Когда человек получает социальное жильё, он перестаёт быть заложником рынка. Он может работать за меньшие деньги, но на нужной государству работе. Он может рожать детей, не думая, где их селить. Он может не бояться, что завтра его выселят за неуплату. Государство, в свою очередь, получает лояльного гражданина, стабильный регион и кадры. Всё логично. Но у нас — не работает.
Программа социальных наёмных домов, одобренная президентом и премьер-министром, не попала в бюджет из-за бюрократических проволочек Минстроя . Программа «Стимул», которая помогала застройщикам строить соцобъекты (школы, детсады, поликлиники) параллельно с жильём, свёрнута на ближайшие три года: «Её на эту трёхлетку нет вообще» .
А ведь могли — как в других странах или как в советское время, когда выделяли квоты для нуждающихся . Но не делают. Почему?
Часть 1: «Бюрократия» — простое слово для циничного преступления
В марте 2026 года председатель комиссии Госдумы по жилищным правам Галина Хованская рассказала жуткую историю. Программа наёмных домов социального использования, одобренная Путиным и Мишустиным, благополучно провалилась. Почему? Минстрой попросил ещё полгода на «изучение вопроса». Финансирование не заложили. Идею закопали.
Хованская не стеснялась в оценках. «Знаете, что сделал Минстрой? Поскольку они заинтересованы только в реализации коммерческого жилья, они принесли справку, что им нужно ещё полгода, чтобы разобраться с этой идеей. На мой взгляд, это показывает отношение к людям чиновников» .
Отношение — простое: стройка ради стройки, а не ради людей. Застройщикам выгодно продавать квартиры в ипотеку, а не отдавать их в соцнаём на 15 лет. Банкам выгодно выдавать кредиты. Чиновникам — получать откаты. А то, что учитель из Тарногского округа не может получить квартиру даже по госпрограмме, потому что в округе нет застройщика, желающего связываться с многоквартирным домом под расселение аварийки — это никого не колышит .
Ирония №1: Если вы не можете освоить 615 млн рублей, выделенных на расселение аварийного жилья (как это случилось в Вологодской области), значит, проблема не в деньгах. Проблема в том, что дома строить некому, негде и не для кого . А чиновники продолжают писать отчёты.
Часть 2: «Стимул» кончился — вместе с деньгами
Существовала программа «Стимул». Работала по принципу: кто больше строит жилья, тот получает из бюджета деньги на социальную инфраструктуру — школы, детские сады, поликлиники, дороги .
Для застройщиков это был стимул (отсюда и название), а для покупателей — возможность получить квартиру в микрорайоне, где есть не только стены, но и нормальная жизнь. Школы и детсады строили параллельно с домами. Цены были ниже, потому что девелопер не закладывал все расходы на соцобъекты в стоимость квадратного метра.
В ноябре 2025 года замминистра строительства Никита Стасишин объявил: «Что касается программы «Стимул», её на эту трёхлетку нет вообще. Поэтому мы пытаемся справиться теми мерами поддержки, которые есть» .
Меры, которые есть — это инфраструктурные кредиты. Деньги, которые регионы берут у федерального центра, а потом отдают застройщикам. Но этих денег — кот наплакал. А региональные бюджеты — дырявые.
Некоторые застройщики, как «МИР-Групп», строят соцобъекты за свой счёт, потому что «это повышает привлекательность жилых комплексов» . Но таких единицы. Остальные либо закладывают расходы на школу в стоимость квартиры (получается ещё дороже), либо не строят школу вообще. А потом жители новостроек возят детей за 10 км.
Ирония №2: Программа, которая позволяла строить микрорайоны с детсадами и школами, свёрнута на три года. При этом в стране катастрофический дефицит школ и детских садов в новых районах. Логика? Её нет. Есть экономия. Которая, как всегда, на детях.
Часть 3: Пустые квартиры вместо пустых надежд
Парадокс российской жилищной политики: жилья много, но оно недоступное. По данным «Аргументов Недели», в очереди на получение жилья в России стоят почти 800 000 граждан, около 300 000 детей-сирот, свыше 1,3 млн живут в аварийных домах. Более 30% россиян не имеют собственного жилья .
При этом объём нераспроданных квартир в новостройках достигает 77 млн квадратных метров — 69% от всего строящегося жилья . В Петропавловске-Камчатском, например, пустуют более 1,5 тысячи муниципальных квартир. Администрация задолжала 24 миллиона рублей за их содержание. А там — очередь из аварийщиков и льготников .
