Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций (Минцифры) РФ прорабатывает вопрос отдельной тарификации международного трафика. Фактически это означает, что мобильные операторы будут взимать дополнительную плату за использование абонентами сервисов обхода блокировок. При этом детали возможных лимитов и расценок пока не раскрываются.
Бизнес Санкт-Петербурга и участники телеком-рынка сетуют на неопределенность и предупреждают о том, что часть «легального» трафика также проходит через другие страны, а значит подобные ограничения могут поставить под удар работу многих компаний. Что значат блокировки VPN для рядовых пользователей и бизнеса — в материале РБК Петербург.
«Решения пока нет»
Последовательные ограничительные меры в отношении VPN-сервисов в России вводятся последние несколько месяцев. В марте Минцифры призвал маркетплейсы, банки и других представителей крупнейших цифровых платформ ограничивать работу сервисов для тех пользователей, у которых включен VPN. В противном случае ведомство пригрозило исключением из так называемых «белых списков», что де-факто означает теневой бан для цифровых платформ. Теперь при включенном VPN пользователь не может зайти на «Госуслуги», приложения российских маркетплейсов и другие сервисы.
Операторов связи власти попросили ввести плату за использование более 15 Гб международного трафика в месяц на мобильных сетях. Глава Минцифры Максут Шадаев также не исключил возможность введения в стране административной ответственности за использование средств обхода блокировок.
Об еще одной инициативе властей 28 апреля рассказали представители Ассоциации компаний связи (АКС). В ответ на запрос организации в Минцифры сообщили, что вопрос о введении отдельной тарификации для международного трафика действительно находится на рассмотрении. «В первую очередь такие меры могут быть реализованы для мобильных сетей, по фиксированному интернету решения пока нет. Министерство приравнивает использование VPN с незаблокированными ресурсами к международному трафику», — отметили в АКС.
«Для бизнеса — это деньги»
Опрошенные РБК Петербург участники IT и телеком-рынка сходятся во мнении, что технически тарификация международного трафика вполне реализуема — операторы связи и государство уже обладают необходимым инструментарием в виде систем глубокого анализа пакетов (DPI) и оборудования ТСПУ (технических средств противодействия угрозам). Однако, в этой части операторы могут столкнуться с некоторыми трудностями, обращает внимание ИТ-директор ГК «Корус Консалтинг» Максим Копов. «Маршрутизация далеко не всегда зависит от географического местоположения пользователя, провайдера и владельца VPN-сервиса, — объясняет специалист. — Например, сигнал из России в Россию в некоторых случаях может проходить через другие страны. Поэтому в любом случае речь будет идти о довольно условном учете трафика».
Также через другие страны может проходить «рабочий» трафик, который возникает не из-за обхода блокировок, уточняет старший партнер IT-интегратора «Энсайн» Алексей Постригайло. «Это не только мой вопрос — похожая неопределенность есть у клиентов и у многих участников рынка. <…> Компания может использовать зарубежные AI-модели, в том числе китайские, международные видеосервисы, облака, обновления ПО, репозитории, аналитику, видеосвязь. Все это может идти через зарубежную инфраструктуру, хотя само по себе не является чем-то запрещенным», — рассказывает эксперт.
Стандартные методы сетевой фильтрации не дают абсолютной точности при попытке отличить реальный зарубежный IP-адрес от IP-адреса VPN-сервиса, соглашается старший специалист отдела внедрения и сопровождения систем защиты информации Infosecurity (входит в «Софтлайн Решения», ГК Softline) Сергей Космаков. «Основа анализа — это базы геолокации и репутации IP-адресов, которые используют как коммерческие компании, так и операторы связи, — напоминает он. — Проблема в том, что актуальность таких баз страдает: IP-диапазоны перепродаются, дата-центры меняют пулы адресов, а мелкие провайдеры нередко используют подсети, изначально зарегистрированные на хостинг-провайдеров и дата-центры».
Если не учесть эти моменты и ввести механизм тарификации международного трафика «грубо», то «раздражение будет не только у тех, кто сознательно пользуется VPN», добавляет Алексей Постригайло. «У обычных пользователей и бизнеса начнутся очень понятные проблемы: что-то стало дороже, что-то стало открываться хуже, часть рабочих сервисов начала отваливаться, какие-то процессы пришлось срочно переносить на другие решения. Для бизнеса это почти всегда деньги», — сетует специалист.
Поляризация сервисов
Перспективы стабильной работы VPN-сервисов в России специалисты оценивают пессимистично. Руководитель отдела Mobile в компании SimbirSoft Людмила Гладких допускает, что в случае введения тарификации при использовании VPN-трафика оплата будет сниматься за каждый гигабайт. «Обсуждалась плата в 100-150 руб. за 1 Гб. При активном ежедневном использовании мобильного устройства (около 10 Гб) суточная стоимость может составить 1 тыс. рублей в день или 30 тыс. рублей за месяц», — считает Гладких.
По мнению экспертов, использование средств обхода блокировок в России в обозримом будущем снизится. На этом скажется и оплата трафика, и ограничение доступов пользователей с включенным VPN к российским ресурсам, подчеркивает Людмила Гладких.
Сегмент ждет жесткая поляризация — массовые публичные решения для обхода блокировок столкнутся с серьезной деградацией качества связи и оттоком аудитории из-за возможных финансовых барьеров, предполагает ведущий специалист отдела исследовательских разработок компании «Стахановец» Алексей Миронов. «Бизнес-сектору придется адаптироваться к новым реалиям, — добавляет он. — Использование таких сетей потребует строгого соблюдения законодательных регламентов, внесения в реестры и обеспечения прозрачности маршрутизации перед регуляторами».
Простым пользователям задействовать средства обхода блокировок станет сложнее и дороже, а массовые бесплатные сервисы будут деградировать быстрее всего, потому что их проще находить и блокировать, заявляет старший партнер IT-интегратора «Энсайн» Алексей Постригайло. «Эффект будет не в полном исчезновении VPN, а в том, что привычный доступ к части цифровых сервисов станет менее предсказуемым и более дорогим», — заключил он.