Всем привет, друзья!
В 1942 году в ташкентском детдоме №7 записали рассказ пятнадцатилетней Клары Наседкиной из Бреста. Вот что она рассказала о событиях, происходивших с ней в первые дни войны.
Мать разбудила Клару рано утром. «Вставай, Клара, — началась война». Отец ушёл в военкомат за неделю до войны. Мать с детьми побежала к старой соседке. Та уже пережила одну войну. Думали — научит, подскажет. Но и она растерялась.
Выбежали на улицу. А там уже грохотали снаряды.
Вернулись обратно. Легли на пол. Лежали долго, не шевелясь. Потом мать сказала: «Дети, весь город в огне, а орудия сейчас не грохочут. Пока передышка, надо выбраться за город».
По саду пошли к калитке. Толкают — не открывается. Нажали сильнее, отодвинули то, что лежало на земле. Это был мёртвый человек.
Уже светало. Ночью всё небо стояло красным. Теперь видно: провода оборваны, лошади мёртвые валяются на мостовой. Женщины с детьми бегут по улицам. Тащат узлы, ведут малышей. Лица у них застыли, чужие. Но никто не кричит. Никто не говорит. Полная тишина среди развалин.
Дошли до бетонного мостика через овраг. Сели под него — там уже отдыхали люди. И вдруг мальчишка бежит, кричит: «Немцы заняли вокзал!» Мать тогда сказала: «Ой, пойдёмте скорее, всё равно куда, только бы на восток». В ту минуту взошло солнце. Пошли на солнце — на восток.
На одной улице стояла грузовая машина. Женщины с детьми уже забрались в кузов. Стали просить: «Возьмите и нас!» Протянули руки, вкарабкались. Шофёр тронул сразу. Молодой он был, или города не знал, или страх сковал. Кружит по одним и тем же местам. Дома горят, обломки, трупы. А он всё ездит и ездит, бледный, никак из города выехать не может. Уже немецкие патрули показались на улицах.
Наконец привёз в тупик — забор со всех сторон. Они слезли и побежали пешком.
Первый день к вечеру дошли до Кобрина. Клара всё это время несла на плечах трёхлетнюю дочь соседки — сама соседка была беременна и тяжело передвигалась.
Встретили наши танки. Шли они на запад. Легли в рожь — и сразу сон свалил. Но мать не дала спать больше двадцати минут. Какой-то мужчина, шедший с ними, разделил свой творог и хлеб. Поели.
К утру пришли в деревню. Теперь их было не трое — с ними шли семеро военных, догоняли свои части. Крестьянки плакали, уговаривали: «Мы только и жили эти два года, как вы пришли, зачем же вы уходите?» «Мы вернёмся», — отвечали бойцы. Женщины хватали их за полы, дети ревели: «Не уходите!» Подушки выносили на траву, под ноги клали, чтобы мягче отдыхалось. Масло, сало, свежий хлеб — прямо из печи, тёплый — всё несли беженцам. Тяжело было брать с собой, но голодать не пришлось нигде, потому что крестьяне везде встречали хлебом-солью, как родных.
Так прошли двести километров.
На одной станции увидали товарный поезд. Цистерны, ледники. В одном вагоне ехали раненые — легкораненые, на тамбуре сидели. Они приняли беженцев к себе.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!