В самом сердце Каракумов, одной из самых безжалостных пустынь на Земле, посреди бескрайних песков, которые днем раскаляются до семидесяти градусов, а ночью леденеют от пронизывающего ветра, горит огонь. Горит он не год, не десять и не двадцать лет. Он пылает день и ночь без перерыва уже более полувека. Это не метафора, не легенда и не мираж, рожденный обезвоженным мозгом заблудившегося путника, — это газовый кратер Дарваза. Огромный провал в земной коре диаметром шестьдесят метров и глубиной двадцать метров, наполненный ревущим пламенем. Местные жители называют его «Вратами Ада», и это тот редкий случай, когда народное название ничуть не грешит против истины.
Золотой век туркменского газа и запах серы
История Дарвазы начинается задолго до того, как в пустыне зажглось рукотворное пламя. Туркменистан располагает одними из крупнейших в мире запасов природного газа. Советские геологи знали об этом еще в середине XX века и методично прочесывали бескрайние просторы республики в поисках перспективных месторождений. Каракумы в этом смысле были одновременно сокровищницей и проклятием: песчаная пустыня площадью более трехсот пятидесяти тысяч квадратных километров надежно прятала свои богатства под многометровыми дюнами, бездорожьем и экстремальными температурами.
В 1971 году советская геологическая партия работала в районе крошечного аула Дарваза примерно в двухстах шестидесяти километрах к северу от Ашхабада. Геологи искали нефть и газ и, судя по предварительным данным, наткнулись на перспективный пласт. В те годы методы разведки были довольно прямолинейными: бурили скважину, смотрели, что показывается на поверхность. Именно так поступили и здесь. Буровая установка вгрызлась в землю. Поначалу все шло штатно, но затем бур наткнулся на пустоту — карстовую каверну или систему пустот, заполненных газом под высоким давлением.
Произошло то, что на профессиональном языке называется провалом бурового инструмента. Земля под установкой буквально провалилась. В течение нескольких минут на месте буровой площадки образовался огромный провал. Буровая вышка рухнула в бездну, а из дыры начал стремительно выходить природный газ. Люди, к счастью, успели отбежать, и никто из геологов не пострадал. Но на месте безобидной скважины теперь зиял кратер диаметром с футбольное поле, извергавший из земных недр ядовитые испарения.
Решение, которое стало фатальным
Дальше начинается та часть истории, в которой точные факты постепенно уступают место мифам, наслаивающимся друг на друга десятилетиями. Общепринятая версия гласит, что перед геологами встала непростая дилемма. Природный газ, бесконтрольно выходивший из кратера, представлял серьезную угрозу. Во-первых, метан ядовит в высоких концентрациях и мог отравить все живое в округе, включая людей из близлежащего аула. Во-вторых, существовала опасность взрыва: скопившись в низинах, газ мог воспламениться от малейшей искры и устроить катастрофу куда более страшную, чем сам провал. Геологам, вероятно, требовалось как-то обезвредить утечку.
Согласно наиболее расхожей легенде, специалисты приняли решение поджечь газ, полагая, что он выгорит в течение нескольких недель или, в худшем случае, месяцев. Это казалось логичным: запасы газа в такой подземной ловушке не могли быть безграничными, а сжигание метана превращает его в куда менее опасный углекислый газ и водяной пар. Бросили спичку, затем факел — и пустыня озарилась заревом, которое видно за много километров. Газ вспыхнул. Специалисты, вероятно, удовлетворенно кивнули, внесли пометку в полевой дневник и отправились дальше.
Вот только газ не выгорел ни за неделю, ни за месяц, ни за год. Кратер Дарваза подземными трещинами оказался соединен с гигантским, практически неисчерпаемым резервуаром природного газа. С того самого дня, вот уже более полувека, пламя не угасает ни на минуту.
Споры о дате и альтернативные версии
Справедливости ради стоит отметить, что история с 1971 годом, буровой установкой и советскими геологами с годами обросла сомнениями и конкурирующими версиями. Никаких официальных советских документов, подробно описывающих происшествие, до сих пор не найдено. Туркменские геологи, работавшие в той местности, утверждают, что кратер образовался еще раньше — возможно, в середине шестидесятых, и подожгли его вовсе не случайно, а сознательно, чтобы избежать отравления окрестных пастбищ. Некоторые краеведы вообще полагают, что кратер Дарваза изначально имел естественное происхождение, а геологи лишь пробурили к нему подход. Так или иначе, доподлинно одно: с ранних семидесятых в Каракумах беспрестанно полыхает огненный провал, и человек приложил к этому руку.
