6 подписчиков

Эшафот на Монфоконе был задуман как архитектурный манифест королевской власти

2 дня назад2 дня назад

1 мин

Заказчиком выступил сам Ангерран де Мариньи, главный камергер и фактический правитель Франции при Филиппе IV Красивом. До нас не дошли оригинальные чертежи, но описи счетов 1309–1310 годов фиксируют колоссальные расходы на камень и известь. Сооружение возводили на пологом холме за городской чертой, чтобы силуэт читался с дороги, ведущей из предместья Сен-Мартен. Это был не просто столб с перекладиной, а массивный трехъярусный пьедестал 12 метров в высоту и 14 в длину. На каждом уровне — ниши, куда складывали тела. 16 каменных столбов поддерживали центральную платформу, а система балок позволяла вешать сразу до четырех десятков человек. После смерти Филиппа IV в 1314 году Мариньи лишился щита. Новый король Людовик X Сварливый попал под влияние дяди, Карла Валуа, который ненавидел камергера. Мариньи обвинили по шаблонному для той эпохи набору: растрата казны, колдовство и измена. Суд был скорым. 30 апреля 1315 года 55-летнего Ангеррана де Мариньи привезли на телеге к сооружению, которое

Эшафот на Монфоконе был задуман как архитектурный манифест королевской власти. Заказчиком выступил сам Ангерран де Мариньи, главный камергер и фактический правитель Франции при Филиппе IV Красивом. До нас не дошли оригинальные чертежи, но описи счетов 1309–1310 годов фиксируют колоссальные расходы на камень и известь. Сооружение возводили на пологом холме за городской чертой, чтобы силуэт читался с дороги, ведущей из предместья Сен-Мартен. Это был не просто столб с перекладиной, а массивный трехъярусный пьедестал 12 метров в высоту и 14 в длину. На каждом уровне — ниши, куда складывали тела. 16 каменных столбов поддерживали центральную платформу, а система балок позволяла вешать сразу до четырех десятков человек.

После смерти Филиппа IV в 1314 году Мариньи лишился щита. Новый король Людовик X Сварливый попал под влияние дяди, Карла Валуа, который ненавидел камергера. Мариньи обвинили по шаблонному для той эпохи набору: растрата казны, колдовство и измена. Суд был скорым. 30 апреля 1315 года 55-летнего Ангеррана де Мариньи привезли на телеге к сооружению, которое он сам и утвердил. Перед казнью он, по свидетельству хрониста Жоффруа Парижского, обратился к толпе: «Добрые люди, молитесь за меня». Тело в грубой холщовой рубахе подвесили за подмышки на верхнем ярусе — честь, полагавшаяся высшей знати.

Труп провисел на Монфоконе ровно два года. Снять останки разрешил только следующий монарх, Филипп V Длинный, в 1317 году, после ходатайства вдовы и брата-епископа. К тому моменту от фигуры, облаченной в позолоченные шпоры, остался скелет, привязанный к балке просмоленными веревками. Останки захоронили в скромной часовне ордена якобинцев, но надгробие позже уничтожили. Сам же Монфокон простоял до 1760 года. За четыре с половиной века он превратился в зловонный некрополь под открытым небом: ниши забили тысячами трупов, а в овраг под холмом сбрасывали внутренности казненных. Демонтаж конструкции поручили архитектору Пьеру-Луи Моро, который вскрыл основание и обнаружил, что фундамент уходит вглубь на 4 метра, а раствор скрепился до прочности гранита. Сейчас на этом месте находится сквер у станции метро «Колонель-Фабьен», и ни одна табличка не напоминает о человеке, чей проект пережил его ровно на 445 лет.