Начало:
Для Дорофеева всё оказалось даже хуже, чем в начале. И то, что я ему сломал нос, это были сущие пустяки. В ходе начавшегося следствия выяснили, что это не первый случай у него. И так же стало понятно, почему за последние два года наша школа была уже третьей, куда Артёма перевёл его отец. Везде было одно и тоже. Приставание к старшеклассницам, вплоть до попытки насилия. Его отцу, комерсу, удавалось замять каждый раз такие скандалы, заплатив тем или другим и сразу же переводил сына в другую школу. В этот раз такое замять не удалось. Всё же генеральская дочка, это не хухры-мухры. Тут реально можно было попасть по гусеницы танка. Проанализировав действия Дорофеева, следствие решило заключить его в СИЗО до суда, и назначило Артёму судебно-психиатрическую экспертизу. Когда скандал стал набирать обороты, родители ещё троих девушек из других школ, где он раньше учился, подали на него заявления. Но меня это уже не волновало. Потом, позже, отец мне сказал, что именно из таких получаются серийные маньяки, одержимые на почве неконтролируемого сексуального влечения.
Меня больше волновала Воронова. На следующий день после всего произошедшего, Ната смотрела на меня, когда я как обычно пришёл к ним домой.
- Селезнёв. - Она смотрела на меня и судорожно сглотнула. - Никогда, ты слышишь, никогда не оставляй меня больше одну. - Сказала она. Даже не сказала, потребовала.
Несколько дней Ната в школу не ходила. Это и понятно. Потом, позже её вызывали к следователю. Ездила туда со своим отцом. Но перед тем, когда она вновь появилась в школе, всё же конец учебного года, я всех в классе, да и не только в классе, предупредил, чтобы никто даже не заикался с ней о том, что произошло. В восьмом классе со мной уже предпочитали вообще не связываться, даже более старшие классы - девятый, десятый и одиннадцатый. Почему, всё просто. Да, я был рослый для своих лет. Крепкий парень. Но не это главное. Ещё в начале седьмого класса, отец, устав от моих залётов, отвёл меня, нет, не в спортивную секцию, а в их ведомственный спортзал.
- Любишь драться? - Спросил он тогда. Я насупился и молчал. - Добро. Будет тебе, где упражняться.
В спортзале занимались рукопашным боем сотрудники МВД и Росгвардии. Оперативники, бойцы ОМОНА и СОБРА. И не просто занимались, а под руководством опытных инструкторов. Вот, к одному из таких отец меня и привёл. Это был мужчина, жилистый такой. С цепким взглядом матёрого хищники. С сединой на коротком ёжике волос. Возрастом, как и мой отец. Дядя Сева. Я видел раньше. Он пару-тройку раз был у нас в гостях. Последний раз года три назад. Как раз перед тем, как у нас в классе появилась Воронова.
Они поздоровались.
- Здорово, Сева. - Приветствовал его мой отец.
- Привет, Слава. - Мужик посмотрел на меня. Усмехнулся. - Твоё чадо? Игорь же, да?
- Он самый. Сева, устал я уже. Я же в школу к нему хожу, как на работу. По два раза в неделю, стабильно. Ума не приложу, что с ним делать? Дерётся постоянно. Ничего не боится. Может на двоих кинуться или на троих. Словно тормозов совсем нет.
Дядя Сева посмотрел на меня.
- Значит любишь драться?
- А что? Я же не трус и лошара.
Он засмеялся. Кивнул мне.
- Хорошая заявка. - Посмотрел на моего отца. - Что ты хочешь, Слава? Конкретно?
- Чтобы у него сил не оставалось на драки в школе. Чтобы не просто лез в драку, если уж на то пошло, а сначала думал. Сева, не в службу, а в дружбу. Помоги. А то ведь точно куда-нибудь встрянет так, что мало не покажется.
- Почему сюда? Почему не в спортивную секцию?
