное свечение Алисиной руки выхватывало из темноты тропу — узкую, заросшую, но отчётливо видную.
— Алиса, ты уверена, что мы идём правильно? — спросила Наталья, запыхавшись.
— Да. Земля ведёт. Она гудит громче, когда я сворачиваю не туда.
Кирилл прислушался. Гул действительно менялся — становился ниже, когда они шли прямо, и выше, когда ошибались. Земля была живым навигатором.
Впереди выросли деревья. Не обычные — белые. Берёзы? Но кора была не с чёрными чёрточками, а слепяще-белая, как кость. Листья на них висели мёртвые, но светились — слабым молочным светом.
— Белый лес, — прошептал Кирилл. — Мне снился.
— И мне, — сказала Алиса.
— И мне, — добавила Наталья.
Они вошли под кроны. Тишина стала другой — не пустой, а наполненной. Шёпотом. Тысячи голосов шептали что-то на незнакомом языке, но Кирилл понимал смысл: «Идите. Идите. Мы ждём».
— Мам, страшно, — сказал он.
— Мне тоже.
— Но мы не можем вернуться, — сказала Алиса. — Отец там. Если мы вернёмся, земля не успокоится. Тогда он тоже услышит. Или уснут все.
Она говорила чужим голосом — спокойным, взрослым, не своим.
Кирилл посмотрел на её лицо. В зелёном свете оно казалось не живым — иконическим, как на старых образах.
— Алиса, ты всё ещё ты?
Она повернулась к нему. Глаза её горели зелёным, но в них был узнавание.
— Я. Но уже не только я. Со мной говорят они. Те, кто внизу.
— Кто они?
— Первые. Те, кто жил до нас. Они спали глубоко, а комета разбудила их. Теперь они ищут выход.
— Через нас?
— Через тех, кто слышит.
Она пошла дальше. Лес расступился, и они вышли на поле. Огромное, чёрное, без единой травинки. Земля под ногами была мягкой, как губка.
— Дышит, — сказала Наталья. — Как дед говорил.
Поле поднималось и опускалось. Кириллу стало дурно — его укачивало, хотя он стоял на месте. Он попробовал сделать шаг — нога провалилась в мягкое, и он едва удержал равновесие.
— Идите по моим следам, — сказала Алиса. — Я легче.
Она шла по полю, и её ноги не проваливались. Кирилл ступал туда, куда она ставила ногу. Наталья — за ним.
Глава 2. Другие
Они увидели их у края поля. Десятки фигур, светящихся зелёным, стояли в ряд, лицом к воронке. Они не двигались, не разговаривали. Просто стояли и ждали.
— Это те, кто уснул и проснулся, — сказала Алиса.
— Из нашей деревни? Сосновки?
— И из других. Всех, кто близко.
Одна из фигур повернула голову — молодая женщина, та самая, что подходила к дому. Её глаза горели, но смотрели не на них — сквозь.
— Алиса, не подходи к ним, — прошептала Наталья.
— Не бойся. Они не тронут. Они ждут команды.
— Чьей?
— Той, кто внизу.
Воронка открылась неожиданно. Край её был ровным, как круг, очерченный циркулем. Внутри — темнота, из которой поднимался пар. Тёплый, сладковатый, как тот запах, что они чуяли в мотеле и на заправке.
— Туда? — спросил Кирилл.
— Туда.
Алиса шагнула к краю. За ней потянулись фигуры — все сразу, как по команде.
— Стойте! — крикнул Кирилл. — Вы что, прыгнете?
— Не прыгнем. Спустимся. Там лестница.
Он посмотрел вниз. В темноте, на глубине нескольких метров, что-то блеснуло — металл, ступени.
Глава 3. Спуск
Лестница была ржавой, но крепкой. Она вела вниз, в чрево земли. Запах стал сильнее — сладкий, приторный, от него кружилась голова.
— Держитесь за перила, — сказала Алиса. — И не смотрите вниз.
— Почему?
— Потому что там не дно. Там продолжение.
Они спускались долго. Мимо проплывали слои земли — глина, песок, камень. Потом — снова глина, чёрная, маслянистая. И стены стали светиться — тусклым, голубоватым светом.
— Что это? — спросила Наталья.
— Корни, — ответила Алиса. — Корни земли. Они живые.
Кирилл дотронулся до стены. Корни были тёплыми и пульсировали, как вены.
Внизу показался свет. Не зелёный — золотой. Тёплый, как солнце, но без солнца.
Они ступили на дно. Вокруг была пещера — огромная, круглая, с куполообразным потолком. В центре, на каменном возвышении, лежало что-то.
Или кто-то.
Глава 4. Спящий
Тело было огромным — в три роста. Кожа — серая, чешуйчатая, с зелёными прожилками. Голова вытянутая, глаза закрыты. Руки сложены на груди, как у покойника.
