Изменщик! Уничтожу!
Дар’яр никогда не любил, чтобы я перемещалась прямиком в его покои – и теперь я прекрасно понимала почему.
Я поднималась по широкой, каменной лестнице, источая магию – вслед за мной растекались клубы тьмы, а над ними парили, обнимая зловещую фигуру ореолом, лепестки кровавой энергии. Слуги с тихими, сдавленными вскриками разбегались и прятались по углам, боясь привлечь к себе мое внимание. Мне они были не нужны – лишь краем глаза отмечала, как рассыпаются их тела, встречаясь с моей магией. Кто-то все же не успевал убежать, но это их проблемы.
На третьем этаже я повернула направо и решительно зашагала по коридору, распугивая теперь уже не только слуг, но и работников замка.
– Темнейшая! Остановитесь, пожалуйста!
Стража попыталась преградить мне дорогу, но я не стала тратить на них время, даже с шага не сбилась. Только рукой махнула, сметая их мощной волной магии. Тело вибрировало от распирающей меня энергии, от ярости, от жажды отмщения и от крохи надежды, что, быть может, я ошибаюсь. Но ярость рвалась на волю – и каждый, кто соприкасался с моей магией, тут же умирал.
Я не обращала внимания на крики, они даже не доставляли никакого удовольствия. Все, что мне было нужно в этот момент – это добраться до Дар’яра. Увидеть собственными глазами.
Поток тьмы выбил гигантские, двустворчатые двери. И я увидела.
– Уходи, Алаэль. Немедленно!
– Нет, я не оставлю тебя, когда это чудовище…
Парочка замерла, когда я вслед за своей магией переступила порог. Тьма сгустилась в моих ногах, впрочем, не продвигаясь вперед. Крошечные, сияющие от энергии капельки крови застыли в воздухе подобно пыльце.
– Когда это чудовище – что? – уточнила холодно, уже понимая, что не оставлю в живых никого.
Хрупкая, светловолосая эльфийка в тончайшем, полупрозрачном халатике прижималась к нему – моему дракону! Точнее, это я так раньше думала, будто он мой. А как выяснилось, правитель драконов не прочь разделить себя еще кое с кем. Сам Дар’яр стоял в расстегнутых брюках и без рубашки. Кое-как успел одеться, когда почувствовал мое появление.
– Алаэль, – повторила с усмешкой. – Надо полагать, вторая принцесса Воздушного Дворца?
Дар’яр выступил вперед, закрывая собой хрупкую эльфийку.
– Тебе нужна не она. Это я во всем виноват.
– Ты понятия не имеешь, что мне нужно! – выдохнула зло. С пальцев, скатываясь по черным когтям, полилась магия крови. – У меня только один вопрос, Дар’яр. Для чего ты притворялся? Для чего делал вид, будто любишь меня?
– Я любил тебя, Вия.
– Любил? Тогда что изменилось? Когда тебе понадобилась эта тварь?! – вскричала я. Сердце разрывало чудовищной болью от осознания предательства. Я верила ему. Раскрыла свою душу. А он… изменил мне с эльфийской принцесской! – Я ведь ради тебя на все была готова. Даже отказаться от тьмы, обратиться к свету.
– Посмотри на себя! Ты никогда не откажешься от тьмы! – воскликнула Алаэль, выступая из-за спины своего защитника и моего любимого дракона. Хрупкая, юная эльфийка смотрела на меня с вызовом, пряча страх перед силой тьмы и крови. – Ты – убийца, настоящее чудовище… Тебе никогда не измениться.
Ее взгляд задержался на моих руках. Я поднесла их к лицу. Изящные, тонкие пальцы. Острые, черные когти. А в зеркале, стоящем за спиной влюбленной парочки, отражаются мои острые скулы, бледное лицо и горящие красными огнями глаза.
Да, пожалуй, эльфийка права. Я чудовище. И ничего уже не изменить.
– Значит, вы умрете. Оба, – обронила я.
Тьма мгновенно сгустилась и устремилась к этим двоим – предателю и его подстилке. Я закричала, выпуская из себя еще больше магии, и кинулась к дракону.
– Умри! – рвалось наружу вместе с нестерпимой болью.
– Алаэль, беги! – прорычал Дар’яр обращаясь.
Человеческое лицо начало стремительно вытягиваться, челюсть заострилась. Обнаженное тело покрывала черная чешуя.
Дар’яр оттолкнул эльфийку, пытаясь вывести ее из-под удара.
– Убью! Не прощу! – взревела я, царапая грудь Дар’яра. Острые когти проломили, отодрали чешую. Брызнула кровь.
Магия впилась в тело дракона и завладела им. В одно мгновение. Мне хватило лишь капли его крови, чтобы приказать сердцу остановиться.
Дракон вздрогнул. Наши глаза встретились.
Я отчаянно пыталась найти во взгляде Дар’яра хоть что-то, что указало бы – его любовь не была притворством. Но глаза дракона слишком быстро застекленели. Он рухнул на колени и распластался на полу в моих ногах.
– Нет! Дар’яр! Любимый! – истошно завопила эльфийка и бросилась к нам. На кончиках ее пальцев заискрила золотистая пыльца – Алаэль обращалась к магии.
– А теперь ты тоже умрешь, – сказала я.
– Ваше величество! Наш король! Вы здесь?
В комнату с криками ворвались драконы.
Я обернулась на их вопли. Судя по одежде, личная служба безопасности королевской семьи. Припозднилась что-то.