- Спортивная секция не поможет. Если что и может помочь, то это только здесь. Где он будет видеть настоящих мужиков, что-то настоящее, то чего не увидит среди сопливых ровесников-пацанов.
- Я тебя понял. Добро. - Дядя Сева посмотрел на меня. - Ну что, боец, ты готов? - Я пожал плечами. - Тогда переоденься. Надеюсь ты сменку захватил, в которой будешь заниматься? - Я молча показал ему свою спортивную сумку. Он одобрительно кивнул. - Молодец. Вижу, попусту языком не треплешь. - Он перевёл взгляд на моего отца. - Как там Валя, что-то давно я её не видел.
- Да как, нормально. В больнице своей, все бедолаг спасает. - Отец смотрел на дядю Севу. - И всё ту жабу забыть не может. Сколько лет прошло, а чуть чего, сразу вспоминает. - Оба мужчины захохотали. - А ведь это ты, Сева, притащил её в школу тогда.
- Я притащил, а ты засунул ей в портфель. Так что не надо, Слава, на меня сваливать.
Вот так я стал заниматься у настоящего инструктора рукопашного боя. Матёрого, прошедшего ни одну горячую точку. Они оказалось были с моим отцом и моей мамой одноклассниками. Дядя Сева гонял меня, как сидорову козу. Но я не жалел. С азартом колотил по груше. Мне показывали приёмы, как обездвижить противника. Быстро, даже молниеносно. Нет, не как в кино. С прыжками, криками "киа" и прочей голливудской лажей. Всё было намного и проще и, одновременно, сложнее. И да, иногда сил на что-то вообще не оставалось. Но я втянулся. Жадно впитывал в себя словно губка всё, что видел у других. Всё, чему меня учили инструкторы. Не только дядя Сева. Их было трое. Глядя, как он со мной занимается, сами тоже включались в процесс, особенно если его в тот день не было в зале. Единственное, что меня огорчало, так это то, что для меня не было спарринг-партнёра. А откуда бы он тут появился бы? Тут занимались уже взрослые парни и мужики. А я, не смотря на то, что был рослым, но всё же ещё оставался пацаном. Ну вышел бы с кем-нибудь на спарринг и что? Сразу бы ушёл в туман, где-нибудь на другом конце зала. Или тут же на матах. И пусть на спарринг со мной не выходили, но вот побороться, это было. Парни улыбались. Даже где-то поддавались, не применяя в полную силу свои навыки, но мне и этого было достаточно. Они так же и указывали мне, с согласия инструктора, на мои ошибки.
- Запомни, Игорь, - говорил мне инструктор, - главное твоё оружие, это не твои кулаки. Не твои ноги и твоё тело, пусть и натренированное. Самое главное твоё оружие, это здесь. - Он ткнул пальцем мне в лоб. - Это твой ум, твои мозги. Учись просчитывать ситуацию молниеносно. Учись оценивать своего противника быстро, читать его, как открытую книгу, иначе проиграешь гарантированно. Знаешь какой бой самый лучший?
- Какой?
- Тот, который не случился. В некоторых случаях отступить, не значит струсить. Считай, это тактическим шагом. Отступил, для того чтобы всё лишний раз просчитать, перегруппироваться. Но это не значит, что ты проиграл. С этого момента он твой должник. И момент, когда ты вновь встанешь с ним лицом к лицу, ты выберешь сам. Даже в самых неблагоприятных для тебя условиях, особенно, когда у тебя нет выбора и нужно принять бой, не позволяй противнику навязывать тебе свои правила. Навязывай ты ему свои. Тогда ты можешь выйти из схватки победителем, даже если он сильнее тебя на пару порядков.
Постепенно, я стал драться меньше. Да, я стал думать, взвешивать и просчитывать ситуацию. Пытаться просчитывать. И если мне приходилось драться, то как учил меня инструктор, дрался по своим правилам, навязывая его противнику, пусть даже если он и был не один. В конце восьмого класса со мной уже никто не связывался. А новеньким меня сразу показывали со стороны, предупреждая, что с этим отморозком лучше не сталкиваться.
