Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Ирония судьбы или готовы ли мы к последствиям уголовного преследования врачей

? Сижу в суде. Традиционно тут хорошо думается в ожидании процесса и, как это нередко со мной бывает, философские вопросы думаю. Суд небольшого городка с населением 65 тысяч человек. Классически в таком городке есть одна ЦРБ как центр здравоохранения. Сердобольный заведующий травматологическим отделением, думая о городе и о его жителях, умудрился заманить в ЦРБ врача-нейрохирурга, причем не статиста, а рукастого оператора. Уговор был таков - он работает на подставки, приезжает в больницу в отдельные дни (сам он живёт и в работает в другом субъекте РФ), оперирует и консультирует. А ведение его пациентов осуществляют травматологи, так как области медицины это смежные. В один из дней, в больницу поступает пациент с переломом шейного позвонка. Травма тяжёлая, тетрапарез, прогноз неблагоприятный. Операция вовремя, металлоконструкции стоят хорошо. Но в послеоперационном периоде организм пациента не справляется с последствиями травмы и не менее травматичной операции. Конечно, без медицинск

Ирония судьбы или готовы ли мы к последствиям уголовного преследования врачей?

Сижу в суде. Традиционно тут хорошо думается в ожидании процесса и, как это нередко со мной бывает, философские вопросы думаю.

Суд небольшого городка с населением 65 тысяч человек. Классически в таком городке есть одна ЦРБ как центр здравоохранения.

Сердобольный заведующий травматологическим отделением, думая о городе и о его жителях, умудрился заманить в ЦРБ врача-нейрохирурга, причем не статиста, а рукастого оператора. Уговор был таков - он работает на подставки, приезжает в больницу в отдельные дни (сам он живёт и в работает в другом субъекте РФ), оперирует и консультирует. А ведение его пациентов осуществляют травматологи, так как области медицины это смежные.

В один из дней, в больницу поступает пациент с переломом шейного позвонка. Травма тяжёлая, тетрапарез, прогноз неблагоприятный. Операция вовремя, металлоконструкции стоят хорошо. Но в послеоперационном периоде организм пациента не справляется с последствиями травмы и не менее травматичной операции. Конечно, без медицинских ошибок не обходится. Родственники поднимают шум, в больницу приходит СК и почти все медработники показывают пальцем в этого пришлого, чужого, гастролёра, вешая на него все - и необходимость самостоятельно описать КТ лёгких, которое дефектно описал рентгенолог, и, каждодневные осмотры и лечение других общехирургических проблем, которые не входят в компетенцию нейрохирурга.

И лишь один заведующий травматологии твердит как было и пытается как то исправить ситуацию. По постановлению следствия назначена и проведена экспертиза, выводы которой, как вы догадались, из категории "ну он же единственный нейрохирург в этой больнице, значит он и виноват", дело передается в суд. Врач из больницы увольняется.

В июле прошлого года, я еду в суд этого городка в качестве специалиста объясняя, что экспертиза плохая. Суд внимательно слушает, но в итоге постановляет обвинительный приговор. Сейчас дело рассматривает апелляция.

Но мой рассказ не об этом, это лишь затравка.

Сегодня, я в том же суде и снова как специалист. Процесс в этот раз гражданский. Речь идёт об оказании медицинской помощи пожилой пациентке с геморрагической формой инсульта (кровоизлияние под оболочки мозга).

Эксперты записывают в недостатки отсутствие консультации нейрохирурга.

Больница в отзыве на исковое пишет, что нейрохирурга в этой больнице (и по всем городе) нет. Когда есть потребность в нейрохирурге, его вызывают из областного центра (это за 200 км) или переводят туда пациента.

Пациентка в больнице провела почти месяц и до момента смерти нейрохирургом даже по телемедицине не проконсультирована.

И все к этому вопросу относятся просто. Ну нет же нейрохирурга, недостаток зафиксирован, двигаемся дальше.

И вот я обдумываю философский вопрос цены уголовного преследования врачей. В этом случае, этот нейрохирург в смерти пациента не был виноват, но даже если и был?

Не бывает врачей без ошибок, вопрос лишь в том, что врач делает потом, учится ли на ошибках.

С одной стороны семья умершего пациента, желавшая истребить, изничтожить врача и, собственно, добившаяся в какой то мере успеха. Их можно понять. Такое горе, не дай Бог кому пережить, выводит на первый план личное и пусть весь мир подождёт.

А с другой стороны весь остальной город, который остался без нейрохирурга вовсе. Это "вызываем нейрохирурга из областного центра или везём пациента туда" все мы отлично знаем как "работает".

И вот мой философский вопрос, который я обдумываю ожидая вызова на допрос - что лучше для населения? Вообще оказаться без врача, который допустил ошибку?

Стоят ли жизни всех последующих пациентов успокоения одной семьи?

Кто то из пациентов скажет - мы хотим врача, который не ошибается. А так заведомо не бывает. И как быть?