Вот она, сорокалетняя Ида. Умница, красавица, успешный архитектор. Она едет в переполненном автобусе куда-то на дачу к матери, и где-то на полпути понимает, что у неё саднит от обиды всё нутро. Она не выносит чужих детей, потому что у неё их нет. Она ненавидит счастливые пары, потому что все её бывшие — сплошная цепочка разочарований. А в кармане у неё назначенный приём в клинике репродукции.
Роман Марие Ауберт — это сто пятьдесят девять страниц чистого, незащищённого дискомфорта. Он написан так, будто автор беспардонно открыла все тайны героини и аккуратно разложила их перед читателем: вот сосущая пустота там, где должна была быть семья; вот рваная рана от того, что младшая сестра снова беременна; вот синяки от попыток доказать маме, что она тоже чего-то стоит. И всё это без грамма жалости к себе, зато с такой тоской, что чтение превращается в ноющий, но непрекращающийся крик.
Зачем читать историю о женщине, которая в свои сорок раздражает всех и вся, включая себя саму? Затем, что её одиночество узнаваемо. И её зависть тоже. Ауберт не боится сделать героиню несимпатичной, и в этом — главная смелость этой небольшой, но на удивление эмоционально объёмной книги.
Уикенд как узел отношений
Всё действие романа — несколько дней на семейной даче в идиллической норвежской глуши. Семья собирается, чтобы отметить 65-летие матери. Ида едет туда с мыслью о том, что время почти вышло. Ей нужно заморозить яйцеклетки. Это кажется ей последним рациональным шагом на пути к «нормальной» жизни, хотя она уже знает, что нормальной она, скорее всего, никогда не будет.
Младшая сестра Марта уже на месте. Она беременна, у неё есть муж Кристоффер и его дочь от первого брака, и вообще вся её жизнь в текущий момент это сплошной праздник плодородия . Мать, кажется, не замечает разницы между дочерями или делает вид, что всё идёт как надо. А Ида — она смотрит на это семейное благо так, будто ей вот-вот станет дурно от тошноты и злости. Она на зло флиртует с мужем сестры, она подливает себе вина, она пишет сообщения бывшим и ждёт, когда всё это кончится.
Ауберт не даёт нам передышки. Она бросает Иду в этот дачный ад, где пахнет летом, травой и где-то вдалеке морем — но героиня чувствует только запах собственной несбывшейся жизни.
Синдром отличницы в полном развороте
Одиночество как невидимая болезнь
Этот роман — об одиночестве, которого никто вокруг не замечает. Ида окружена людьми, они сидят с ней за одним столом, но каждый из них не видит её настоящей. Они видят «умницу Иду», которая всегда справляется, и даже не понимают, что она вот-вот треснет. Никого не узнаете? А вот мне иногда кажется, что я тоже "умница, комсомолка и отличница". Но так хочется, чтобы любили не за это. Чтобы любили ни за что. Просто так. Самое интересное, что каждого кто-то любит "просто так", да хоть ваш котик вас так любит. Но умеем ли мы это почувствовать? Не приучили ли нас чувствовать лишь любовь за заслуги? Это большая проблема.
Героиня ценна сама по себе, и ценна для себя, но отказывается в это верить. Хочет доказательств чужого признания, но не принимает эти доказательства. Да, она выбрала карьеру "умницы" и что? Чем это хуже истории ее сестры? Только тем, что это не по биологии, не по древним стандартам? Но она такая как есть. И ищет счастье так, как умеет. Но это впаянное в сознание "не хуже" и "так как принято" ломает все.
Ауберт делает ее одиночество физически ощутимым. Страницы, где Ида перебирает мужчин в телефоне, а потом пишет смс в два часа ночи, читаются как крик о помощи. Ты ждёшь, когда она сорвётся. И когда это происходит, а происходит это почти на каждой странице в мелких, колких уколах, — тебе одновременно стыдно за неё и невыносимо жаль. Кого жаль? Ее или себя?
Зависть к сестре: когда рядом есть с кем сравнивать
Сестринское соперничество в романе — это не война на уничтожение, а хроническая боль. Ида не хочет, чтобы у Марты что-то отняли. Она хочет, чтобы у неё самой это было. Или чтобы Марта хотя бы немножко страдала. Но Марта не страдает. Она плывёт по течению семейного счастья, и это раздражает Иду до зубовного скрежета.
Этот мотив — не о зле как таковом. Это о невозможности быть счастливым рядом с тем, кто получил всё, чего так хотелось тебе. Некоторые не любят Иду именно за это. За её мелкую, бытовую зависть, за её попытки уязвить сестру, за её желание быть в центре внимания даже ценой дешевого скандала. Но Ауберт мастерски показывает, что эта зависть не врождённое качество, а результат многолетней привычки быть второй.