- Смотри, - говорили новенькому, особенно в старших классах, - видишь, это птица. Селезнёв Игорь. - А если новенький указывал на светловолосую девчонку, которая находилась рядом с Селезнёвым и спрашивал кто она, ему поясняли со смехом: - А это вторая птица. Воронова. К ней тоже лучше не подкатывать. Так как неизбежно будешь иметь дело с первой птицей. Они пара, ещё с четвёртого класса.
Мы окончили восьмой класс. Лето пролетело быстро. Потом был девятый класс. Дорофеева признали больным, с психическими нарушениями. Его папаша, когда шло следствие попал в больницу с инфарктом. Что с ними стало дальше, я не знаю, так как сам Дорофеев Артём в школе больше не появился. А я им не интересовался у отца. Исчез, да и хрен с ним.
После девятого, я хотел пойти в какой-нибудь техникум. Туда, где имелось отделение по правоохранительной деятельности. Всё же я решил идти работать в полицию, как и мой отец. Но Наталья мне быстро выпрямила извилины в нужную ей сторону. Убедила, что надо окончить десятый и одиннадцатый класс, а потом поступать в институт. Я поступаю в институт МВД, а она в наш областной госуниверситет на психолога. Это был её план. Она долго мне лечила мозг, что я, в итоге, сдался. Особенно она напирала на то, что я обещал ей никогда не оставлять её одну. Пришлось идти в десятый и одиннадцатый классы.
Как-то в одиннадцатом классе, в конце второй четверти, перед Новым годом, я сходил в нашу столовую и купил вкусную булочку с повидлом, для Натальи. Она попросила. Когда вернулся в рекреацию, где был наш класс, увидел интересную картинку. Наталья стояла и разговаривала с каким-то кренделем. Это был новенький. Учился в параллельном классе. Он пытался с ней познакомится.
- Меня зовут Данил. Я неделю назад к вам в школу перешёл.
- Очень приятно. Меня Наташа зовут.
- Скажи, Наташа, ты на коньках катаешься?
Я подошёл к ним, оказался за спиной этого мачо. Он меня не видел. Наталья и остальные, кто стоял напротив него, увидели. Я молчал. Просто делал умный вид.
- Катаюсь. А что?
- Можно пригласить тебя на каток? - Спросил он. Я смотрел на него, на Наталью и с задумчивым видом кивал.
- А на какой? - Спросила она.
- На Центральный. На площади Маяковского. Там ёлку ещё устанавливают.
Наталья взглянула на меня. Улыбнулась, но промолчала. Раздались смешки. Народ уже активно потешался. Наверное, он почувствовал что-то. Оглянулся и сразу напоролся взглядом на меня.
- Значит покататься на коньках? - Спросил я.
- Да. А в чём дело? - Удивлённо ответил он.
- Да ни в чём. Знаешь, а она и правда, очень красиво катается на коньках. Люблю смотреть на это, до ужаса. Особенно красиво у неё получается катиться на одной ножке. Вторую идеальную, как в рекламе, ножку, - кто-то засмеялся, но я оставался серьёзным, - отставит назад, вытянет её, руки в стороны и катиться. Просто жесть!.. Понравилась девочка?
- А тебе какое дело?
- А чего так грубо? Я же с тобой нормально, по человечачьи разговариваю. - Посмотрел на Наталью. Протянул ей булочку. - На, птица, поклюй с устаточку. А то я переживаю, вдруг моё солнышко голодное. - Она взяла. Откусила так гламурно.
- Игорь, не надо. Пожалуйста. - Сказала Наталья.
- А я ничего не делаю... Пока не делаю. - Посмотрела на парнишку. - Продолжаем разговор. Тебя, как я понял, Данил зовут?