– Будь ты проклята! Будь проклята за то, что отняла его жизнь! – вскричала Алаэль.
Комнату наполнила золотистая магия. Тьма разошлась в разные стороны. Убью! Всех уничтожу. Сотру в порошок и этот замок, и драконье королевство.
Грудь пронзила острая боль. Я охнула, с изумлением заметив, что тонкий лучик магии Алаэль все же добрался до меня. Капли крови стремительно покатились по груди. Тьма расходилась во все стороны, разбивая каменные стены. Под ногами начал рушиться пол, закачался потолок.
Алаэль обратилась к магии рода. Чтобы проклясть меня, она пожертвовала собой – и теперь таяла в золотистом свете своей магии, рассыпаясь бесследно.
Глупая. Я не могу умереть. Я зашла слишком далеко и переступила черту. Меня невозможно убить, я бессмертна!
И все же грудь разрывало от боли. Тьма нарастала, затопляя собой все вокруг.
Не понимая, что происходит и почему не могу контролировать собственное тело, я рухнула в бездну. Меня накрыло оглушительной тишиной.
– Вия… Вия, проснись! Как ты можешь спать в такой день?
Какой еще день? Что происходит?
Я разлепила глаза и с удивлением обнаружила над собой встревоженное лицо… сестры?!
Моей юной, красивой сестры, в том виде, в каком видела ее в последний раз. Сколько ей лет?!
А мне?.. Где моя магия? Что происходит?
Я попыталась обратиться к тьме, но лишь выдохнула голубоватый язычок пламени.
– Ты чего это? Спалить комнату решила? – изумилась Энора, подскакивая с кровати. – Вия, с тобой все в порядке? Ты выглядишь очень напуганной.
Я отбросила одеяло и рванула к зеркалу.
Обстановка комнаты показалась смутно знакомой, но это точно не моя спальня.
В потрясении замерла перед своим отражением.
Что происходит? Как такое возможно?
Моя юная сестра, моя комната в королевском дворце, где мы обе жили с нашими родителями. И я – семнадцатилетняя девушка без темной магии.
Глава 1
Прямые, длинные темно-русые волосы, блестящие, почти черные. Серо-зеленые глаза. Яркие, пухлые губы на светлом, выразительном лице. Кожа благоухает юностью и свежестью. Тело полно энергии, а вот магии почти не чувствую – лишь жалкие крохи, с которыми я родилась.
– Вия… Вия, да что с тобой сегодня?
Сестра развернула меня за плечи. Я с трудом переборола вспышку ярости и желание ударить ее по щеке за такую бесцеремонность.
Уже давно никто не позволял себе так меня хватать и разворачивать, словно тряпичную куклу!
– Вия?.. – сестра в испуге отшатнулась.
Времени нет. Нужно взять себя в руки и разобраться в происходящем как можно скорее. А для начала – отделаться от сестры.
Может, это сон из прошлого? Очень правдоподобный, но мало ли что могло произойти после того, как моя тьма встретилась со светлым проклятием эльфийки?
Я прикрыла глаза, пытаясь совладать с эмоциями.
Когда вновь посмотрела на сестру – вероятно, на моем лице отражалось только спокойствие.
– Извини. Приснился страшный сон, я не могла понять, где нахожусь. Думала, что до сих пор в опасности. Что произошло? Какой сегодня день? Я совсем потерялась, – я качнула головой, изображая растерянность.
– Да? – Энора нахмурилась, присматриваясь ко мне. – Ну ладно, надеюсь, это правда всего лишь сон.
А я-то как надеюсь!
– Сегодня к нам приезжает делегация из Картхэма. А ты так и не дала мне ответ! Ты поможешь, Вия? – Сестра явно хотела вцепиться в мои плечи, но, заметив что-то в моем лице, поостереглась. – Кажется, ты плохо себя чувствуешь?
– Да, мне что-то не здоровится.
– Какой ужас! Это ведь мне должно нездоровиться. Но если мы обе пропустим прием… ох, что же делать…
– Если мы обе пропустим прием, то все решат, будто мы с тобой отравились или заболели одной дрянью. В этом случае нас точно не выпустят к королевской делегации, – сказала я, желая, чтобы сестра как можно скорее убралась из комнаты и оставила меня одну. Если это вообще моя сестра, а не какой-нибудь дух, ею притворяющийся. Хотя идея с тем, что я валяюсь без сознания, до сих пор актуальна.
– К нам ведь позовут лекаря, и тогда… Вия, мне ни в коем случае нельзя показываться перед делегацией! Если меня представят королю как его невесту – это будет конец. Родители уже точно не поменяют решение. А ты… неужели тебе не хочется? Стать женой молодого, амбициозного короля, сильного мага и…
– Сегодня ты не пойдешь на прием, – сказала я, желая поскорее от нее отвязаться. Кажется, я припоминаю, что это за день. Если хочу выставить сестру – нужно просто дать ей согласие. А дальше посмотрим. Нужно еще разобраться, какого хвивеня здесь происходит. – Так что иди, добывай жалящий крадень, а я позавтракаю и подготовлюсь к приему.
В конце концов, в первый день ничего не решится. Мне просто нужно выиграть время. Подумать. Понять.
Интуиция подсказывает, что спонтанные решения сейчас ни к чему – нужно действовать осторожно.