— Это он? — спросил Кирилл.
— Не он. Она, — поправила Алиса. — Мать.
— Чья мать?
— Тех, кто спит. Первых.
Она подошла к телу, положила ладонь на его руку. Зелёная линия на её коже вспыхнула ярко, и тело зашевелилось.
— Ты пришла, — раздался голос. Не изо рта — из воздуха, из стен, из глубины. — Я ждала.
— Ты звала, — ответила Алиса. — Всех, кто слышит.
— Да. Мне нужно родиться.
— Как?
— Ты станешь мной. А я — тобой.
Кирилл рванул вперёд, схватил Алису за плечо.
— Нет! Она не станет тобой!
— Не мешай, — сказал голос. — Она выбрала.
— Я не выбирала, — тихо сказала Алиса. — Меня выбрали.
Она повернулась к брату. Её глаза были мокрыми, но спокойными.
— Кирилл, если я не сделаю это — земля не успокоится. Они все останутся здесь, внизу, и будут звать. И тогда уснут все.
— А если ты сделаешь?
— Я… я не умру. Я стану другой. Буду здесь, под землёй, но смогу говорить с теми, кто вверху. Через сны. Через зелёные точки.
— Как ты тогда увидишь папу? Маму? Меня?
— Увижу. Но не лицом к лицу. Через землю.
Наталья заплакала. Она подошла к дочери, обняла её.
— Не пущу.
— Мама, ты должна.
— Я не могу.
Алиса отстранилась, посмотрела на мать, на брата.
— Помните? Я пила сладкую воду в мотеле. Это был не случай. Это был выбор. Я не знала, что выбираю, но выбрала. Теперь надо закончить.
— А если мы не дадим? — спросил Кирилл.
— Тогда умрут все. Не только вы, но и те, кто в городе, кто в деревнях. И те, кто ещё не уснул. Потому что земля не замолчит. Она будет петь вечно.
Голос из тела добавил:
— Твоя сестра — первая из новых. Она будет мостом. Не препятствуй.
Кирилл замолчал. Он смотрел на Алису, на её светящуюся руку, на её взрослое лицо. Потом на мать, которая плакала, закрыв лицо руками. И понял — выбора нет. Или совсем нет, или он уже сделан.
— Прощай, — сказал он.
— Не прощай. До встречи.
Алиса легла рядом с телом. Её рука коснулась его руки, и они слились в зелёном свете. Тело затряслось, сжалось, уменьшилось. Через минуту на камне лежала только Алиса. Одна. Спящая.
— Она теперь здесь, — сказал голос. — Я — в ней. Она — во мне. Идите наверх.
— А когда она проснётся? — спросила Наталья.
— Когда земля перестанет петь. Когда ей не нужно будет звать.
— И когда это будет?
— Не знаю. Может, через день. Может, через тысячу лет.
Кирилл взял мать за руку. Они поднялись по лестнице, прошли через белый лес, через поле. Около леса их ждал Илья.
— Алиса? — спросил он.
— Она осталась там, — сказал Кирилл. — Но она не умерла. Она спит. И когда-нибудь проснётся.
Илья не заплакал. Он обнял жену, сына и повёл их домой.
Сзади, из воронки, всё ещё доносился гул. Но он затихал. И звёзды на небе зажглись одна за другой.
Глава 5. Тишина
Прошла неделя. Земля замолчала. Люди, которые уснули, начали просыпаться — обычные, без свечения. Но некоторые остались внизу. Те, кого позвали, кто согласился быть мостом.
Алиса не вернулась. И не проснулась.
Но каждую ночь Кириллу снился сон: белый лес, дорога, и сестра на краю воронки. Она улыбалась и говорила: «У нас всё хорошо. Не скучай».
И зелёные точки на его руке исчезли. Как не было.
Они жили в дедовом доме. Илья нарубил дров, Наталья закрутила банки с соленьями. Кирилл помогал по хозяйству и ждал. Чего? Не знал.
Но однажды, на рассвете, земля снова запела. Тихо, чуть слышно. И на запястье Кирилла проступила зелёная точка.
— Слышишь, папа? — спросил он.
— Слышу, сын. Она поёт. Только теперь не зовёт. Просто… поёт. Наверное, она счастлива.
А внизу, под землёй, в окружении корней и света, спала девочка. Её рука светилась зеленью. И она улыбалась во сне.
Конец третьей части.
Продолжение.
Обращение к читателю после третьей части:
Три части позади. Алиса осталась внизу, но не умерла — стала частью земли. Теперь она поёт для тех, кто слышит. А ты слышишь? Если зелёная точка на твоей руке засветится — знай, это она. Подписывайся на канал, ставь лайк, делись с теми, кто не боится тишины. Скоро четвёртая часть — о тех, кто остался наверху и о том, как мир учится жить заново.