- Да.
Я кивнул. Смотрел на него.
- Значит Данила-мастер?
- Почему Данила-мастер?
- Как почему? Ну Данила-мастер, который. Как в сказах Бажова.
- Какого Бажова?
- Как? Ты не знаешь Бажова? Данила-мастер, который каменный цветок вырубал в Уральских горах. Ты, кстати, не пробовал каменный цветок вырубить из куска булыжника?
- Нет.
- Плохо, Даня! Бажова не знаешь. А его даже я читал. Надеюсь хоть Достоевского то читал? Особенно его роман "Идиот"?
- Не читал. Мне не нравится Достоевский. - Ответил Данил. Я кивнул.
- Совсем плохо. Понимаешь, ты решил пригласить Воронову на свидание. Закамуфлированное под покататься на коньках. Но ты должен знать, что она терпеть не может не образованных людей. С ограниченным потенциалом айкью, типа деградантов и деклассированных элементов. А ты, Даня, с её точки зрения, раз не читал Бажова, Достоевского и Мопассана, необразованный. О чем ты с ней будешь говорить? Может о философии? Ты не стесняйся. Можно о философии поговорить. Например, ей нравится Фалес... Ты в курсе за этого мужика?
- Нет.
- Мля, совсем труба. Так вот, имя Фалес уже в пятом веке до нашей эры стало синонимом слова мудрец. Очень занимательный дяденька. Известно ли тебе, что именно Фалес в древности впервые перенёс из Древнего Египта в Грецию начала теоретической элементарной геометрии. А ещё знаешь, что он говорил в своих философских трактатах? Вижу не знаешь. Для тебя это тёмный лес. Так вот, например, о здоровье и умственных способностях разных индивидов. Он говорил: "Блаженство тела состоит в здоровье, блаженство ума – в знании". Разберём первую часть этого высказывания. У тебя со здоровьем как? Всё нормально?
- Да, всё нормально.
- Уверен? Как насчёт пресса? - Я хлопнул ему по животу тыльной стороной ладони. Он вздрогнул. - Покажи пресс свой. - В наглую расстегнул его пиджак. Он схватился за него.
- Не надо ничего смотреть! Ты совсем уже?
- А что такое? Покажи пресс? Какой он у тебя? Вот оцени, какой у меня. - Я спокойно расстегнул рубашку и оголил свой живот. Напряг пресс кубиками. - Видал? Попробуй пробить его. Не бойся, бей.
- Делать мне нечего. Не буду я ничего пробивать.
Вокруг нас собралась уже толпа учеников старших классов. Над Данилом откровенно потешались.
- Ну вот видишь. Я уверен, ты его не пробьёшь. А вот я твой пробью, с одного удара. Может проверим?
- Игорь, перестань. Это уже не смешно! - Встряла Наталья в наш высокоинтеллектуальный разговор.
- Конечно, не смешно, Ната. Ты видишь, что я смеюсь? - Посмотрел на Данила. - Короче, здоровье у тебя так себе. Насчёт интеллекта. Вторая часть высказывания Фалеса насчёт блаженства ума в его знаниях. Тут тоже полный финиш. Бажова не знаешь. Достоевского не читаешь. Мопассана тоже. Это же засада какая-то.
- Игорь! - Булочку птица уже сточила.
- Что, Игорь? У нас с Данилом интеллигентный разговор. Ты сама мне постоянно мозг расчесываешь, чтобы я вёл себя цивилизованно, а не как дикарь сбежавший с голодного острова. Я не машу кулаками. Не пробил ему печень. Я даже его вялую требуху не тронул. Зато блеснул знаниями, которых у него, всё, как ты хотела, нет. А ты Даня, подкачай пресс. Отвечаю. Особенно если захочешь прогуляться с птицей.
- С какой птицей? - Спросил он. Народ засмеялся. Я тоже усмехнулся. У Натальи улыбка скользнула по губам.
