За окном сгустились сумерки. Мелкий дождь, моросивший весь день и время от времени переходивший в снег, прекратился. Ветра почти не было. На почерневшем небе стали появляться звёзды. Лидия Егоровна в темноте сидела у окна и ждала Толика, который, как обычно, не спешил возвращаться домой. Вопрос, почему судьба в очередной раз подбросила ей испытание в виде повзрослевшего внука, она понять не могла. В её возрасте давно следует жить спокойно, больше отдыхать, неспешно прогуливаться, питаться по расписанию... Вместо этого в такое время она вынуждена сидеть у окна в ожидании внука. От нахлынувшей досады, незаметно для себя, старушка начала говорить вслух, обращаясь к погибшему сыну:
- Наделал ты, Витюша, делов, женившись на этой шалаве. Где твои глаза были, когда решил повести её в ЗАГС? - она громко вздохнула, дошла до комода, где стояла фотография младшенького и самого любимого сыночка. - Зачем позволила жениться на этой пройдохе? Почему не нашла тебе порядочную девушку? Глядишь, сейчас был бы жив. И не пришлось бы мне поддерживать отношения с убийцей моего дитя, не пришлось бы на старости лет растить внука...
Лидия Егоровна промокнула выкатившуюся слезу краешками ситцевого платка, покрывавшего её седую голову, снова вернулась к окошку и села на табурет. По двору изредка проезжали машины, освещая фарами редких прохожих. Вдруг в подъезд прошмыгнул знакомый силуэт. Старушка встала, включила на кухне свет и принялась суетиться возле плиты.
Дверь в коридоре хлопнула.
- Анатолий, почему так поздно? Просила же тебя возвращаться пораньше. Время позднее, а ты не ужинал и за уроки не брался... - крикнула Лидия Егоровна с кухни.
- Нам ничего не задали... - привычно ответил Толик, подошёл к плите и начал руками таскать со сковородки кусочки жареной картошки.
- Руки хотя бы помой. Как это не задано? Что за школа такая, в которой домашнее задание не задают? - между делом ворчала Лидия Егоровна, накладывая на тарелку ужин для внука. - Твоя мать случайно не объявилась?
- Нет, самому она нужна, - ответил Толик, вспомнив о полном отсутствии денег.
- Странно, что нет от неё ни слуху, ни духу... Может, доехать до неё?
- Доехал бы, да не знаю, куда она переехала. Скорее всего квартиру продала и с Али укатила куда-нибудь отдыхать, - предположил Анатолий. - В таком случае могла бы денег оставить.
- Что за Али такой? Али - хахаль еёный? Нерусский что ли? Сейчас этот Али баба дуру обкрутит и без денег оставит. А как деньги закончатся, жди у нас объявится...
Анатолий быстро уничтожил ужин и скрылся в своей комнате. Лидия Егоровна неторопливо вытирала со стола и недовольно ворчала что-то себе под нос, продолжая тему бестолковой матери её внука.
В середине декабря, ближе к концу второй четверти, домой пришла классная руководительница Толика. Светлана Леонидовна была в школе завучем, опытным педагогом и, что отрадно, душой болела за всех учеников. Анатолий как обычно где-то пропадал.
- Лидия Егоровна, я очень недовольна учёбой и поведением вашего внука. Он систематически не готовит домашнее задание, прогуливает уроки, хамит учителям, конфликтует с одноклассниками. За вторую четверть у него по большинству предметов неаттестация...
- Вот и я Толика постоянно спрашиваю про уроки, а он отвечает, что не задали. Как не задали? Мои дети, когда учились, каждый день домашнюю работу делали. Грешным делом подумала, может в школе что изменилось?
- Ничего не изменилось. Анатолий обманывает вас. Каждый день по каждому предмету учащиеся получают задание на дом.
- Да, обманывает... Мальчишка растёт и меня, старуху, уже не слушается... Чувствую, совсем от рук отбивается... - вздохнула Лидия Егоровна.
- А ещё говорят, ваш внук пристрастился к игре в автоматах. Поступило несколько жалоб от родителей детей из младших классов. Анатолий отбирает деньги у малышей.
- Ой, стыдоба-то какая... - запричитала Лидия Егоровна. Старушка тут же достала из кармана носовой платок и приложила его к морщинистому лицу. - Витя должно быть в гробу переворачивается от такого позора...
- Как я поняла, отца у Анатолия нет, а где находится его мама, не подскажете? - спросила учительница, что-то записывая в свой блокнот. - Она тоже умерла?
- Мать жива, только где она, никто не знает. Когда Наташка привезла мне Толика ненадолго пожить, собиралась продавать квартиру, чтобы заняться бизнесом...
Светлана Леонидовна пристально посмотрела на старушку поверх очков, которые предназначались для чтения, и в недоумении переспросила:
- Продать квартиру, чтобы заняться бизнесом?
- Вот и я ей так сказала, что дурное дело затеяла, да разве такая послушает... Она же моего сыночка убила, восемь лет в тюрьме отсидела, вышла и начала воду мутить... Нашла себе ухажёра нерусского, а где она сейчас, мы не знаем... Ни денег от неё, ни даже весточки...
Светлана Леонидовна сделала пометки в своём блокноте, немного задумалась, а затем спросила:
- Лидия Егоровна, вам сколько полных лет?