Путешествие к центру ада
Сегодня Дарваза — один из самых странных туристических объектов на планете. Чтобы попасть сюда, нужно преодолеть около двухсот шестидесяти километров по бездорожью от Ашхабада. Автомобильный кортеж идет через барханы, ориентируясь по спутниковой связи и остаткам старых верблюжьих троп. Никаких указателей нет. Дорога занимает от четырех до шести часов в одну сторону, в зависимости от того, сколько раз машина застрянет в песке. Пейзаж вокруг напоминает марсианские хроники: ржаво-желтые пески, выбеленное солнцем небо, абсолютная тишина, нарушаемая только ветром.
И вдруг — словно мираж — на горизонте возникает зарево. С наступлением сумерек Дарваза раскрывается во всей своей инфернальной красоте. Огромная воронка, усеянная по краям спекшимся от жара песком, изрыгает сотни языков пламени. Они танцуют, сплетаются, взмывают вверх, окрашивая ночное небо в оранжевый цвет. Жар у края кратера настолько силен, что находиться там долго невозможно: одежда начинает пахнуть паленым, а кожа мгновенно пересыхает. В ветреную погоду столб пламени внутри кратера закручивается в спираль, и тогда кажется, что смотришь в настоящую преисподнюю.
Несмотря на экстремальные условия, туристы едут сюда сотнями. Для Туркменистана, одной из самых закрытых стран мира, Дарваза стала неожиданной визитной карточкой. Палаточные лагеря возникают прямо на песке в нескольких сотнях метров от кратера. Смельчаки готовят ужин, сидя лицом к пылающей бездне, а фотографы со всего мира охотятся за кадром, который невозможно повторить ни в одной другой точке планеты.
Экологическая катастрофа и бесплодные попытки потушить
При всей своей зрелищности Дарваза — это экологическая катастрофа местного масштаба. Газ, сгорая, выделяет в атмосферу тысячи тонн углекислого газа, а несгоревший метан, утекающий через трещины, является мощным парниковым агентом, в десятки раз превосходящим CO₂ по способности удерживать тепло. Животные обходят кратер стороной, а некогда существовавшая вокруг скудная растительность исчезла на много километров вокруг.
Вопрос о тушении кратера поднимался неоднократно. В 2010 году президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов поручил изучить возможность ликвидации огненного провала. Специалисты рассматривали варианты заливки кратера бетоном, заполнения его водой или песком, а также бурения дополнительных скважин для отвода газа в промышленную сеть. Однако все проекты упираются в колоссальную стоимость и техническую сложность. Кратер слишком велик, а объем поступающего газа слишком значителен. К тому же существует риск, что газ, не найдя выхода в Дарвазе, начнет просачиваться в других, непредсказуемых местах, создавая новые опасности.
В 2022 году президент Сердар Бердымухамедов вновь вернулся к теме, распорядившись найти способ потушить «Врата Ада». Но, по состоянию на сегодняшний день, огонь продолжает гореть. Похоже, что с геологической точки зрения кратер Дарваза — это самоподдерживающийся феномен, который человеку нелегко остановить.
Кратер, который стал символом
Дарваза постепенно переросла свой статус географического курьеза и стала частью массовой культуры. Она появлялась в документальных фильмах, тревел-шоу и даже музыкальных клипах. Экстремалы со всего мира считают своим долгом доехать до кратера, чтобы испытать первобытный ужас при взгляде в его глубину. А туркменские власти, кажется, постепенно примирились с неизбежностью: проще превратить катастрофу в достопримечательность, чем тратить миллионы на бесполезную борьбу с ней.
История Дарвазы — это в первую очередь история о человеческой самонадеянности. Геологи, уверенные, что контролируют силы природы, оставили после себя вечный факел, который будет пылать, вероятно, еще столетия после того, как исчезнут все следы советской эпохи. Это наглядный урок того, как одно неосторожное решение способно навсегда изменить ландшафт, превратив безликую пустыню в место, куда стремятся паломники со всего мира — не для молитвы, а для того, чтобы заглянуть в бездну и увидеть, как земля извергает наружу свое огненное дыхание.
Ветра Каракумов разносят песок, заметая старые дороги и руины древних крепостей, но пламя над кратером Дарваза остается неподвластным времени. Оно гудит на одной ноте, словно предупреждение, и напоминает каждому, кто осмелится подойти к краю: есть силы, которые человек способен разбудить, но не способен усмирить.