- С обыкновенной. Она же Воронова, а значит птица. Так вот, если ты решаешься на свидание с птицей, ты должен иметь хороший пресс и уметь махать кулаками. Поверь, это не развлечение, это необходимость. Тем более, на каток когда пойдёте? Вечером, после школы. И очень быстро наступит тёмное время суток, когда фонари зажигаются. Будешь ты рядом идти, а к вам какие-нибудь имбецилы пристанут. А они обязательно пристанут, так как птица, она же как фонарь в ночи, для разных деградантов. И что будешь делать? Полицию звать? Серьёзно? Да тебе за это время раз пять пресс и печень пробьют, в ходе распальцовки. И останешься ты валяться в канаве с кровавыми соплями, свернутой челюстью, отбитыми бубенцами и ноющими тупой болью требухой с рёбрами. Ты готов к этому? Поэтому, хорошо подумай, прежде чем приглашать Воронову на свидание в тёмное время суток. Ведь защитить ты её не сможешь. С ней хулиганы обойдутся грубо, ты же понимаешь. А с птицей так нельзя, у неё тонкая душевная субстанция. Она поэзию любит. Поэтов серебряного века. Лирику разную. На пианино играет. На коньках катается. Поэтому, прежде, чем решаться на что-то в отношении девушки, займись спортом. И повысь свой интеллектуальный потенциал. Почитай Бажова, Достоевского, Мопассана. До кучи можно Тургенева и Чехова. Кстати Чехов. Наталья любит в театр ходить на его "Вишнёвый сад". Всё понял, Даня?
- Понял.
- Ну и красавчик значит! - Я застегнул свою рубашку.
- Что здесь опять происходит? Селезнёв?! - К нам просочилась Алла Артуровна.
- Ничего, Алла Артуровна. Просто у нас был высокоинтеллектуальный диспут на тему физического здоровья, умственного потенциала и свидания на катке.
- Какие ещё свидания и на каком катке, Селезнёв?
- А об этом лучше, Алла Артуровна, спросить Данилу. Данила, расскажи завучу про коньки, каток, ёлку и свидание. А мы пока пройдём. Скоро звонок. - Я взял Воронову под руку и повёл её в класс.
- Знаешь, Игорь... - Начала она.
- Знаю. Коньки, каток. Улыбочки. Потом поцелуйчики. Потом обжималочки, а потом бац и две полоски. А у меня рога высотой с Эльбрус. Так что давай от греха подальше. Мало мне того, что наш ботан Петюня постоянно смотрит на тебя глазами больного идиота. Но к этому я уже привык. А тут ещё один идиот на коньках захотел с тобой покататься. Небось ещё и под ручку тебя поддержать. И платье, Ната, в следующий раз надень подлиннее, пожалуйста. Нечего светить своими коленками в белых ажурных колготках.
- Да пошёл ты, Селезень. Данил предложил мне прогулку от души.
- Запомни, от души, птица, могу тебе предложить только я. Остальные все предлагают тебе что-то только с умыслом и корыстным интересом, особенно глядя на твой зад и твои коленки в белых, ажурных колготках.
- Чем тебе не нравятся мои колготки?
- Очень нравятся. До безобразия нравятся. Именно поэтому подол надо чуть удлинить. Прикрыть коленки. Я скажу твоей маме. Я думаю и твой отец, и твоя мама со мной согласятся.
- Даже не вздумай! - Она остановилась и возмущённо смотрела на меня. Я тоже смотрел на неё возмущённо. Некоторое время мы бодались взглядами. Потом я сказал:
- Я сам хотел тебя пригласить на каток. Пойдём после уроков? Я коньки свои наточил. Могу твои наточить.
Выражение её лица резко изменилось. Она ехидно улыбнулась.