- Недавно семьдесят девять исполнилось. Всё бы ничего, но сердечко после смерти сына барахлить стало. Врач прописала таблетки пить каждый день и велела не нервничать. А как тут нервничать не будешь? Мальчишка растёт и проблем с ним не оберёшься: домой поздно возвращается, уроки не учит. Старая бабка ему не указ. Боюсь, пойдёт по кривой дорожке, как мать...
Старушка всхлипнула от досады на свою беспомощность, на беспутную Наташку, которая с лёгкостью променяла сына на неруся Али-бабу...
- Может у Анатолия ещё кто-нибудь из родни есть? - поинтересовалась Светлана Леонидовна. - Может быть дядя или тётя?
- У меня было два сына и обоих схоронила... У Натальи возможно братья и сёстры есть, но мне про них ничего неизвестно. А вот дочка от первого брака была. Получается, она Толику приходится сводной сестрой.
- Сестра взрослая?
- Когда Толик родился, ей лет семь или восемь было. Помню, что Таней звали, а фамилия должно быть Михеева. Наташка-то Михеевой до свадьбы была.
- Случайно не знаете, где Татьяна живёт?
- Нет, с тех пор как мать Толика в тюрьму попала, я девочку больше не видела...
- Ничего, всех разыщем... Вы, Лидия Егоровна, не переживайте, педсовет школы плотно займётся вашей проблемой. Стоило мне раньше к вам прийти. Извините, это моя недоработка. Вам действительно не под силу справляться с таким трудным подростком. Считаю, такую несознательную мать нужно лишить родительских прав. А если другие родственники не захотят принять участие в воспитании Анатолия, то будем определять парня в интернат...
***
После обнадёживающих результатов обследования Татьяна воспрянула духом. Девушка продолжала лечение, работала, общалась с друзьями, семьёй и готовилась к встречи особенного Нового года, который перенесёт человечество в новое тысячелетие.
Таня подошла к окну. Белые хлопья непрерывно сыпались на город уже больше суток. Дома с пышными шапками на крышах и засыпанными белыми балконами сливались с небом. Ветви деревьев были сплетены замысловатыми ажурными кружевами. Всё вокруг было белым-бело. Пушистые сугробы росли на глазах. Во дворах автомобили были погребены под солидным слоем снега, а выезжая, буксовали, частенько прибегая к помощи прохожих. По протоптанным дорожкам крадучись перемещались горожане, потому что несмотря на снегопад жизнь в городе не останавливалась. Невольно взгляд Тани упал на заснеженную кормушку.
"Нужно почистить её от снега и насыпать птичкам корма", - подумала она и достала из шкафа банку с семечками.
Когда Татьяна вернулась к окну, то обнаружила дома гостя. На карнизе дома, нахохлившись, сидел голубь. Сам голубь был серым, а перья на крыльях были белыми. Таня узнала старого знакомого и от неожиданности оторопела.
- На этот раз ты пожаловал с какими новостями? - спросила она, быстро справившись с шоком.
В какой-то момент Татьяне казалось, что голубь посмотрел ей в глаза, будто хотел что-то рассказать. Посмотрев друг на друга полминуты, пернатый гость улетел, оставив после себя новую волну переживаний.
От грустных мыслей Таню отвлёк телефонный звонок подруги. Обсуждая приближающийся Новый год, Надюха предложила встретить его вместе.
- Можем собраться у меня или у тебя, без разницы. Одна только просьба...
- Ты опять что-то затеваешь? - насторожилась Таня, не понаслышке зная, какая подруга выдумщица.
- Нет, честно ничего такого... Просто хотела пригласить Андрея, если, конечно, ты не против.
Таня невольно улыбнулась, зная, что Надюха давно собиралась познакомить её со своим женихом и похоже стесняется.
- Конечно, не против. Давно уже пора...
- Таня, ты только не смейся. Андрюша - очкарик, но очки ему очень идут. Они ему солидности добавляют что ли...
- А почему я должна смеяться? У человека плохое зрение, но от этого он хуже не стал...
- Я про другое... Контраст большой. Первый ухажёр был бандитом, а другой - ботаник... Но Андрюша вовсе не ботаник. Он умница! Ты возможно представляла совершенно другой образ...
- Надюха, мне зачем что-то представлять? Если Андрюша нравится тебе, то будет нравиться и мне. И вообще хватит об этом. Давай лучше подумаем о программе на Новый год. Что будем готовить? Чем будем заниматься?
Договорить не получилось. В дверь очень настойчиво кто-то позвонил.
- Надюха, я перезвоню тебе. Кто-то очень нетерпеливый пришёл...
Татьяна открыла дверь. На пороге стояла незнакомая женщина с папкой в руке.
- Михеева Татьяна Сергеевна здесь живёт? - строго спросила она, стряхивая снег с шапки и пальто.
- Да, это я... Извините, а вы кто и по какому вопросу? - задала закономерный вопрос Татьяна.
- Инспектор отдела опеки и попечительства Малинина Ольга Игоревна, - ответила женщина, в ту же секунду достала из кармана удостоверение и предъявила его Татьяне.
- Очень приятно, - немного растерялась хозяйка такому визиту. - Но я вроде вышла из возраста, чтобы меня опекать...
- Разрешите войти? Неудобно обсуждать серьёзные вопросы на пороге...
- Ой, извините, пожалуйста! - спохватилась Таня и добавила: - Проходите, конечно...
Продолжение следует...