– Жалящий крадень?! – поразилась Энора. – А я думала воспользоваться синей лозой… Но жалящий крадень – это же гениально! Мне всего лишь нужно пропустить пару приемов. А синяя лоза – слишком опасна… Чуть-чуть не рассчитаешь – и…
Боги, никогда раньше не замечала, какая Энора тупая.
– Найди жалящий крадень и ни о чем не беспокойся. Я тебе помогу, – заверила я.
Разом повеселевшая Энора умчалась на поиски ядовитого растения. Я наконец осталась одна.
Первым делом высунулась из окна, убеждаясь, что не ошиблась. Все соответствует тому времени. Если сегодня прибывает делегация из Картхэма, значит, мне через две недели исполнится восемнадцать. Я живу во дворце Арамэля – в королевстве, где родилась, вместе со своими родителями – правителями Арамэля и сестрой. Она старше меня всего на год, а ведет себя так, будто младшая. Постоянно ищет у меня защиты и подсказок. Вот и сейчас, узнав, что ее хотят сосватать за нового короля Картхэма, занявшего трон после смерти своего отца, Энора примчалась ко мне. Рассказала, что влюблена в одного милого, но небогатого лорда. Как добиться от родителей согласия на свадьбу с лордом, она не знает, но точно уверена, что ей нужно выиграть время, а значит, нельзя соглашаться, чтобы ее представили королю Картхэма как его невесту.
Да, родители чувствуют силу, которую излучает Картхэм. Надеются закрепить союз с новым королем и уберечь Арамэль от опасного соседа. Как выяснится позже, это им не поможет, но…
Проклятье! Как такое могло произойти?
Я прошлась из стороны в сторону. Затем покинула спальню, изучила гостиную. Плохо помню детали, но, кажется, все соответствует моим покоям в родительском дворце. Да и я сама! Молодая девчонка с зачатками магии, которые хоть и развивали, но не особо успешно. Отчасти из-за того, что родители не видели в этом необходимости, а отчасти – потому, что я и сама не прилагала должных усилий.
Я высунулась из холла.
– Ваше высочество, к вашим услугам! – тут же подхватилась служанка, дежурившая в коридоре.
– Завтрак принесите. Сколько можно ждать? – пробурчала я и скрылась в покоях.
Нужна еще одна проверка.
Я поспешила к туалетному столику. Порылась среди вещей в поисках чего-нибудь острого. Да, заколка подойдет.
Не жалея себя, решительно уколола палец. На подушечке выступила кровь.
Я прислушалась к ощущениям.
Никакой магии.
Если глаза могут врать, если разум можно запутать, то магия всегда подскажет верный путь.
Но магия соответствует тому, что было в мои семнадцать лет.
Похоже, я вернулась во времени. В свое юное тело.
Некоторое время я просто стояла, бездумно глядя на капельку крови. Наблюдала, как она постепенно высыхает на подушечке пальца. Очень странно. Непривычно – не чувствовать в крови никакой силы. Боль есть, красная влага есть, но больше ничего. Пустота. И внутри меня тоже пустота.
Хотя нет. Не совсем. В груди теплится огонек магии – мой родной, маленький и слабый, почти ни на что не способный. Но согревающий. И это тоже необычно, потому что магия тьмы несет только холод.
Я вернулась к зеркалу и принялась рассматривать свое отражение. Непривычно юное лицо, утонченное, благородное, но такое светлое и наивное. Я привыкла видеть в себе острую, опасную красоту. Привыкла, что при встрече со мной враги в ужасе разбегаются, а слуги преклоняются так низко, чтобы ненароком не посмотреть в глаза и тем самым не оскорбить. Мне нравился хищный, красный оттенок радужек. И когтей теперь тоже не хватает! Смотрю на тонкие, нежные пальцы с аккуратными ноготками и чувствую себя такой хрупкой, такой слабой. Противно! Как меня угораздило?
В дверь постучали, возвращая меня к реальности.
– Ваше высочество! Я принесла завтрак.
– Хорошо. – Я кивнула, отстраняясь от зеркала. – Поставь на столик и уходи.
Мне нужно подумать. Понять, что происходит, и решить, как дальше действовать.
– Да, ваше высочество. Должна напомнить, что сегодня во дворец прибыла делегация из Картхэма во главе с его величеством Кальхиаром ар Диархэн. Ваши родители велели передать, что после обеда к вам придут помощницы. Вечером планируется праздничный ужин, на котором вы познакомитесь с представителями Картхэма.
Боги, кто воспитывал этих слуг? Сколько еще раз нужно повторить, что она свободна?
– Я все поняла.
Служанка наконец откланялась и оставила меня одну.
Я прикрыла глаза, помассировала виски, пытаясь собраться с мыслями.
Меня забросило не в самое удачное время, придется принимать решения слишком быстро. Будь у меня хотя бы пара лет на подготовку – я бы определилась, как лучше действовать. А теперь вариантов остается не так уж много.
Пока завтракала, размышляла.
Похоже, из-за столкновения моей магии, замешанной на крови, со светлым эльфийским проклятием моя неуязвимость сработала своеобразно. Благодаря последним ритуалам я обрела бессмертие. Меня невозможно было убить! Невозможно уничтожить! А проклятие прилетело явно смертельное. Вот оно и… уничтожило меня в какой-то степени. А я, не способная умереть, вернулась в свое же тело на много лет назад.
Радует, что соображаю хорошо, а не как семнадцатилетняя девчонка. Плохо, что магии лишилась. Бессмертия, похоже, теперь тоже нет – в моем распоряжении юное тело того времени. И вся его прелесть только в молодости.
