Тундра встретила их ледяным молчанием. Самолёт — старенький Ан-2, который летел на полярную станцию, — рухнул на замшелый склон. Крыло отлетело, мотор закашлял, затих. Михаил Сергеевич, шестидесятилетний пилот в потёртой кожаной куртке, очнулся от того, что кто-то тыкал его по щекам. Он открыл глаза и увидел три перекошенных от страха девичьих лица.
— Вы живы? — спросила одна, та, что с короткой стрижкой, в рваных джинсах.
— Живее всех, — прохрипел он.
Он выбрался из кабины, осмотрел обломки. Рация разбита, фюзеляж покорёжен, топливо вытекло. Тундра безмолвствовала — только ветер гулял по сопкам, да где-то далеко брели олени.
— Что теперь? — спросила вторая, в дорогом пуховике. Она сжимала в руке айфон, но связи не было.
— Ждать, — коротко ответил Михаил Сергеевич. — Или идти. Другого не дано.
Девушки переглянулись. Они знали друг друга — вместе учились в институте, вместе летели на практику. Звали их Лена, Катя и Юля. Они были «злыми» в хорошем смысле — бойкими, острыми на язык, не терпящими глупости. И сейчас в их глазах горел не страх — ярость.
— Мы не будем сидеть и ждать, — сказала Лена, та, что с короткой стрижкой. — Мы пойдём.
Михаил Сергеевич усмехнулся.
— Идите. А я останусь. Мне не к спеху.
— Тогда дайте компас и карту, — потребовала Катя.
— Карты нет, — ответил пилот. — Тут одна тундра.
— А по звёздам ориентироваться умеете? — спросила Юля, тихая, но с колючим взглядом.
Михаил Сергеевич посмотрел на неё внимательнее.
— Умею. А ты?
Юля достала из кармана маленький навигатор.
— Он разбит, — сказала она. — Но я помню курс. Летели мы на восток. Станция должна быть к юго-востоку.
— Ты штурман? — удивился пилот.
— Я географ, — ответила Юля. — И я тоже не люблю ждать.
Они пошли вчетвером. Михаил Сергеевич вёл, девушки шли следом. Первый день прошёл молча. На второй начались разговоры.
— Зачем вы туда летели? — спросил он.
— Изучать вечную мерзлоту, — ответила Лена. — Писать диплом.
— Ну вы детки — буркнул пилот. — Учились бы в городе.
— А вы зачем полетели? — парировала Катя. — Молодых и красивых везти?
— Зарплату получать, — усмехнулся он. — Думал, лёгкий рейс.
— Не угадали, — сказала Юля.
На третий день началась метель. Они укрылись в расщелине скалы, прижались друг к другу. Девушки стучали зубами, но не жаловались. Михаил Сергеевич отдал им свою куртку.
— Не замёрзнете? — спросила Лена.
— Бывало и хуже, — ответил он.
Ночью, когда ветер стих, Юля вдруг заговорила.
— Вы знаете, что мы злые? — спросила она.
— Заметил, — кивнул пилот.
— Нас так в институте прозвали. Потому что мы не терпим несправедливости. Не даём себя в обиду. И других в обиду не даём.
— Это хорошо, — сказал Михаил Сергеевич. — Пригодится.
На пятый день они вышли к старой геологической вышке. Там была рация. Михаил Сергеевич наскрёб позывные, вызвал помощь. Сказали — будут через сутки.
Девушки сидели у железной ноги вышки, смотрели на бескрайнюю тундру. Пилот смотрел, глядя на них.
— Я думал, вы сломаетесь, — признался он. — На второй день.
— Мы тоже думали, — усмехнулась Катя. — Но не сломались.
— Вы злые, — повторил Михаил Сергеевич. — Это хорошо.
— А вы? — спросила Лена. — Вы злой?
— Я старый, — ответил он. — И упрямый. Наверное, тоже злой.
Они засмеялись. Впервые за эти дни.
Вертолёт пришёл на рассвете. Люди спустились, обняли их, укутали в одеяла. Михаил Сергеевич и три девушки сидели в машине, смотрели в иллюминаторы на уходящую тундру.
— Прилетите ещё? — спросил пилот.
— Обязательно, — ответила Юля. — Только уже с дипломом.
— Тогда я повезу, — сказал он. — Бесплатно.
— Договорились, — ответила Лена.
Они пожали друг другу руки. Четыре злых, упрямых человека, которые выжили там, где не выжил бы никто другой.
Через год Михаил Сергеевич снова вёл борт на полярную станцию. В салоне сидели три девушки — уже не студентки, а молодые специалисты. Они смотрели в окна на тундру, которая их не уб..ла.
— Злые? — спросил пилот, обернувшись.
— Злые, — ответили они хором.
— Отлично, — сказал Михаил Сергеевич и повёл самолёт дальше.
Читайте еще тут :
🛎️Еще больше полезного — в моем канале в МАХ
Присоединяйтесь, чтобы не пропустить!
👉 ПЕРЕЙТИ В КАНАЛ