Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Бумажный Слон

Случайная кофейня

Шумный питерский ливень был некстати. Сначала пришли его собутыльники — тучи. Затем подтянулся компаньон — ветер. И с ними ещё можно было иметь дело. Но когда явился главный тамада — проливной дождь, на улице стало совсем некомфортно.
   Софья, прижав к груди бумажный подарочный пакет, скоропостижно распадающийся прямо у неё на глазах, с силой дёрнула ближайшую тяжёлую дверь. Цветочного магазина, как ей показалось.
   «Пережду и, заодно, новый пакет куплю.»
   Под ногами был мозаичный пол. Но насторожил не он, а аромат. Отнюдь не роз, а крепкого, свежесваренного кофе, корицы, нагретого дерева и амбры.
   Убрав мокрые, прилипшие к лицу пряди, огляделась.
   «Действительно, не цветы, а кофе.» Софья стояла почти в центре небольшой кофейни. Всю длину стены перед ней занимала солидная, тёмно-шоколадного цвета дерева, стойка.
На ней в ряд расположились разномастные жаровни с песком. На одной из них стояла пузатая, с узким горлышком, турка. Её медный бок покрывала гравюра, но рисунок не

Шумный питерский ливень был некстати.

Сначала пришли его собутыльники — тучи. Затем подтянулся компаньон — ветер. И с ними ещё можно было иметь дело. Но когда явился главный тамада — проливной дождь, на улице стало совсем некомфортно.

   Софья, прижав к груди бумажный подарочный пакет, скоропостижно распадающийся прямо у неё на глазах, с силой дёрнула ближайшую тяжёлую дверь. Цветочного магазина, как ей показалось.

   «Пережду и, заодно, новый пакет куплю.»

   Под ногами был мозаичный пол. Но насторожил не он, а аромат. Отнюдь не роз, а крепкого, свежесваренного кофе, корицы, нагретого дерева и амбры.

   Убрав мокрые, прилипшие к лицу пряди, огляделась.

   «Действительно, не цветы, а кофе.»

Софья стояла почти в центре небольшой кофейни. Всю длину стены перед ней занимала солидная, тёмно-шоколадного цвета дерева, стойка.
На ней в ряд расположились разномастные жаровни с песком. На одной из них стояла пузатая, с узким горлышком, турка. Её медный бок покрывала гравюра, но рисунок не разобрать.

   А ещё у турки была ручка светлого дерева. За эту ручку её держал парень лет 20.

   Симпатичный, загорелый, в футболке, с медальонами на цепочках. В целом — обычный бариста.
— Добрый день!

«А вот голос не обычный, про такой говорят — бархатный.»

   Софья посмотрела по сторонам. Всего 5 столиков. Два было занято.

   Справа от двери подросток лет 15 в больших наушниках, приминающих его буйные кудри, как сейчас говорят, «втыкал» в телефон, потягивая через трубочку черный кофе из стеклянного бокала.

   Слева у окна две модные тётушки, оглядев её с ног до головы, вернулись к своей тихой беседе, позвякивая малюсенькими бирюзовыми чашечками из керамики на блюдцах.

   Софья колебалась, выйти и поискать магазин или пересидеть пик дождя здесь.
— Вы проходите, не стесняйтесь, — улыбнулся бариста.
«Улыбка у него сногсшибательная, конечно. От девиц отбоя нет, с такой улыбкой и голосом.»

   Софья подошла к стойке, поискала глазами список напитков. Не найдя, попросила:
— Можно мне капучино?
— Нет. — Снова улыбнулся, открывая откидную дверцу и выходя к ней в зал, бариста.— У нас так не принято. Прошу, вот Ваш столик.

   Софья послушно сделала с ним пару шагов к столику в нише слева от двери.
— Ой, а здесь зарезервировано, — она указала на табличку. — Может, вот тот.
— Не беспокойтесь. Он для Вас и зарезервирован. У нас всегда один столик для нежданных гостей.
Бармен помог ей снять куртку, отодвинул стул.

   Софья стеснялась. Она не привыкла, чтобы ей так голливудски улыбались и тактично заботились. Вообще, не привыкла, чтобы внимание — на неё.

   Пятая дочь, двенадцатая внучка, седьмая тётя и девятая кузина. Не гений мысли и не эталон красоты (даже по древнегреческим меркам). Домоседка с соответствующей профессией — повар. И работает в столовой на заводе, куда отец устроил и где две из четырёх сестёр — инженеры. Какое уж тут «внимание».

   Чтобы не смотреть на баристу, смотрела на стол и его руки. Стол солидный как и стойка, из дерева, квадратный. А в центре подвижный мозаичный круг, такой же цветастый, как и пол.

   Руки — ловкие, сильные, до плеч покрытые чуднЫми рисунками.

   Вообще, Софья татуировки не любила. Но эти, почему-то, другие. Выглядят как естественная часть их владельца, а не чужеродная нашлёпка.

   Оторвавшись от разглядывания узоров, посмотрела, наконец, в глаза их обладателя.

   Показалось, что полыхнули языки пламени.

   «Глупость какая! Обычные глаза, карие. Ресницы — зашибись. А глаза — обычные. Напридумывала себе, дурочка.»

   Повторила своё «капучино». Бариста покачал головой.
— Нет. Как я и сказал, у нас так не принято. Гости кофе не выбирают. Это кофе выбирает гостя. Поверните круг.
Он показал на мозаику.
— Ааа, это как в «Шоколаде»! Мамин любимый фильм. Прикольная идея!