Значит, сегодня в родительский дворец прибыла делегация из Картхэма.
Сердце все же вздрогнуло и забилось чаще.
Кальхиар ар Диархэн – мой первый мужчина, мой любимый, мой муж. А еще он – бесчувственное чудовище, жаждущее власти. Он достиг невероятного могущества, но я поднялась еще выше, обрела истинное бессмертие, пробудила в себе древнюю демоническую кровь. В то время, как Кальхиар…
Не могу разобраться, что теперь чувствую. Он погиб пять лет назад. Я полюбила другого. Дракон, которого я полюбила, предал меня. Дар’яр, как он мог! А ведь клялся в вечной любви. Обещал, что если я изменюсь, если стану мягче, если не пойду на поводу темной части своей души – у нас будет совместное будущее. Предатель. Врал, чтобы защитить свое королевство, а на самом деле спал с этой мерзкой эльфийкой! Ненавижу светлых эльфов.
От осознания предательства сердце обливается кровью и трудно дышать. Чтобы не провалиться в кипящую боль, пытаюсь сосредоточиться на деле. Вспоминаю, что произошло в мои семнадцать лет.
Как только прежний король Картхэма умер, трон занял его сын – Кальхиар. Уже в то время сильнейший темный маг, и на достигнутом он останавливаться явно не собирался. Родители почуяли опасность и, принимая у себя делегацию, планировали сосватать им старшую дочь – мою сестру Энору. Надеялись, что благодаря заключенному браку Арамэль получит мощного союзника.
Энора примчалась ко мне накануне. В слезах рассказала, что влюбилась в одного лорда из небогатого и ничем не примечательного рода. Самое позорное, что она с этим лордом переспала. И вот это уже может стать проблемой. Если вместо девственной жены Кальхиар получит порченый товар, он сотрет Арамэль с лица земли. Все бы ничего, но в этот момент я все еще буду здесь. Если не повторю то, что уже однажды сделала.
Пожалуй, даже хорошо, что Энора не хочет замуж за Кальхиара. Я – вторая дочь, мне не положено выходить замуж первой, но если у родителей не останется выбора – они все же согласятся отдать именно меня.
Впрочем, какой у меня выбор? Умереть вместе со всем Арамэлем? У меня даже магии нормальной нет! Голубое пламя – оно такое слабое, почти ни на что не способное. Пусть Кальхиар – бесчувственное чудовище, но рядом с ним я обрету прежнее могущество. Мне нужна его магия! Нужна дорога, которая откроется благодаря брачному ритуалу со столь сильным темным магом.
Однако нужно поискать другой способ стать женой Кальхиара. Притвориться, будто Энора заболела и не может выйти к гостям – такая глупость. Нелепая идея и в прошлый раз не сработала толком. И одной встречи, одного взгляда хватило, чтобы я влюбилась в Кальхиара. А когда родители настояли на том, чтобы за Кальхиара вышла старшая дочь, я сдала ее. Рассказала, что Энора больше не девственница.
Возможно, это стало первым злодеянием на моем пути. До тех пор я помогала сестре, заботилась о ней. Выгораживала перед родителями, когда не слишком умная Энора, хотя в то время я не признавала ее тупость, влипала в неприятности. Возможно, это стало последней каплей. Я больше не хотела ее выгораживать. Влюбившись, потеряв голову от нового, неизведанного чувства, я готова была на все, даже растоптать родную сестру – лишь бы получить желаемое, стать женой Кальхиара.
Не могу сказать, что это было ошибкой. Ладно, я еще подумаю, как сохранить тайну Эноры и при этом снова стать женой Кальхиара. Но без короля Картхэма мне не обрести прежнее могущество. А значит, придется вновь выбрать нелегкий путь, на этот раз вдумчиво и абсолютно осознанно. Со знанием последствий.
Я невесело усмехнулась и поднялась, чтобы пройти в ванную. До прихода помощниц, которые оденут меня, причешут и накрасят достойно для выхода в свет, успею насладиться водными процедурами и даже немного прогуляться. А по пути нужно придумать, что делать с идиоткой сестрой.
Синяя лоза, ужалившись которой Энора хотела притвориться больной, а вернее, стать по-настоящему больной, чуть ее не убила. Но вот ведь удивительно – от грядущего замужества не спасла. Перепугавшиеся родители вызвали лекаря – и тот поставил сестру на ноги. Энора при этом изрядно покачивалась, кое-как передвигалась и была крайне бледна, чуть ли сознание не теряла, однако выползти, чтобы познакомиться с королем Картхэма, смогла.
Жалящий крадень – более мягкий вариант, здоровье не подорвет. Энора попросту покроется уродливыми красными пятнами. Но самое интересное, что опознать действие жалящего крадня очень непросто. А значит, помочь Эноре не смогут достаточно долго. Может, родители и выведут Энору на встречу с Кальхиаром, но для этого потребуется хорошенько постараться, чтобы замаскировать красные пятна. Но даже если способ найдут – у меня появится дополнительное время! Как минимум, два или даже три дня. Я придумаю что-нибудь еще.
В свои семнадцать лет я, разумеется, о свойствах жалящего крадня не знала. Точнее, не догадалась, что его яд в коже никак не распознать – слишком быстро растворяется, оставляя при этом весьма заметные и трудно выводимые последствия. К слову, пятна будут сильно чесаться, но это уже дело десятое. Главное, что даже лекарю будет сложно понять, что произошло.