«Поздноцветы» и несовпадение с ожиданиями
Мать героинь любит называть себя и своего нового мужчину «поздноцветами». Это такая милая уютная формула для тех, кто обрёл счастье в зрелом возрасте. Но Иду жгут эти слова, и ей хочется закричать. Потому что она-то даже не «поздноцвет». Она просто стоит на месте, пока все вокруг цветут и пахнут. Она даже "завянуть" толком не сможет скорее всего. Роман задаёт неудобный вопрос, что делать, если «твоё время» так и не наступило? Что, если ты вырос, а той самой жизни, которую тебе обещали, так и не случилось? И где гарантия, что она случится потом?
За что книгу любят
Ауберт пишет языком, который невозможно не отметить. Повествование соткано из коротких рубленых фраз, которыми Ида отгораживается от мира, и длинных, почти бессвязных предложений, когда её накрывает. Это внутренний монолог женщины, которая постепенно теряет свою душу от непринятия себя же, и стиль текста следует за её падением.
Критики проводят параллели с «Рассеянной» и работами Салли Руни. Но есть в этой прозе что-то более скандинавское — внешняя холодная отстранённость, за которой скрывается настоящий внутренний пожар сжатых невостребованных эмоций.
Автор использует механизм «неудобной героини». Ида не вызывает симпатии в привычном смысле. Она раздражает, бесит, иногда хочется её просто встряхнуть. Но именно это отлично работает! Ты не можешь оторваться, потому что узнаёшь в её "неудачливости" что-то до боли знакомое.
Роман не провисает, не расползается, емкий и четкий. Каждая сцена бьёт в цель. И после него остаётся осадок, как от очень крепкого, горького кофе. Пробрало и отпустило. Что и требовалось.
Где книга спорит с привычностью
Раздражает ли героиня? Да. И так кажется и задумывалось.
Самый частый упрёк в адрес романа: «Ида — невыносимая эгоистка». И это правда. Она манипулирует, она пытается соблазнить мужа сестры, она не видит ничего вокруг себя, кроме собственных проблем. Некоторые (и критики в том числе) считают это недостатком книги — мол, такой героине невозможно сопереживать.
Но Ауберт и не просит нас любить Иду. Она просит нас понять "механику" ее проблем, откуда пришла эта токсичность. Неприятно? Да. Но от этого не отвернёшься. И можно что-то важно уловить в себе. И исправить. Ну хотя бы начать с принятия себя и своей жизни.
Диалоги без кавычек как осознанный приём
Некоторые жаловались, что диалоги в книге не выделены — нет кавычек, нет переносов на новые строки, прямая речь просто вплавлена в абзацы. Решение экспериментальное. Но работает оно на создание эффекта «невыносимой близости» с мыслями героини. Мы слышим чужие голоса так же, как слышит их Ида, без чётких границ, без пауз, как сплошной раздражающий шум, от которого нельзя спрятаться.
Спойлерить здесь не буду, скажу только, что концовка не даст желанных ответов. Это не хэппи-энд, где Ида вдруг осознаёт свои ошибки и возвращается домой счастливой. Ничего подобного. Ауберт оставляет героиню стоящей на коленях буквально и метафорически. И это — самое сильное решение во всей книге.
Потому что жизнь не развязывает нам узлы. Иногда мы просто учимся жить с этими узлами. И если не сравнивать себя с другими, то можно дальше почувствовать свое счастье. Даже если в твоей жизни все не так, как задумывалось.
Интересные факты об авторе и книге
Марие Ауберт родилась в 1979 году в Норвегии, живёт в Осло. Она журналистка по образованию, имеет степень бакалавра в области литературоведения, окончила Академию писательского мастерства в Бергене . Дебютировала в 2016 году со сборником рассказов, который сразу принёс ей популярность в Норвегии и был продан тиражом свыше 10 000 экземпляров.
«Взрослые люди» — её первый роман, опубликованный в 2019 году и отмеченный престижной норвежской премией Young People’s Critics’ Prize (аналог французской Goncourt des lycéens). Британское издание (Pushkin Press) вышло в 2021 году под названием «Grown Ups» с восторженной рецензией от Vogue: «идеальное летнее чтение». Права на перевод проданы в более чем 15 стран.
На русском языке роман вышел в 2022 году в издательстве «Поляндрия NoAge» в переводе Екатерины Лавринайтис На Goodreads у книги 3.37 балла на основе почти 20 000 оценок — рейтинг, который отражает полярность мнений.
А вы готовы прочитать книгу, где нет ни одного приятного персонажа, зато есть неуместная честность? Или честность без симпатии — это уже перебор? Жду ваших мыслей в комментариях.