   Софья смотрела, как вертясь, мозаичные завитушки расплёскиваются волнами и разбегаются мудрёными дорожками.

   «Классно продумали! Смотришь на круг и кажется, что и на полу мозаика движется. Даже тату на парнишке, как золотом блеснули.»

   Круг остановился.

   — Очаровательно. Придётся немного подождать, но вы не разочаруетесь.
Он ушёл за стойку, провел рукой по нескольким ёмкостям, выбрал.

   Пока готовился её кофе, Софья хотела по примеру подростка залипнуть в телефон, заодно выяснив, когда закончится ливень, но тот не ловил сеть, а отвлекать сосредоточенного баристу не хотелось. Поэтому она залипла на его руки.

   «Сразу понятно — профи. Я-то старше, с образованием и кулинарным опытом, а так не умею. Это ж сколько времени он работает, чтоб руки такую память наработали?»

   Время пролетело незаметно, и вот уже перед ней простая, классическая для общепита белая кружка с непроницаемо черным кофе. От аромата закружилась голова.
— А можно мне молока? Видите ли, я кофе только с молоком могу, мне даже растворимый горько.
«Зачем я оправдываюсь?»
— А если в качестве небольшого одолжения? — Он почти мурлыкал. — Всего один глоток. Не понравится — тут же принесу вам молоко.

   «Как можно так мужественно мурлыкать? Ты безвольная дура!»

   Софья пригубила напиток.

   Он не был горьким. У него вообще не было вкуса. У него было небо. У него была земля. Пляжи и горные перевалы, счастье до слёз и восторг до ужаса, железные рельсы и пенные прибои, отчаянные закаты и бездыханные восходы.

   В этом кофе был весь мир, в котором не было Софьи. И теперь он растворился в ней, а она — в нём.

   Допила чашку мелкими глотками. Только тогда заметила, что бариста снова на рабочем месте.

   Постепенно, но слишком быстро, реальность взяла своё. Софья собралась, подошла к стойке. В голове обычное:
«Заказала, а даже цену не спросила. Здесь же всё авторское, влетит тебе твой кофе в 1000, будешь знать!»
— Спасибо вам огромное! Самый вкусный кофе в моей жизни. Что я за него должна?
— То, что не жалко.
— Постоянность.
Слово вылетело так неожиданно, что Софья даже не сразу сообразила, что это она сказала.
Растерялась ещё больше, когда бариста протянул руку. Неуверенно пожала.
— Оплачено. — Татуировки на руке ожили золотом.
Попыталась отшутиться:
— Если бы всегда так. У меня ещё много есть: рутина, стресс, работа. Я так всё кофе у вас скупить могу. Так сколько? В деньгах.
Бармен пожал плечами.
— Будем считать, за счёт заведения. Спасти девушку от простуды — это ведь считается за рыцарский подвиг?

   — Несомненно. Где-то между победой над драконом и мытьём посуды, — в разговор ворвался звонкий голос справа. Подросток, про которого она уже и забыла, развернулся в их сторону и, сдвинув один наушник, очевидно, веселился. То ли над ней, то ли над бариста, то ли над обоими.

   Совсем сконфузившись, Софья пробормотала «до свидания» и ринулась к выходу, чтобы тут же уткнуться в чью-то грудь.

   Мужскую. С тёмно-зелёным галстуком в цвет чуть более светлых глаз. Темная бровь удивлённо изогнулась. Золотая серьга в ухе поймала отблеск лампы.
— Мадам?
Он аккуратно поддержал её под локоть.

   За его спиной была компания из трёх женщин и двух мужчин. Щеки Софьи залил яркий румянец.
— Простите.
Она обошла замершую группу и выскользнула в дверь.

   Когда та захлопнулась, обладатель серьги удивлённо уточнил у баристы:
— С каких пор нас посещают люди?
— Да брось, братец! Надо же иногда развлекаться, — вместо баристы опять вклинился подросток.
— Смотри-ка, Бог Порогов тебе был должен? Или Кул подыгрывает так, из интереса? — Поинтересовалась одна из пришедших, блондинка с медовыми глазами. — Ну и чего девочке стоил твой кофе, Джаф?
— Того, что не жалко.

****
   Каждый раз, возвращаясь в Питер, Софья искала эту случайную кофейню, чтобы сказать баристе.

   Что идя на работу, свернула и, сев на автобус, уехала в университет. Где, всё узнав, в тот же день подала документы на бакалавриат по археологии.

   Что в первый же год уехала в свою первую экспедицию, в тайгу. Потом — в пустыню. Потом — в горы.

   Что теперь у неё есть мир, а у мира есть она.

   Хотя в глубине души была уверена: бариста это и так знал.

   И, возможно, даже раньше неё.

****
Бог Порогов — Кулсанс (Кул)—, этрусский бог порогов, переходов, перекрёстков и границ между мирами. Брат Лура — этрусского же зеленоглазого бога Подземного мира и Предсказаний.

Автор: HelenaS

Источник: https://litclubbs.ru/articles/75316-sluchainaja-kofeinja.html

Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!

Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.

Благодарность за вашу подписку
Бумажный Слон
13 января 2025
Подарки для премиум-подписчиков
Бумажный Слон
18 января 2025

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.

Читайте также:

Хорошая девочка
Бумажный Слон
31 июля 2019