Проклятье! Энора хоть найдет подходящее растение? Догадается напроситься на прогулку в город?
Уже покинув личные покои, в коридоре наткнулась на растерянную сестру.
– Вия! – позвала она, нелепо округлив глаза. – Я нашла описание жалящего крадня в книге по необычным растениям, но… где мне его раздобыть?
Да-да, с синей лозой проще. Мы видели ее, когда сбегали с детьми прислуги к старой конюшне. Так никому и не рассказали, что там выросла эта дрянь, а ей с каждым годом только лучше становилось. Главное, что лошадей задолго до появления синей лозы перевели в другие конюшни, чистые и новые. А нам синяя лоза навредить не могла – опасные растения мы выучили на первых занятиях по растениеводству и близко не подходили.
Я закатила глаза. Выдохнула, пытаясь лишний раз не раздражаться. Этот период просто нужно перетерпеть. И если все получится – скоро я буду далеко от родительского дома.
– Выезжаешь на прогулку верхом. Предлагаешь немного посидеть на полянке – и ищешь жалящий крадень.
– Ты поедешь со мной? – Энора посмотрела на меня умоляющим взглядом. Раньше ей это помогало. Со своими русыми волосами, более светлыми, чем у меня, и травянисто-зелеными глазами она казалась такой милой, нежной и беззащитной.
Но если нынешняя я проведу с ней пару часов – я рехнусь, наверное.
– Нет. Мне нужно подготовиться к приему, чтобы произвести на Кальхиара достойное впечатление.
– Так ты решила мне помочь? Ты готова стать его женой вместо меня? – обрадовалась сестра.
– Думаю, да. Кальхиар – неплохая партия для меня. Поторопись, Энора. Еще немного – и тебя никуда не отпустят, потому что останется мало времени до начала приготовлений.
– Ты права. Спасибо, Вия. Как всегда, выручаешь меня, – Энора порывисто меня обняла и с радостной улыбкой умчалась к себе – вероятно, переодеваться в костюм для верховой езды.
Глядя вслед, я подумала: возможно, стоило подробнее расписать ей все действия, которые нужно совершить. Но ведь Энора сказала, что уже прочитала о жалящем крадне в книге?
Разумеется, когда выяснится, что дело именно в жалящем крадне, родители поймут, что Энора специально постаралась. Но это не имеет никакого значения. Подумаешь, любимая дочь воспротивилась нежеланному замужеству. Энору ждет только выговор и длинная речь на тему, как важно для нашего королевства заключить брачный союз с опасным Картхэмом.
Оставшееся время до обеда я потратила на разработку дальнейших планов. Как ни крути, для обретения прежнего могущества мне придется стать женой картхэмского чудовища. Действовать через него бесполезно. Кальхиару плевать, кого из нас брать в жены – у него в этом свой интерес, и характеристики девушки его совершенно не волнуют. Нет, я не смогу привлечь его внимание и не смогу понравиться ему за эту неделю, пока делегация гостит в Арамэле.
Скорее всего, придется, как и в прошлый раз, рассказать родителям, что Энора лишилась девственности. Это погубит ее. Разрушит жизнь сестры. Но какие еще варианты?
А я, пожалуй, все-таки попробую привлечь внимание Кальхиара! Он ведь был моим мужем, и я знаю о нем все.
После обеда ко мне пришла целая толпа служанок, чтобы помочь подготовиться к ужину. Хотела бы я расслабиться и довериться их весьма умелым и ловким рукам, но я не могла. Не в такой ответственный момент.
– Я выбираю это платье, – сказала я, указывая на самое мрачное платье в моем гардеробе, какое только сумела найти.
Увы, ничего, что бы соответствовало вкусу Кальхиара, в гардеробе юной меня не водилось. Подчеркивать свои прелести тоже не имело никакого смысла. Кальхиар ищет жену не для того, чтобы удовлетворять потребности плоти – для этого сгодится любая девка, коих в Картхэме достаточно.
Я прислушалась к своим ощущениям, пытаясь понять, что чувствую, когда вспоминаю свое первое время в Картхэме. Когда я, влюбленная малолетняя дурочка жаждала внимания Кальхиара. А он… занимался своими делами, ну и пользовался услугами леди, желающих составить ему компанию на ночь. Хранить верность своей юной жене Кальхиар не собирался в прошлом и не собирается сейчас, когда события будут повторяться.
В то время я обливалась слезами. Но сейчас… Я прожила пять лет после смерти Кальхиара. Гораздо больше боли мне причиняет предательство Дар’яра. Кто бы мог подумать… и ради какого-то плешивого дракона я всерьез хотела измениться, стать лучше?! Похоже, как была наивной дурехой, так ею и осталась.
Нет, я больше не буду переживать из-за Кальхиара. Я просто пойду к своей цели. Первым делом мне нужно получить темную магию, чтобы начать тренироваться.
– Ваше высочество, вы уверены? Кажется, это платье будет слишком мрачным для сегодняшнего ужина. Вы – юный, прелестный цветок и…
И мне полагается обрядиться в розовые рюши, которыми набит мой гардероб? Кто их спрашивал вообще? Никогда не замечала, насколько плохо воспитаны служанки во дворце Арамэля.
– Я изучила моду Картхэма, – холодно оборвала я. – Это темное королевство – и они предпочитают более мрачные одежды, чем принято у нас. Хочу оказать им честь своим сегодняшним видом.
Кальхиару плевать, какую принцессу брать в жены, потому что он считает, что любая принцесса будет тупа, скучна и недостойна – разве только по статусу сгодится. Но Кальхиар всегда ценил умных людей. Это первое, что может его заинтересовать.
– Как скажете, ваше высочество. – Служанки растерянно переглянулись. – Но, возможно, стоит посоветоваться с вашими родителями и…
– Первой фразы было достаточно. На ней можно остановиться.
Служанки снова переглянулись и принялись за дело.
Будь у меня больше времени, я бы целый гардероб заказала в соответствии со вкусами картхэмской знати. Увы, выбранное мной платье тоже подходило не особо, но оно – наилучший вариант из тех, что есть.
В выборе украшений тоже пришлось поучаствовать.
Служанки уходили от меня растерянные, взволнованные из-за опасений, как на мой облик отреагирует королевская чета, и немного пришибленные приказом принести несколько каталогов для заказа платьев. Может, если поспешу с выбором, то успею принарядиться до отъезда делегации. В последний день, например.
Оставшись одна, я снова повернулась к зеркалу. Не упустила возможности полюбоваться утонченными чертами лица и свежей, сияющей кожей. Наверное, в этом что-то все же есть. Нежность и наивность, таящая в себе неожиданный секрет. И на этот секрет намекает только взгляд – уверенный, решительный, излучающий еще не забытую силу. А когда я опускаю пушистые, длинные ресницы – в глазах мелькает коварный огонек.
Что же касается платья… мы сделали все, что могли! Темно-синее, цвета ночного неба и более простого силуэта, чем все остальное. Не такая пышная юбка грубовата и держит форму за счет нижних юбок, но все же устремляется к полу почти прямыми линиями. На открытые плечи я набросила кружевной шарфик, имитируя болеро. Не совсем то, но повезло уже, что в моем гардеробе в принципе нашелся подобный комплект, совершенно не характерный для светлой, пастельной, воздушной моды Арамэля. В прошлом году я заказывала это платье на маскарад. Только маску сейчас не взяла.
Из украшений тоже выбрала сдержанные комплекты, с меньшим количеством тонких, игривых цепочек и прозрачных, словно слезинки, камней.
– Ваше высочество! – В дверь снова постучали. – Ее величество велела сопроводить вас на ужин. А также передает, что ее высочество Энора заболела и не сможет сегодня выйти.
Похоже, переполох, устроенный сестрой и ее внезапной болезнью, прошел мимо меня – я была слишком занята приготовлениями. Но могу представить, как взволнованы родители. Они, конечно, подозревают, что болезнь сестры в день приезда делегации – не просто совпадение.
– Веди, – разрешила я.
Признаюсь, все-таки разволновалась, пока шла по коридорам и предвкушала встречу с Кальхиаром. Первую за столько лет!
Передо мной распахнули тяжелые двери, и я вошла в приемный зал.
– Ее высочество Велиана Виражель! – объявил церемониймейстер.
Взгляды всех присутствующих устремились ко мне. Родители, да и вся делегация – уже были здесь. Удивление, непонимание отразилось на лицах родителей. Впрочем, отец совладал с собой быстрее матери. Я успела прочитать негодование в глазах матери, прежде чем она вернула королевскую сдержанность.
Кальхиар вздернул бровь. В светло-голубых глазах мелькнул заинтересованный огонек. Впрочем, все это длилось лишь несколько секунд. Кальхиар отвернулся и продолжил разговор с моим отцом.
Мне навстречу тут же устремились слуги, предлагая провести к столу. Аристократы, приглашенные на ужин для установления контакта с представителями Картхэма, поднимались и вежливо приветствовали.
Мне, как единственной дочери, присутствующей сегодня на ужине, полагалось место по левую сторону от матери. И пока отец, сидящий рядом с Кальхиаром, негромко вел политические разговоры, пока люди из делегации Картхэма общались с нашей знатью, мать наклонилась ко мне и прошипела:
– Что это ты на себя надела?
– Платье, – ответила я.
– Маскарадное?! – все так же тихо и недовольно прошипела мать.
– Я без маски – значит, сгодится в качестве обыкновенного платья на ужин. Я изучила моду Картхэма и поняла, что являться в пастельных рюшечках, которые у нас в моде, будет несколько оскорбительно.
Мать, которая сидела в тех самых рюшах нежного кремового оттенка, чуть не задохнулась от возмущения.
– Мы поговорим с тобой после. Зайди ко мне, когда закончится ужин.
А если я захочу уйти пораньше спать?
Я не раз слышала, что родители больше любят своих младших детей. Но в нашей семье получилось наоборот. Родители всегда были строги ко мне и души не чаяли в старшенькой Эноре. Возможно, дело все-таки не в старшинстве? А чем тупее ребенок, тем его жальче и потому больше любят? Может, родители чувствуют, что неудавшийся ребенок не выкарабкается, если его не опекать.
Но в любом случае никого не волнует, устану я или нет, захочу спать или нет. Теперь, даже если уйду с ужина раньше матери – придется дожидаться ее в приемной королевских покоев. Для разговора, на котором предстоит еще доказать, что мое мнение имеет право на существование.
Нет, конечно, родители не всегда ко мне строги. Меня тоже любят, обо мне тоже заботятся. Но когда я огорчаю мать – вот тогда начинается. А огорчала я ее благодаря Эноре нередко. Вернее, благодаря моему собственному выбору защищать Энору.