Почему государство не выкупает эти квартиры у застройщиков (по бросовым ценам, со скидкой) и не отдаёт их нуждающимся в соцнаём? Потому что тогда рухнет рынок — застройщики не получат сверхприбыли, банки не заработают на ипотеке, чиновники не получат откаты. А социальную стабильность купить дешевле — лозунгами по телевизору.
Ирония №3: У нас есть и пустующие муниципальные квартиры, и нераспроданные новостройки, и миллионы нуждающихся. Но вместо того чтобы соединить эти три точки, чиновники придумывают новые ипотечные программы, которые снова разгоняют цены. И снова недоступны бедным. Замкнутый круг. Который, как мы знаем, не разорвать. Потому что не выгодно.
Часть 4: Что мешает? Деньги, лобби и идеология «свои не нужны»
Первое: денег нет. Бюджет дырявый. Нефтегазовые доходы падают. Каждая копейка на счету. Социальное строительство — дорогое удовольствие. Один дом на 100 квартир — сотни миллионов рублей. А очередь — миллионы человек. Умножаем, получаем астрономическую сумму. Проще раздавать субсидии на ипотеку — деньги уходят в банки и застройщикам, бюджет получает налоги, а человек — кредит на 30 лет. Социальная нагрузка снимается. «Спасибо государству».
Второе: лобби застройщиков и банков. Застройщикам невыгодно, чтобы государство строило дешёвое жильё. Тогда их квартиры придётся продавать дешевле. Банкам невыгодно, чтобы люди не брали ипотеку. Ипотека — это их хлеб с маслом. Поэтому любые попытки запустить соцнаём наталкиваются на сопротивление .
Третье: идеология «рынок всё отрегулирует». Чиновники убеждены: социальное жильё — это пережиток социализма. А мы живём при капитализме. Каждый должен зарабатывать сам. Не хочешь ипотеку — снимай квартиру у частника. Не можешь — твои проблемы.
Четвёртое: бюрократия. Чтобы построить социальный дом в регионе, нужно согласовать кучу бумажек. Найти подрядчика (в сельской местности — нереально). Дождаться финансирования (его могут «секвестировать»). Потом ещё освоить деньги. А когда дом построят — распределить квартиры по очередям. В Вологодской области 615 млн рублей не смогли освоить именно из-за бюрократических препон и отсутствия подрядчиков .
Пятое: нет политической воли. Президент говорит о «гарантиях» и «помощи». Премьер подписывает бумаги. Но до реализации — дистанция огромного размера. Минстрой тормозит, регионы не справляются, застройщики саботируют. А общественного контроля нет. И не будет.
Ирония №4: Мы десятилетиями спорим о том, как решить жилищный вопрос. Есть программа, есть деньги, есть нуждающиеся. Но нет механизма. Нет политической воли. Нет желания. Потому что чиновникам проще отчитаться о «квадратных метрах введённого жилья», чем о «количестве семей, получивших квартиры по социальному найму». Первое — цифра в отчёте. Второе — человеческие судьбы, за которые надо отвечать. А отвечать никто не хочет.
Итог: Пока одни строят ипотечные пирамиды, другие будут ютиться в общежитиях
Социальное жильё в России не строят по нескольким причинам: дорого, невыгодно застройщикам, нет политической воли, бюджеты секвестируют, а чиновники предпочитают писать отчёты, а не строить дома.
Пока власть будет считать, что «квартирный вопрос — не вопрос, а рынок», пока Минстрой будет тормозить социальные инициативы, пока застройщики будут лоббировать свои интересы — очередь нуждающихся не уменьшится, а цены на жильё не упадут. И учителя, врачи, молодые семьи, сироты, аварийщики будут продолжать стоять в очередях. И умирать в этих очередях. И рожать детей, которым негде будет жить. А чиновники — будут отчитываться. И получать премии. И ездить на Cayenne. И сажать цветы. И верить, что они — «эффективные менеджеры».
P.S.
Депутат Хованская не устаёт повторять: «Дома под сдачу многодетным семьям — это окупаемые вложения. Когда-то мы считали, что при средней стоимости аренды в 8 тысяч в месяц такие проекты окупятся в течение 15 лет» . 15 лет — это много. Но это — не вечность. И эти 15 лет можно жить без ипотечной кабалы. Без страха потерять квартиру. Без мысли, что ты — вечный должник.
Но чиновники предпочитают не считать. Им проще списать на «бюрократию» и «отсутствие финансирования». И продолжать строить коммерческое жильё. За которое люди будут платить 30 лет. Банкам. Которые, как мы знаем, тоже не лыком шиты. И тоже имеют свой интерес. И этот интерес — не в том, чтобы вы были счастливы и свободны. А в том, чтобы вы были в кабале. И платили. И не жаловались.