- Не надо мне точить. Они наточены. Хорошо. Пойдём. Но сначала порешаем после уроков задачки. Игорь, у нас с тобой выпускной класс. Надо готовится к ЕГЭ.
- Да, блин... Давай в другой раз.
- Нет. Хочешь на каток со мной сходить? Будем решать задачи. И никак иначе. Или я тогда пойду с Данилом. Выбирай, Селезень.
- Ладно. Давай решать задачи. - Со вздохом согласился я. Она тут же довольно посмотрела на меня. Подхватила под руку и мы пошли в класс.
- Кстати, Игорь, а ты откуда про Фалеса знаешь?
- А ты что думала? Что я тупой боевик? Эх ты, птица. Ты за столько времени так и не поняла, что я у тебя очень разносторонняя, творческая личность.
- Правда, Игорёша? Творческая личность? Тогда на следующей недели, мы пойдём в театр. На Чехова.
- Только не это! Нат, четвёртый раз смотреть "Вишнёвый сад"? Да я застрелюсь.
- Не застрелишься. Ты так и не понял характеров героев. Их внутренний мир.
- Да наплевать на их внутренний мир. Давай без этого. Лучше на Труффальдино сходим. Там хоть поржать можно.
- Нет. Если не хочешь на "Вишнёвый сад". Тогда пойдём на "Ромео и Джульетту". Это классика, Игорь.
- Да что ты будешь делать? Нат, чего там смотреть? На этих психов, которые друг друга траванули? Реально, средневековая клиника. Лучше на Труффальдино.
- Селезнёв, я лучше знаю, какой тебе театральный репертуар подходит. И ещё. - Она опять остановилась и начала краснеть. Признак, что злится. Я молчал. Ждал. - Ты какого х... Извини, но какого чёрта оголился? Да ещё перед девчонками?
- Не понял?
- Что ты не понял? Ты бы ещё до трусов разделся. Или даже трусы бы снял.
- Нат, мне можно. Я мужчина и своего пресса не стесняюсь. Тебе же он нравится?
- Тогда я тоже перед Петей или ещё перед кем разденусь.
- Только попробуй. Раздеться до купальника ты можешь только в бассейне, на пляже или когда мы одни. В последнем случае, даже купальник можешь снять. Это не будет неприличным и плохим. А в остальных случаях, это называется нехорошим словом. Мне его сказать?
- Не надо. Пошли в класс. Тоже мне, Тарзан чёртов...
После сдачи ЕГЭ, когда мы получили аттестаты, Наталья довольная рассуждала, сидя со мной на берегу реки, куда мы поехали с ночевой отдохнуть. Не одни. С нами ещё были наши одноклассники. Вернее, уже бывшие одноклассники, так как школа закончилась. Было грустно с одной стороны и в тоже время впереди была взрослая жизнь. Планы, мечты и вера в самое лучшее.
- Игорь, я подаю документы на следующей неделе в наш госуниверситет. А ты когда в институт МВД?
- А я через год или полтора.
- Не поняла? - Наталья развернулась ко мне. Я улыбался, глядя на неё.
- Нат. Я в армию пойду. Отец договорился. В оперативный полк росгвардии. Заодно мне и стаж пойдёт. Хочу попытаться сдать там, в конце службы, на краповый берет, если получится. Говорят там экзамен очень жёсткий. Из десяти претендентов два или три проходят. Или вообще один только. Остальные валяться. Это будет для меня экзамен на профпригодность. На то, чего я стою, как мужчина.
- Игорь... Но мы же договорились. Ты обещал следовать моему плану.
- А я не отказываюсь, Нат. Просто не сейчас. После армии. Поступлю в институт МВД. Всё согласно твоего плана.
- Сколько у меня есть времени, чтобы убедить тебя в обратном?
- До осени. - Я улыбнулся и притянув её голову к себе, поцеловал в губы, в засос. Она ответила, обнимая меня...
Продолжение:
Ссылка на мою страничку на платформе АТ
https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov