Лучшие годы своей жизни, Людовик XII Валуа, еще будучи «просто» герцогом Орлеанским, провел в «брачной ловушке» с Жанной, младшей дочерью Людовика XI. Среди историков, и уж тем более в художественной литературе, распространено мнение, что эта свадьба состоялась по злокозненному принуждению христианнейшего короля. Считается, что Людовик XI, выдавая свою больную дочь за юного герцога Орлеанского (ближайшего предполагаемого наследника короны, после сына действующего короля), желал пресечения Орлеанского дома.
Я и сам ранее придерживался этого мнения, но … был ли такой умысел на самом деле? С тем же успехом можно предположить, что бездетность Жанны - случайный фактор. Король-паук стал планировать этот союз, когда этой его дочери не исполнилось и … месяца, помолвка была заключена 19 мая 1464 года, при еще живом старом герцоге-поэте и почти вечном английском узнике Карле. Что же, король уже тогда знал, что у Жанны не будет детей? Да и позже, в 1473 году, когда проект был подтвержден и, наконец, в 1476-ом (принцессе исполнилось 12 лет), когда состоялась свадьба с герцогом Орлеанским, вряд ли можно было предрекать бездетность этого союза.
К слову, если бы герцога Орлеанского женили на старшей дочери Людовика XI - Анне, то будущее и такого брака могло быть весьма туманным в плане потомства. У Анны и ее мужа, Пьера Бурбона, было всего двое детей (что очень мало для соответствующей эпохи), причем о старшем ребенке, сыне Карле, неизвестно ничего, кроме того, что он умер в возрасте 22 лет.
Полное молчание о столь высокородном принце, да еще достигшем такого возраста, заставляет предположить, что Карл Бурбон был скорее всего, психически болен и содержался в полной изоляции. Наследница же этой пары, их второй ребенок, Сюзанна, герцогиня Бурбон (в своем праве), была хрупкой и болезненной, уже ее дети не пережили младенчества. Уже этот фактор и позволил французской монархии ликвидировать последнюю великую сеньорию королевства - герцогство Бурбон.
Таким образом, как раз брак Людовика Орлеанского с Анной был бы куда более страшной ловушкой, выпутаться из которой вряд ли бы представлялось возможным, несмотря на личные желания короля и государственные нужды.
Последние состояли не столько в рождении наследника нового короля (Людовик XII стал им в 1498 году), а в удержании герцогства Бретань. Ведь брак его предшественника (и троюродного племянника) короля Карла VIII с Анной Бретонской, герцогиней по собственному праву, соединял ее владения с Францией отнюдь не навечно. Это была пока еще личная уния. И король Карл VIII де-юре был всего лишь герцогом-консортом Бретани. Даже если бы герцогиня-королева скончалась раньше своего мужа, юридически король был вправе владеть герцогством лишь пожизненно.
Впрочем, Карла VIII такой формат вполне устраивал, ведь он надеялся, что у них с Анной будет наследник мужского пола, который со временем станет и королем Франции, и герцогом Бретани в одном лице, и на каком-то этапе личная уния станет фактически нерасторжимой (как обычно с этими униями и случалось на практике). К тому же, я сильно подозреваю, что если бы король пережил свою супругу, то договор бы он соблюдать не стал. Но все сыновья Анны от ее брака с Карлом умерли, причем только старший сын дожил до 3 лет, а остальные и вовсе скончались в младенчестве. А 7 апреля 1498 года умер и сам Карл, и союз столь тщательно планируемый еще его отцом рассыпался.
Разумеется, правительство Франции и ее новый король, Людовик XII (занявший это место автоматически согласно незыблемости салического закона, как ближайший родич покойного короля по мужской линии) не собиралось мириться с этой потерей. В отличии от своего горделивого и вспыльчивого племянника, шедшего напролом, Людовик XII предпочитал идти к своей цели на мягких лапках. Да и новой франко-бретонской войны (не дай Бог с участием проклятых англичан) он совсем не желал, силы нужно было беречь и для планируемой новой Итальянской кампании. Поэтому новый брачный проект с новым же королем Франции, предложенный Анне Бретонской был куда мягче предыдущего. Да, с Жанной Французской король довольно успешно и благополучно (для себя, любимого, разумеется) развелся. Без сложной путаницы интриг, разумеется не обошлось.
За новый брачный контракт своей герцогини засели лучшие юридические умы Бретани. Наивные люди, верившие в незыблемость буквы закона… Но даже сейчас в наши дни, более сильная сторона соблюдает договор только в том случае, если ей это выгодно. Что уж говорить про середину второго тысячелетия. Ну, а так, брачный контракт был теоретически почти идеален. Если французскую сторону интересовало, как привязать герцогство к королевству, то бретонскую - как сделать это временным явлением. И вся бретонская надежда заключалась в будущих детях Анны.
Итак, Анна Бретонская оставалась полноправной герцогиней Бретани. Если бы король Людовик пережил бы свою супругу, то он носил бы титул герцога пожизненно, без собственного права передавать его по наследству от себя лично. Прямо предписывалось: чтобы герцогство Бретань не было упразднено и не исчезло в будущем - второй сын герцогини (или даже дочь в отсутствии такого второго сына), рожденные от брака с королем Людовиком будут и останутся «принцами указанной страны».
Причем правит они будут так, как и все их предшественники, оказывая королю Франции лишь… вот здесь я, признаюсь, не совсем понимаю исходный текст - «обычные повинности». То есть, речь о полной присяге и вассалитете никоим образом, если я правильно понимаю, не шла. Вообще, вопрос этой присяги бретонцев французам довольно запутан, бретонская сторона понимала его «по-своему».
Продолжение следует…