Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Т-34

«Русские герои — мы давно вас ждали»: Как народы Восточной Европы встречали советские войска

Великая Отечественная война для Советского Союза была войной не за чужие земли, а за своё существование и за освобождение народов Восточной Европы По оценкам историков, на полях Восточной Европы полегло почти миллион советских солдат. Они гнали вермахт и его союзников, брали города и сёла. Польша, например, вообще не имела шансов уцелеть как государство — по планам Берлина её земли должны были войти в состав Германии. И Польша тут не единственная. Победа Советского Союза спасла все народы Европы без исключения. Сегодня, однако, об этом предпочитают не просто молчать, но и вовсе, по указке из-за океана, называют советских воинов оккупантами, а саму страну — захватчицей Восточной Европы. США же напялили на себя лавры освободителей и объявили себя защитниками. Хотя на самом деле решение освобождать страны Восточной Европы принимали вместе — на конференциях в Тегеране, Ялте и Потсдаме в сорок третьем и сорок пятом годах. Ещё в Тегеране договорились: Кёнигсберг (сегодня Калининград) отходит

Всем привет, друзья!

Великая Отечественная война для Советского Союза была войной не за чужие земли, а за своё существование и за освобождение народов Восточной Европы

По оценкам историков, на полях Восточной Европы полегло почти миллион советских солдат. Они гнали вермахт и его союзников, брали города и сёла. Польша, например, вообще не имела шансов уцелеть как государство — по планам Берлина её земли должны были войти в состав Германии. И Польша тут не единственная. Победа Советского Союза спасла все народы Европы без исключения.

Сегодня, однако, об этом предпочитают не просто молчать, но и вовсе, по указке из-за океана, называют советских воинов оккупантами, а саму страну — захватчицей Восточной Европы. США же напялили на себя лавры освободителей и объявили себя защитниками. Хотя на самом деле решение освобождать страны Восточной Европы принимали вместе — на конференциях в Тегеране, Ялте и Потсдаме в сорок третьем и сорок пятом годах.

Ещё в Тегеране договорились: Кёнигсберг (сегодня Калининград) отходит СССР. Там же предварительно утвердили восточную границу Польши по так называемой линии Керзона двадцатого года, а западную — по реке Одер. Это означало, что Западная Украина и Западная Белоруссия признавались советскими.

На Ялтинской и Потсдамской конференциях в сорок пятом СССР, США и Англия окончательно закрепили послевоенные границы Европы. Советский Союз строго исполнял эти договорённости. Именно Сталин настоял, чтобы польско-германская граница прошла по Одеру и Нейсе — Черчилль, кстати, был категорически против расширения Польши на запад. В итоге полякам достались Данциг (Гданьск) и большая часть Восточной Пруссии.

Как вспоминал впоследствии маршал Жуков, Сталин проявлял исключительную щепетильность, когда речь заходила об интересах Польши, Чехословакии, Венгрии или простых немцев. Особенно острые споры шли у него с Черчиллем. При этом британский премьер относился к Сталину с большим уважением и, по наблюдениям Жукова, даже побаивался вступать с ним в жёсткие дискуссии — потому что советский лидер всегда был предельно конкретен и логичен.

В том же сорок пятом народы Восточной Европы прекрасно понимали, кому обязаны свободой. И встречали красноармейцев цветами — это факт, зафиксированный многими свидетелями.

Наши армии брали штурмом города, которые укреплялись столетиями. В последний день лета сорок четвёртого советские части вошли в Бухарест. Румыния тут же вышла из войны на стороне Германии. А вслед за ней и Болгария разорвала союз с рейхом. Обе потом сами объявили войну гитлеровцам.

Осенью того же года провели Белградскую и Будапештскую операции. Будапешт не поддавался долго — слишком мощные укрепления и крупные силы противника стояли на подступах. Только в середине февраля сорок пятого войскам Второго и части сил Третьего Украинских фронтов удалось взять венгерскую столицу. Бои шли жесточайшие.

Зато эти операции позволили серьёзно помочь Югославии. Её армия — единственная в Восточной Европе — не подчинилась немцам и дралась с ними всю войну. В конце октября сорок четвёртого красноармейцы и югославы вместе вошли в Белград. Однако полностью очистить страну от врага удалось лишь к маю сорок пятого, и уже силами самих югославов. Красная Армия также поддержала словацких и чешских повстанцев.

Финляндия подписала перемирие с СССР в середине сентября сорок четвёртого. Не по доброй воле — просто наше наступление на всех фронтах не оставило ей выбора. Хотя, по правде говоря, Советский Союз мог вывести Финляндию из войны ещё годом раньше. К концу сорок третьего наша дальняя авиация располагала почти тысячей стратегических бомбардировщиков и могла стереть в порошок любой финский город. Но Сталин, верный русским традициям, не отдал такого приказа. В отличие от союзников, которые не гнушались массированными бомбёжками мирных кварталов.

Польша была освобождена в ходе первого броска на Берлин — во время Висло-Одерской наступательной операции. Она началась в середине января сорок пятого. На пути стояли сплошные немецкие укрепления. Операция состояла из двух ударов: Варшавско-Познанского силами Первого Белорусского фронта и Сандомирско-Силезского силами Первого Украинского фронта. Двенадцатого января наступать начал Первый Украинский с Сандомирского плацдарма. А четырнадцатого — Первый Белорусский с Магнушевского и Пулавского. Ровно в полдень семнадцатого января Варшава была полностью свободна.

В донесении командования фронта в Москву говорилось, что гитлеровцы уничтожили польскую столицу методично, квартал за кварталом. Промышленные предприятия сровняли с землёй, жилые дома сожгли или взорвали, городское хозяйство разрушили. Десятки тысяч жителей убили, остальных выгнали. Город был мёртв.