Тем временем ужин продолжался. Одни блюда сменяли другие. Я прислушивалась к разговорам, льющимся с разных сторон. Одна леди из Арамэля – за столько лет я забыла ее имя – рассказывала единственной женщине из делегации о выходе новой коллекции украшений от известной на все королевство леди Марэлии. Вторая леди хихикала и всячески демонстрировала свою благосклонность мрачному, худощавому картхэмцу. Отец обсуждал с Кальхиаром новости, доносившиеся с границ других королевств.
Я ждала подходящего момента и размышляла, как можно себя проявить. Если бы я досконально помнила программу ужина и все, что за этим последует! Но увы, это было так давно, что я подзабыла, как должна пройти предстоящая неделя.
– Если вы не против, – заговорила моя мать, – Кальхиар, мы бы хотели развлечь вас на этой неделе и дать больше возможностей познакомиться с Энорой. Как насчет бала? Мы с удовольствием устроим бал в честь вашей помолвки.
– Мы еще не заключили помолвку, – заметил Кальхиар холодно. Под взглядом, которым он окатил мать, она должна была съежиться. Но королева Арамэля оказалась достаточно стойкой, чтобы справиться с собой. – Я не против бала, пусть мои подданные развлекаются. Но не стоит устраивать бал в нашу честь.
– Конечно. Мы устроим обычный бал, на котором мы все сможем хорошо провести время и пообщаться, – сориентировалась мать, почти не дрогнув. Если бы я не сидела так близко – даже не заметила бы ее напряжения. – А также для вашего досуга хотим что-нибудь предложить. Все-таки вы будете гостить у нас целую неделю. Может быть, охота?
Точно! Арамэль славится своей гостеприимностью. Организация развлекательного досуга – обязанность королевы. Но и мой шанс заодно.
– Или мы можем устроить небольшие соревнования по метанию кинжалов? – предложила я, зная, насколько это развлечение нравится Кальхиару. Гораздо больше охоты, если это не охота за ингредиентами для темных ритуалов.
Все присутствующие изумленно воззрились на меня. Особенно удивилась мать. Я кожей ощущала ее недовольство.
Но самое главное, что я получила второй заинтересованный взгляд Кальхиара за вечер.
– Метание кинжалов – это интересно. Я и вся делегация будем рады посоревноваться с арамэльцами.
– Вот как? – удивилась мать. Облегчение в этом вопросе, наверное, заметила только я. – Если это доставит вам удовольствие – организуем.
Больше за ужином ничего интересного не произошло. Кальхиар ушел первым, заявив, что устал с дороги и хочет отдохнуть. Я порадовалась, что долго сидеть не пришлось. Потому как вместе с Кальхиаром ушли все его сопровождающие, а на этом спектакль закончился.
– Благодарим за оказанное доверие.
– Это большая честь – поужинать вместе с вами, ваши величества, и делегацией Картхэма. – Аристократы тоже поднимались со своих мест и, вежливо кланяясь, расходились.
– За мной, – обронила мать и тоже поднялась из-за стола.
Отец остался – обсудить кое-какие вопросы со своими советниками.
У меня не было никакого желания объясняться перед матерью, но пока я живу здесь, во дворце, придется ей подчиняться.
Она не обронила ни одного слова до тех пор, пока мы не добрались до личных королевских покоев. И только в приемной, когда слуги закрыли за нами двери, мать потребовала:
– Объясни, что ты устроила на ужине! Кто давал тебе право говорить? Перебивать меня?
Так. Нужно подавить раздражение. Если пойду в прямое столкновение – ни к чему хорошему это не приведет. В конце концов, я не хочу, чтобы меня заперли до конца недели. Придется изображать наивную семнадцатилетнюю принцессу.
– Я не перебивала тебя, мама! Я ведь всего лишь высказала еще одно предложение после того, как ты озвучила свое. Разве ты не говорила, что это обязанность женщин – пока мужчины обсуждают политику и другие важные вещи, организовывать им развлечения и отдых? А я… мне хотелось взять пример с тебя.
Я наивно хлопнула ресничками, прекрасно понимая, какое впечатление это произведет благодаря юному личику.
Мать нахмурилась, присматриваясь ко мне.
– Да. Говорила. Хорошо… – Я ощутила, как она расслабляется. Да, верную тактику выбрала. Если бы начала спорить и доказывать свою правоту – мать почувствовала бы конкуренцию и наказала меня. – Но ты же понимаешь, насколько для нас важно, чтобы в конце недели король Кальхиар назвал Энору своей невестой. Мы должны заключить этот союз. А ты можешь все испортить. У тебя слишком мало опыта. Ты можешь разозлить его, вызвать недовольство. Что тогда нам делать?
– Да-да, я все понимаю, – согласилась покладисто. – Но я была уверена, что не промахнусь. Сегодня, когда прогуливалась, я случайно услышала разговор двоих из делегации. Они обсуждали, что король Кальхиар наверняка заскучает, потому что ему предложат что-нибудь неинтересное, а он обожает метать кинжалы. Я хотела как лучше и знала, что это сработает, благодаря подслушанному разговору.
– Вот как? – мать вздернула бровь. – Что ж… Ты действовала не настолько необдуманно, как это могло показаться. Но впредь лучше предупреждай, если что-то такое задумаешь. Напоминаю, общение с делегацией, а тем более с королем Картхэма – очень важная задача. Я не хочу, чтобы ты что-то испортила.
