Мы все можем прочитать слова Этери Тутберидзе о том, что например Юлия Липницкая, после награждения на Олимпиаде, вышла уже совсем другим человеком. С короной на голове. Но у меня ещё не было такого интересного интервью двух близняшек, Екатерины и Анны Чикмарёвых, чтобы мы увидели разницу. И она очень показательная.
Я слышал, что у Екатерины есть сестра, но не знал, что они близняшки. Анна работает тренером в Перми и закончила со спортом из-за повреждения спины.
Интервью, данное "Спорт 24"... Скажу прямо. Оно интересное, но всё же очень странное. Почему? Ну давайте прямо. Обычно фигуристки не говорят так прямо о своих многочисленных повреждениях. Так ещё прошлись по теме "рукоприкладство в спорте". И похоже они сами не понимают, о чём они говорят. Давайте вначале немного посмотрим на их слова.
– В нынешнее время тренеры (на всякий случай удалю слово) детей?
Анна Чикмарева: Да.
Екатерина: Мне кажется, что да.
– Вас (удалено)?
Екатерина: Было дело. Но не в парном.
– А за что?
Екатерина: Например, за то, что не стараешься. Думают, что не стараешься.
Анна: Или что-то не получилось.
Екатерина: Или кому-то помешал, такое тоже бывало.
– После этого не было желания убежать с катка и больше никогда не возвращаться?
Анна: Да было, конечно.
Екатерина: В одиночке я об этом постоянно думала.
Анна: Каждый день как судный.
– Как думаете, сейчас все меняется?
Анна: Хотелось бы в это верить.
Екатерина: Мне кажется, маловероятно.
Фигуристки до 12 лет занимались одиночным катанием у тренера Ольги Старцевой. Она старший тренер по фигурному катанию на коньках СШОР "Старт".
Анна говорит, что: "Каждый день как судный". Но давайте посмотрим правде в глаза. Анна, несмотря на повреждение, и сейчас, по словам сестры, прыгает лучше неё. Все тройные, включая лутц и флип.
То есть в 12 лет девочки были уже на очень высоком уровне. Здесь всё же что-то другое. Какая-то обида у них на первого тренера. Может быть Ольга Старцева не простила им за переход? Или они как-то некрасиво перешли.
Сама же Анна Чикмарева говорит, что никогда не кричит на детей, и тем более не позволяет "гулять" рукам. Но в то же самое время говорит так.
— Аня, есть ли у тебя ред-флаги по отношению к родителям?
Аня: Наверное, когда родитель чересчур вмешивается в тренировочный процесс. Написать тренеру, спросить, как там мой ребенок занимается, наверное, это еще допустимо. А когда родитель следит, в стекло выглядывает…
Я в шоке... "Хрустальный" - это жестокие деспоты и они обязывают родителей находиться на тренировках. А здесь даже подглядывать нельзя. Чуть выглянул за ширму на каток - и сразу неприязнь от тренера. И вот вопрос, что прячет Анна от родителей?
Но давайте перейдём к главной теме и посмотрим на, ещё одни слова Екатерины о собственных повреждениях. Я буду так же удалять или заменять слова. Иначе статью не пропустит алгоритм.
— Что самое сложное в фигурном катании?
Катя: Восстановление после повреждений. А если это не считать, то, наверное, сборы. Но сейчас все уже легче дается — тренеры слушают нас, мы слушаем тренеров. Раньше больше делали от балды. Если ты работаешь осознаннее, то тебе легче.
Я сейчас вспоминаю многочисленные интервью абсолютно всех фигуристок "Хрустального". Спортсменки даже в двенадцатилетнем возрасте говорили, что они стали понимать, зачем они занимаются и что делают. (Это ещё одна интересная тема.)
Все остальные фигуристки из других групп, действительно говорили о подобном только в более зрелом возрасте. И очень вероятно, что тренер Ольга Старцева пыталась урезонить сильно зарвавшихся сёстер. Как сама говорит Анна, она попала в парное потому, что её туда отправили в наказание. Ну а после они перешли сами.