На следующий день после освобождения в здании варшавской Рады собрался митинг. Выступавший там польский руководитель Берут заявил, что благодарный польский народ никогда не забудет, кому обязан освобождением. По его словам, поляки отблагодарят советский народ братской дружбой, скреплённой совместно пролитой кровью, за спасение от ига, невиданного в истории человечества.

А через два дня, двадцатого января, Крайова рада народова направила в Москву послание. В нём выражалась глубочайшая благодарность советскому народу и Красной армии. Отмечалось, что Польша никогда не забудет: свободу и возможность восстановить своё независимое государство она получила благодаря победам советского оружия и крови героических бойцов. Тогдашние вожди Польши говорили, что радостные дни освобождения только укрепят нерушимую дружбу между народами. Сегодняшние, одурманенные западной пропагандой, поляки, увы, говорят иное — называют красноармейцев оккупантами.

В ответной телеграмме советское правительство выражало уверенность: совместные усилия Красной армии и Войска Польского приведут к полному избавлению братского польского народа от фашистского гнёта.

Первого мая сорок пятого в Праге и других чехословацких городах вспыхнуло восстание против оккупантов. Оно охватило всю Чехию и Моравию. Шестого мая повстанцы запросили помощь у союзников. И в тот же день войска Первого, Четвёртого и Второго Украинских фронтов перешли в наступление, чтобы завершить освобождение Чехословакии. Главную роль Ставка отвела Первому Украинскому фронту.

Шестого мая на Прагу двинулись десять танковых корпусов — тысяча шестьсот машин Конева — вместе с пехотой и артиллерией. Частям этих сил по пути предстояло овладеть Дрезденом. К слову, авиация союзников незадолго до того полностью разрушила Дрезден без военной необходимости, не пощадив всемирно известные культурные сокровища. А советские войска, напротив, разыскали, а правительство СССР затем восстановило и сберегло шедевры Дрезденской галереи.

В три часа ночи девятого мая танки Конева ворвались на улицы Праги. К тому времени в разных частях города ещё шли кровавые уличные бои между восставшими и эсэсовцами. Там, где наши машины встречали ликованием, экипажи проезжали под цветами. А на некоторых окраинах приходилось с ходу вступать в перестрелки и выбивать фашистов. На Ольшанском кладбище в Праге на многих могилах красноармейцев выбита одна и та же дата — девятое мая.

Как позже напишет командующий фронтом маршал Конев, по сути, война уже закончилась, вся страна праздновала Победу, а эти люди погибли здесь, на пражских окраинах, в последних схватках — и погибли, бесстрашно доводя дело до конца.

К шести часам вечера того же дня к Праге вышли и основные силы подвижной группы Четвёртого Украинского фронта. Гитлеровская группировка в Чехословакии — больше полумиллиона солдат и офицеров Шернера — оказалась в полном окружении. Почти все они сдались. Но отдельные стычки с не желающими складывать оружие продолжались ещё почти неделю.

Тот стремительный рывок на помощь восставшим спас тысячи чехословацких жизней. Население встречало красноармейцев не просто радушно — с восторгом. Вывешивали флаги, лозунги на русском. Цветы, улыбки, приглашения в дом. Люди выходили ночью с факелами. Днём улицы были так плотно забиты народом, что казалось — города опустели, все вышли на одну дорогу.

В городке Угерски-Брод местный врач Елинек сказал собравшимся, что они ждали освободителей шесть долгих лет и дождались — к несказанной радости. Теперь, говорил он, можно будет жить счастливой свободной жизнью.

Повсюду крестьяне помогали раненым: чистили и отдавали под госпитали дома, несли яйца, молоко. Слышалась одна фраза: русских мы любим и для них достанем всё.

В городе Либерец, по свидетельствам очевидцев, каждый хотел подойти к танкистам, стиснуть руку, поблагодарить лично. Танки и самоходки становились трибунами для митингов. Для бойцов накрывали столы прямо на мостовой.

В селе Слободка старуха от имени всех односельчан поднесла командиру хлеб-соль и сказала: шесть лет немцы угнетали, угоняли родных в Германию, закрывали школы. У неё убили единственного сына. Только вы, кровные братья, спасли нас. Мы никогда этого не забудем.

В ряде деревень даже организовывали дежурства, чтобы не пропустить приход Красной армии. Устраивали вечера в честь гостей. Местные жители после прихода наших частей быстро брались за наведение порядка — ставили свою власть, патрулировали, ловили фашистов и предателей.

Ветеран боёв за Прагу, старший сержант Александров, позднее вспоминал, как через шоссе невозможно было пробиться из-за толп крестьян из окрестных сёл — все хотели увидеть освободителей. Девушки в национальных костюмах, старики, ребятишки. Одна девушка выбежала из толпы, обняла его и что-то взволнованно заговорила по-чешски. Стоявший рядом партизан перевёл: «Русские — герои. Мы давно вас ждали. Мы верили, что вы придёте и освободите нас!». Рядом с Александровым стоял пожилой гвардеец, дважды раненый, прошедший всю войну. В бою он никогда не терял спокойствия. А здесь, в Чехословакии, плакал.

Салют в честь освобождения Праги был предпоследним салютом Великой Отечественной. Последний — Салют Победы — из тысячи стволов прогремел в Москве через несколько часов, девятого мая, после подписания Германией безоговорочной капитуляции.

Именно так — не завоевателями, а освободителями — советские войска пришли на земли Германии, Венгрии, Румынии, Польши и Чехословакии. Этот факт отрицать невозможно, как бы ни старались сегодняшние политики в некоторых из этих стран.

Статья подготовлена на основе материала Леонида Масловского, опубликованного на сайте телеканала «Звезда»

★ ★ ★

ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...

СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!

~~~

Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!