– Да, конечно. Я не стану действовать спонтанно. – Но и обещать, что непременно обо всем предупрежу и посоветуюсь – тоже не стала.
– А теперь, Велиана, объясни, что это на тебе надето и для чего.
– Я изучила моду Картхэма и подумала, что, возможно, рюши – не лучший выбор для встречи с делегацией. Я решила показать им наше уважение. Через платье. Как ты учила, через мелкие детали, – я улыбнулась.
– Уважение – это хорошо. Но о своих корнях тоже не стоит забывать. Они приехали к нам в Арамэль, не наоборот. Мы имеем право носить то, что у нас принято. И это правильнее – продемонстрировать им наши обычаи, а не прогибаться под их. Чтобы больше такого не надевала. Ты меня поняла?
– Да, мама.
– И никакой самодеятельности! Мне это не нравится. Вия, ты присутствуешь на всех мероприятиях, как наша дочь. Но не как невеста Кальхиара.
Хотела сказать, что Энора – тоже пока не невеста Кальхиара, как он заметил на ужине. Однако смолчала, чтобы не нарываться на конфликт.
– Тебе не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Поэтому присутствуй, тихо общайся, если кто-то из делегации подойдет к тебе, но лишнее внимание на себя не перетягивай.
– Я поняла, мама. – В очередной раз покладисто склонила голову и потупила взгляд.
Может, родители опасаются, что я приглянусь Кальхиару больше Эноры? Она, конечно, красивее меня, но и я хороша. Если б только родители знали, что ждет жену Кальхиара! Они бы предпочли отдать ему меня, а любимицу Энору приберегли для более счастливого замужества.
– Хорошо, – кивнула мать, смерив меня внимательным взглядом. – Свободна. Можешь отдыхать.
Возвращаясь к себе, я размышляла над дальнейшими планами. И мне совершенно не нравилось, что за весь вечер я слишком часто думала о родительской любви и несправедливом ее распределении между нами, сестрами. А ведь раньше я как будто даже не замечала обиды. Не позволяла себе даже думать об этом. Оттого, наверное, и разрушила жизнь сестры без малейших сожалений – мое собственное счастье наконец-то стало важнее. По крайней мере, ослепленная влюбленностью, я верила, что буду счастлива с Кальхиаром.
Возможно, теперь, не питая наивных иллюзий, я на самом деле смогу быть счастливой вместе с ним. Ведь я знаю, что Кальхиар – мой путь к величию, и выбираю этот путь теперь уже осознанно. Не ради его любви, но ради себя самой.
На следующее утро я зашла к сестре, чтобы проверить, как у нее дела. Не то чтобы меня волновало ее самочувствие, но ее состояние напрямую влияло на мои дальнейшие планы.
Энора сидела в кровати и читала книгу. Любовный роман, разумеется. В последнее время она постоянно летала в облаках, даже творить ерунду почти перестала. Но это мне так казалось. Пока не узнала, что ерунду она натворила втайне от посторонних – с тем лордом, имя которого я не смогла вспомнить.
– Как ты? – спросила я, присаживаясь на кровать рядом с сестрой.
Бледная кожа, красные пятна на лице, шее и открытых руках подсказали, что сестру пока не «вылечили».
– Ужасно все чешется, – призналась она. – Сдерживаюсь из последних сил. Лекарь Норбин сказал, что чесать ни в коем случае нельзя, чтобы не сделать хуже.
– Он смог определить причину?
– Пока нет. Отпаивает меня универсальными травами, но эффекта никакого. – Энора вздохнула. – Я притворяюсь, что плохо себя чувствую. Из-за выдуманной слабости мне велели лежать в кровати целый день. А как у тебя прошло? Ты видела Кальхиара? Он правда такой суровый, как шептались во дворце?
– Он мрачный и неразговорчивый. На меня почти не смотрел, но оно и понятно, не я должна стать его невестой.
– Ты станешь! Мама заходила утром и сказала, что как только я поправлюсь, будет бал. Но я ведь не поправлюсь вовремя, а бал делегации уже обещан. У тебя будет прекрасная возможность познакомиться с Кальхиаром поближе и очаровать его. Ты такая красотка, Вия, – сестра улыбнулась.
Я равнодушно смотрела на Энору. Сестра искренне тянулась ко мне, верила в меня. Надеялась на помощь – это тоже. Но и радовалась, что я захотела стать женой Кальхиара – а значит, наверняка получу желаемое.
Энора неплохая. Глупая только.
Наверное, я бы все же не хотела разрушать ее жизнь.
После того, как родители узнали, что Энора больше не девственна, они не могли сосватать ее с кем-то из принцев соседних королевств. Энора боролась за то, чтобы ее отдали замуж за возлюбленного. Родители долго отказывали, но потом все же уступили. Потому что любили ее? Или потому, что Энора их подвела, разочаровала? У меня нет ответа на этот вопрос.
Энора вышла замуж за лорда и прожила с ним всего полтора года. К тому моменту выяснилось, что лорд любил азартные игры. Он проиграл и без того небогатое состояние и умер, напившись с горя в каком-то кабаке. А сестру убили, когда в дом ворвались требующие возврата долга бандиты. Даже представлять не хочу, что с ней перед этим сделали.
Да, пожалуй, я все-таки постараюсь избежать негативного сценария.
Читать далее: