Кафе «Оля-ля», три дня спустя.
За столиком у залитого дождем окна сидела Марина. Она до побеления костяшек сжимала бумажную салфетку, превращая её в труху.
— Ты пришла... Я, если честно, боялась, что ты проигнорируешь встречу.
Карина опустилась в кресло напротив и неспешным, грациозным движением сняла очки. Её лицо оставалось бесстрастным, как античная маска.
— Деньги принесла?
Марина суетливо нырнула рукой в сумку и выложила на стол пухлый конверт:
— Вот. Тридцать тысяч, как договаривались. Но... объясни мне, как ты это провернула?
Карина скользнула взглядом по конверту и, не пересчитывая, убрала его.
— Ты видела его в офисе?
— Да, — Марина нервно сглотнула. — Он орал на неё как сумасшедший, даже толкнул... Оля рыдала взахлеб. Что ты с ним сделала?
— Во время сеанса я просто вложила в его подсознание нужную установку. Якорь на разрыв.
— Ты его чем-то накачала? Наркотики?
— Оставь эти криминальные фантазии, — уголки губ Карины дрогнули в подобии улыбки. — Обычное нейролингвистическое программирование. Глубокий транс и легкая корректировка реакций.
— И что, так можно сломать абсолютно любого?
— Нет. Только того, кто внутренне готов сломаться. Всё зависит от истинной мотивации. Если бы он действительно любил эту девочку, барьер был бы слишком силен. А так... он просто потреблял её ресурс. Будем считать, что я спасла эту девочку от долгих и унизительных лет страданий.
Марина судорожно выдохнула, на её ресницах блеснули слезы.
— Понятно... Господи, как жаль, что я не нашла тебя раньше. Возможно, тогда ты смогла бы спасти и мою сестру.
Лицо Карины на секунду окаменело, став по-настоящему пугающим.
— Возможно. А возможно, и нет. Иногда смерть — это судьба, и никакое НЛП не способно переписать финал.
Марина до хруста сжала кулаки.
— Мне мало того, что произошло. Разрыв с Ольгой — это лишь прелюдия. Я хочу уничтожить его.
Карина подняла на неё тяжелый, сканирующий взгляд:
— И каков план?
— Мне нужно, чтобы ты заставила его влюбиться в тебя. До безумия. До потери контроля.
Карина рассмеялась.
— Ты в своем уме? Мне-то этот цирк зачем?
— Я навела справки. У тебя серьезные финансовые проблемы. Долги. Я заплачу вдвое больше. Нет, втрое.
Карина замолчала. За окном монотонно плакал дождь, размывая огни проезжающих машин.
— Цена вопроса? — наконец прервала она тишину.
— Пятьдесят тысяч сейчас. И еще пятьдесят в тот день, когда ты размажешь его по стенке.
— Каков алгоритм?
— Влюбить. Привязать к себе намертво. Заставить страдать. А потом бросить — жестоко, в тот момент, когда он будет абсолютно беззащитен.
Карина медленно, словно пробуя идею на вкус, кивнула.
— Деньги вперед. И учти: я работаю исключительно по своим правилам. Никаких вопросов в процессе, никакого микроменеджмента с твоей стороны.
Марина торопливо достала второй конверт:
— Здесь двадцать пять. Остаток аванса переведу на карту.
Карина забрала деньги и плавно поднялась из-за стола.
— Даю месяц. Он будет ручным.
Она покинула кафе, ни разу не оглянувшись. Марина смотрела ей вслед, и губы её медленно растягивались в улыбке. Предвкушение мести пьянило лучше любого вина.
***
Выйдя на улицу, Карина остановилась и прислонилась к холодной стене здания, прячась от дождя под козырьком. Что ж, придется на время сменить амплуа и стать образцовым секретарем.
Она достала телефон, нашла нужный номер и, мгновенно сменив тембр голоса на мягкий, профессиональный, произнесла в трубку:
— Добрый день! Я звоню по объявлению. Насколько мне известно, вам срочно требуется секретарь...