— Много ли было вообще перерывов из-за повреждений?
Катя: Мне кажется, я рекордсмен. В нашей группе уж точно.
Аня: Я тоже где-то близко.
Катя: Три раза ломала руку в одном и том же месте. Причем почти подряд. Учу тройной выброс — ломаю. Про мелкие травмы даже говорить нет смысла.
Дальше - больше. Ещё очень много слов на эту тему. Это ненормально и в целом совершенно не нужно читателю. Ведь интервью перешло грань от позитивного к негативному.
Но всё же в интервью есть очень положительные моменты. И нужные моменты. Это их отношение к своим партнёрам. В интервью есть слова о серьёзном падении с подкрутки.
— Осталась ли обида на партнера за такое падение?
Аня: Не хочу кого-то обвинять, это тренировочный момент. Ты должен быть готов к этому, всякое может произойти. Никто же не застрахован от таких случаев.
— Сложно ли вообще довериться партнеру в таком опасном виде спорта?
Катя: У меня с самого начала не было страха, что меня Матвей уронит. Он и уронил-то всего один раз.
Скажете где положительные моменты? Екатерина вообще не жалуется. Она говорит про все эти ситуации с каким-то азартом. Да, рука. Три раза в одном и том же месте. Но ни каких ни жалоб, ни плача, ни претензий.
Фигуристы смотрят на подиум и идут к этой цели. И это очень круто!
— Как потом снова взлетать на такую высоту?
Катя: Сначала, после падения, делать подкрутки было страшно. Но в спорте побеждает сильнейший. Правильно ведь говорят, что, если ты упал и сказал, что больше не будешь кататься и не выйдешь на лед, это уже не спорт. Надо преодолевать себя, и со временем вообще пропадает страх к элементам.
Иначе ни как. И постепенно Екатерина и Матвей идут к своей цели. Не сходят с дистанции.
А что же Алёна Косторная. Она выиграла в сезоне 2019\20 все старты. И ушла гордая к Плющенко. Её уже было ничего не нужно. Она была королева. И думала, что она везде будет побеждать. Была у неё огромная корона на голове. И во всех своих интервью она показывала как отличаются тренировки у Плющенко от тренировок Этери Тутберидзе.
Фигуристка всё же поняла, что без Тутберидзе она никто. И вернулась после провала на чемпионате России. Увы, но работать спортсменка не захотела. И Этери Тутберидзе прекратила с ней работать.
Фигуристка ушла к Елене Буяновой.
Там наговорив кучу, в общем всего нехорошего, и похоже где-то нашла отклик в душе тренера, и та уже в интервью высказалась об этом.
Чтобы и я, и она сама смогла понять, как она сможет работать после двух переломов подряд, которые тоже случились не просто так. Она пришла ко мне еще более психологически уязвимой, с боязнью прыжков.
Она боялась приземлиться и опять сломать руку. Рисков много, но когда перед тобой такой талант как Косторная, ей нужно дать возможность перезагрузиться. Если у человека есть такое желание, конечно. А у нее оно есть, она очень лихая, любопытная – даже чересчур. Попробовать по-настоящему мы пока не смогли, но я не могу ее бросить в нынешней ситуации. Я приняла ее душой и прикипела уже к ней.
Я много написал, почему у фигуристки проблемы с рукой. И объяснял психологически. У меня есть одна из моих лучших статей. Прочитайте её обязательно если не видели.
Бороться, а не плакать перед другими. Вот что различает девушек с короной на голове, которые выигрывали главные старты, от тех, кто идёт к своей цели.
С короной на голове фигуристки действительно недоумевают, почему к ним относятся так же как и раньше, ведь они теперь великие. К ним должно быть иное отношение. А когда к ним начинают подходить аналогично как подходят к младшей группе, то у них начинается в голове противоречие.
И они ищут такого же "великого" по их меркам, чтобы "поплакаться". Ведь у ТШТ не "поплачешься"!
Но работать уже они не будут и у "великого".
Вот полное видео интервью.