Экономика России почти не растёт — всего 1% в прошлом году. Но у Кавказа свои проблемы. И они уже здесь, не где-то там «потом».
Живой пример:
В Кизляре продавщица в сельпо вздыхает: «Масло опять подорожало, говорят, санкции». Масло местное. При чём тут санкции?
А при том, что из-за страха банков Турции и ОАЭ попасть под удары дорожают расчёты, логистика, и курс долетает до полки с маслом. Вот так глобальное бьёт по карману в дагестанском магазине.
Теперь к цифрам. Без паники, только главное.
1. Деньги: у кого дыра, а у кого — рост
Северный Кавказ — самый дотационный регион страны. То есть живёт на деньги из Москвы.
Посмотрите на дыры в бюджетах на 2026 год (это когда доходы меньше расходов):
— Чечня: минус 7,3 млрд рублей
— Дагестан: минус 530 млн
— Ингушетия: минус 873 млн
— Остальные республики — тоже в минусе, от 1 до 2,5 млрд
Но это по плану. А по факту многие регионы ушли в ещё больший минус — суммарный дефицит шести республик по итогам 2025 года оказался значительно выше запланированного.
Что будет, если Москва урежет дотации?
— Урежут больницы, школы, ЖКХ (в Дагестане уже готовы резать культуру на 40%)
— Поднимут налоги
— Регионы возьмут кредиты под высокие проценты
«Если дефицит федерального бюджета будет расти — не введут ли доппошлины на нашу сельхозпродукцию? Маловероятно, но кто знает», — говорит экономист Антон Табах.
А теперь факт, который многих удивит. Доходы Чечни выросли на 122% — это правда, но с очень низкой базы. При этом дыра в бюджете на 2026 год — 7,3 млрд. То есть республика зарабатывает больше, но тратит ещё больше. И без федеральных денег всё равно не справляется.
2. Кадры: работы много, а делать некому
Безработица в Чечне — рекордно низкая: 3,2%. Всего 20 тысяч официальных безработных на 1 марта 2026 года.
Казалось бы, праздник. Но нет.
Предприятия стонут: нет квалифицированных рабочих. На Ставрополье в туризме через три года не хватит 5000 человек. Только на Кавминводах запустят 196 инвестпроектов — им нужно 13 000 поваров, горничных, гидов, врачей. А взять неоткуда.
Молодёжь уезжает. Или идёт в бюджетники, где зарплаты низкие. Или в ВПК, а гражданские сектора стоят на месте.
3. Природа пригнала ЧС — уже не «лебедь», а реальность
Не буду пугать «чёрными лебедями». Скажу прямо: оползни и паводки уже здесь.
Дагестан. 28 апреля ввели режим ЧС в селе Саниорта. Земля уходит из-под домов. Жители просят признать село зоной бедствия. До этого ЧС был в Хунзахском и Лакском районах.
Чечня. Из-за обильных дождей 5 апреля произошёл перелив через гребень Геджухского водохранилища в Дагестане. Вода пошла по руслу реки Аксай — и докатилась до Чечни. Погибли беременная женщина и ребёнок. В Махачкале рухнул многоквартирный дом.
Путин на встрече с Кадыровым 29 апреля сказал помогать «неформально», без бюрократии.
Что в итоге?
Кавказ в 2026 году — это горы, которые трясутся (буквально), магазины, где дорожает масло, и предприятия, где некому работать.
Дотации могут урезать. Санкции — ударить через банки Турции. Природа — накрыть новым паводком.
Но есть и плюс: регионы с туризмом и сельским хозяйством (Краснодар, Ставрополье, КМВ) держатся лучше других. И Кавказ учится договариваться — по-соседски, без истерик.
А вы замечали, что в вашем городе или селе изменилось в последний год? Работы меньше? Цены выше? А может, наоборот, открылось что-то новое?
Рассказывайте в комментариях. Давайте честно — без помидоров и без вранья.
«Источники: открытые данные региональных ведомств, РБК, Интерфакс, МЧС»