— У нее клопы, Инга.
Егор виновато развел руками.
— И что мне прикажешь с этим делать?
Инга отложила рабочий ноутбук на край барной стойки.
— Ну пусти девку на пару дней.
— Егор, у нее съемная квартира. Пусть ее хозяйка и решает проблемы с живностью.
— Хозяйка умыла руки.
Оксана сидела на шатком стуле в прихожей. Она старательно делала вид, что изучает узор на кафеле. Золовке было тридцать четыре года. Возраст вполне солидный. Но вела она себя исключительно как проблемный подросток, которому все должны.
— Откуда у нее вообще клопы взялись?
Инга посмотрела на мужа в упор.
— Мебель с рук купила, — неохотно признался Егор.
— Винтажный диван!
Подала голос из коридора Оксана.
— Я его по дешевке урвала. А там, оказывается, сюрприз внутри жил.
— Великолепно. Просто песня.
Инга покачала головой.
— И теперь она притащит этот сюрприз ко мне в дом? На мои вещи?
— Да она в чистом приедет!
Егор сделал шаг к жене.
— Все шмотки в химчистку сдала. Ингочка, ну мы же не чужие люди! На улице ей ночевать?
— Гостиницы в городе отменили?
Инга ответила будничным тоном. Без агрессии. Просто констатировала факт.
— У нее денег нет сейчас. За этот чертов диван последние отдала.
— А я тут при чем?
— Я только перекантоваться!
Оксана сунулась на кухню.
— Вещи потравят, я сразу съеду. Честное слово! Места много не займу.
— Оксана, я завтра улетаю в командировку на три дня.
— Так квартира все равно пустая стоять будет!
Оживилась золовка.
— Тем более!
Егор тут же встал на сторону сестры.
— Инга, ну правда. Я на озера с пацанами умотаю. Ты в Тюмени будешь. Чего метрам простаивать? Пусть поживет человек.
Квартира принадлежала Инге. Это была добрачная собственность. Однушка в хорошем спальном районе, купленная за пять лет до похода в ЗАГС. Ремонт она там делала сама. Каждую плитку выбирала сама.
Пускать туда ушлую родственницу совершенно не хотелось. У Оксаны была удивительная способность портить вещи и забывать об этом.
— Три дня, — припечатала Инга.
— Ой, спасибочки!
Защебетала золовка.
— Мои вещи не трогать. Шкафы не открывать. Подружек своих не приводить.
— Обижаешь!
Возмутилась Оксана.
— Я тише воды буду. Ты и не заметишь, что я там была. Утром на работу, вечером спать.
Инга сильно сомневалась. Но скандалить перед самым отлетом не было никаких сил. Голова гудела от отчетов. Проще было уступить, чем выслушивать долгие упреки мужа о родственном долге и взаимовыручке.
Тюмень встретила противным мелким дождем. Инга заселилась в номер. Отработала первый день на конференции.
Вечером она устроилась в кресле с документами. Телефон на тумбе завибрировал. Звонила Раиса Павловна. Соседка по лестничной клетке из той самой добрачной однушки.
— Да, Раиса Павловна.
Инга приняла вызов.
— Инга, здравствуй. Ты ремонт, что ли, затеяла на ночь глядя?
Голос у соседки был крайне подозрительный.
— Какой ремонт? Я в командировке вообще.
— Да у тебя там мужик какой-то дверь ковыряет.
— В смысле ковыряет?
Инга выпрямилась в кресле.
— В прямом. Жужжит на весь подъезд дрелью.
Соседка сделала многозначительную паузу.
— Какой мужик?
— В спецовке рабочий. А Оксанка твоя рядом стоит, руками машет, командует.
— Ничего не понимаю.
— Я мусор выносила, спрашиваю: чего делаете, ироды? А она мне: замок меняем, старый заедает. Я и подумала, странно это. Ты про замок ничего не говорила. У тебя хорошая дверь стоит.
Инга прикрыла глаза.
— Раиса Павловна, спасибо огромное. Я разберусь.
Она сбросила вызов. Набрала номер Егора.
— Абонент временно недоступен.
Оно и понятно. На озерах связи отродясь не было. Мужская вылазка проходила в полной глуши, куда сотовые вышки не добивали.
Инга открыла приложение авиакомпании. До конца конференции оставался еще день. Но слушать завтрашние доклады резко расхотелось. Она нашла ближайший утренний рейс и поменяла билет.
Затем набрала Оксану.
Золовка ответила не сразу. Гудков пять Инга слушала тишину.
— Да, Ингочка!
Голос был неестественно бодрым. Чересчур звонким.
— Как дела, Оксана?
— Ой, все прекрасно! Цветочки твои полила. Пыль протерла везде, где достала.
— Замок зачем поменяла?
В трубке образовалась тишина. Короткая, но крайне красноречивая.
— Какой замок?
Золовка попыталась изобразить искреннее непонимание.
— Входной. От моей квартиры, где ты сейчас сидишь.
— А... так он сломался!
Оксана тут же нашла оправдание.
— Я дергала его утром, дергала, он и заклинил! Пришлось мастера вызывать. Представляешь, какие непредвиденные траты?
— Понятно.
Инга не стала спорить.
— Ключи новые где?
— Так у меня. Ты же послезавтра прилетишь, я тебе сразу и передам. Приеду к тебе домой и отдам.
— Я прилечу завтра утром. Жди.
Инга нажала отбой. Собирать вещи долго не пришлось. Внутри зрело глухое раздражение.
Рейс прошел без задержек. Инга взяла такси от аэропорта прямо до своей квартиры, даже не заезжая к Егору.
Она поднялась на свой этаж. Достала старую связку.
Ключ вошел в скважину только наполовину. Металл противно скрежетнул. Инга надавила сильнее. Ключ уперся во что-то глухое.
Заменить личинку Оксана успела оперативно.
По ту сторону двери послышалось торопливое шарканье. Затем звуки стихли. Кто-то явно стоял в прихожей и слушал через глазок.
— Оксана?
Позвала Инга.
За железным полотном не издали ни звука.
Инга не стала дергать ручку. Она молча вытащила свой бесполезный ключ. Подхватила дорожную сумку. Отошла к окну на лестничном пролете.
Оттуда снова набрала номер золовки.
Гудки шли долго. Наконец Оксана соизволила ответить.
— Да?
Голос был сонным. Наигранно сонным.
— Дверь открой.
Будничным тоном попросила Инга.
— Ингочка? А ты разве уже прилетела? Так рано?
— Открой дверь, Оксана. Я на площадке стою.
— Ой, а я не могу!
Золовка затараторила.
— Я тут задвижку заклинила нечаянно. Внутреннюю, представляешь?
— Задвижку?
— Ну да! Дергала ее, а она ни в какую. Мастера вызвала, жду вот сижу. Ты поезжай к маме пока! Я как мастер уйдет, сразу позвоню.
— Я стою под дверью. Я слышала твои шаги. Открывай.
— Я правда не могу открыть! Заело!
Оксана бросила трубку.
Инга открыла браузер в телефоне. Нашла первый попавшийся официальный сервис по вскрытию замков.
— Вызов срочный.
Сказала она оператору.
— Документы на собственность имеются?
Уточнили на том конце провода.
— Выписка из ЕГРН в электронном виде с печатью и паспорт у меня на руках.
— Ожидайте мастера.
Слесарь приехал через сорок минут. Это был грузный мужик с тяжелым чемоданчиком инструментов. На синем комбинезоне виднелся бейдж с именем Семен.
— Добрый день.
Поздоровался он.
— Здравствуйте.
— Будем ломать?
— Будем.
Инга открыла файл на телефоне и протянула мастеру вместе с раскрытым паспортом.
— Квартира моя. Собственность личная, добрачная. Прописанных тут нет.
Семен внимательно изучил экран. Сверил данные с паспортом. Вернул телефон.
— Ну, давайте смотреть вашу беду.
Он подошел к двери. Посветил в скважину маленьким фонариком. Поковырял внутри длинным тонким зондом.
— Тут не задвижка.
Констатировал мастер.
— Я знаю.
— Личинку вам поменяли. Причем самую копеечную воткнули. Рублей за пятьсот.
Мастер почесал затылок.
— Такие замки гвоздем открываются. А теперь ключ изнутри вставили и повернули поперек. Специально, чтобы снаружи вообще было не подобраться. Умники.
— И долго ее высверливать?
— Минут десять-пятнадцать. Шумно будет, соседи могут полицию вызвать.
— Пусть вызывают. Я у себя дома. Сверлим.
Зажужжала дрель. Звук разнесся по всей лестничной клетке. Металлическая стружка полетела на резиновый коврик. Пахло жженым металлом.
Семен работал сосредоточенно. На площадку выглянула Раиса Павловна, но, увидев Ингу, молча скрылась обратно.
Наконец механизм поддался с громким щелчком.
Мастер потянул за ручку. Железная дверь распахнулась.
На пороге стояла Оксана. На ней красовался дорогой пушистый халат Инги. Он был надет прямо поверх растянутой майки и домашних легинсов. Волосы золовки растрепались.
— Ой! А я сплю, не слышу ничего!
Выдала Оксана. Она натянула на лицо максимально радостную улыбку.
— А вы чего тут? Замок починили уже?
Инга даже не посмотрела в глаза родственнице.
— Смените цилиндр на новый.
Обратилась она к слесарю.
— Какой ставить будем?
Деловито уточнил Семен.
— Желательно самый надежный. И подороже.
— Ингочка, ну мы же не чужие!
Засуетилась золовка. Она переминалась с ноги на ногу в мягких тапках. Разумеется, это были любимые тапки Инги.
— Зачем чужого мужика вызвала? Брат бы приехал послезавтра и все починил! Это же такие деньги мастеру отдавать!
— Собственник кто?
Семен достал из чемоданчика коробку с новой деталью, игнорируя причитания.
— Я.
Ответила Инга.
Слесарь расположился в тесной прихожей. Стало совсем не протолкнуться.
Извечная женская хитрость Оксаны сейчас давала сбой. Привычка давить на жалость разбивалась о полное отсутствие реакции. Хозяйка квартиры просто игнорировала этот дешевый спектакль.
— Халат сними, пожалуйста.
Произнесла Инга.
— В смысле?
Опешила золовка.
— Халат мой сними.
— Да я просто накинула! Прохладно же после душа!
— И выйди на площадку.
Добавила Инга. Она указала рукой за открытую дверь.
— Мастеру не развернуться. Тут стружка летит на одежду.
— Куда выйти?
Возмутилась Оксана.
— Я же раздетая!
— Тебе не дует от окна?
Инга аккуратно потянула за борт своего махрового халата. Оксана растерянно позволила его стянуть.
— Выйди за порог, Оксана. Мешаешь.
Золовка сделала два шага на лестничную клетку. Она осталась в одной застиранной майке. Оксана явно ждала долгих разборок. Ждала повода поругаться, поплакать и выставить себя несчастной жертвой перед братом.
Но ругаться было не с кем.
Семен быстро закончил работу. Проверил ход ключа. Вручил Инге новую связку.
— Принимайте работу, хозяйка. Никто чужой больше не зайдет.
Инга перевела оплату через приложение банка. Семен собрал инструмент, коротко кивнул на прощание и пошел к лифту.
Инга взялась за ручку двери.
— Эй!
Возмутилась золовка с площадки.
— А я?
— А ты едешь домой.
Осадила ее Инга.
— В смысле домой?! У меня там клопы!
— Значит, снимешь недорогую гостиницу. Или к маме поедешь.
— Ты не имеешь права!
Взвизгнула Оксана. Она попыталась проскользнуть обратно в квартиру. Инга жестко заступила ей дорогу плечом.
— Это моя личная собственность.
— Я тут уже три дня живу! Я имею полное право находиться! У меня устный договор с братом!
— Устный договор с человеком, которому эта квартира вообще не принадлежит?
Инга скупо усмехнулась.
— Ты тут не прописана. Договора найма у тебя нет. Долей ты не владеешь. Так что прав у тебя ровно ноль. Выметайся.
— Я Егору позвоню! Он тебе устроит! Ты пожалеешь!
— Звони.
Инга прикрыла дверь, оставив небольшую щель.
— Вещи свои где бросила?
— В спальне.
Злобно буркнула золовка.
— Стой там.
Инга зашла в комнату. На ее заправленной кровати кучей валялась одежда Оксаны. На тумбочке стояли чужие дешевые крема. Инга сгребла все это в дорожную сумку золовки. Застегнула молнию.
Затем вернулась в прихожую. Подхватила зимние ботинки Оксаны и ее куртку. Выставила все это богатство за порог.
— Одевайся и уходи.
— Ты чего удумала?!
Оксана вцепилась в дверной косяк. Она попыталась выдавить слезу.
— Я просто для безопасности свой замок поставила!
— От кого безопасность? От меня в моей же квартире?
— У вас район криминальный! Я боялась спать одна! Мало ли кто с твоими старыми ключами ходит! Вдруг бывшие жильцы!
— Сумка там. Ботинки там. Прощай.
— Я все братику расскажу! Какая ты дрянь!
Инга молча закрыла дверь. В подъезде гулко щелкнул новый надежный замок. Два оборота.
Через два дня вернулся Егор. Загорелый, уставший, пропахший костром и рыбой.
Он с порога бросил рюкзак у тумбы и прошел на кухню своей квартиры.
— Ну ты и устроила цирк, конечно.
Начал он с порога.
Инга спокойно наливала воду в чайник.
— Что именно?
— Оксана звонила в истерике. Говорит, ты ее на мороз выгнала полуголую. Чуть ли не с полицией пришлось разбираться. Опозорила девку перед всем подъездом.
— Раздетая она стояла в теплом подъезде ровно три минуты. Пока я собирала в мешок ее вещи.
— Инга, ну зачем так жестко?
Егор упер руки в бока.
— Девчонка просто испугалась. Решила замок поменять для надежности. Она же пугливая, ей тут каждый шорох за дверью страшен.
— Замок не меняют из-за шорохов. Тем более, чужой замок в чужой собственности.
— Ну глупая она, я же не спорю!
— Она не глупая, Егор. Она очень ушлая. И замок она поменяла, чтобы ключи были только у нее. Чтобы жить там столько, сколько ей влезет, пока клопы не вымрут от старости.
Инга достала из кармана джинсов сложенный чек. Положила на край столешницы перед мужем.
— Что это?
Не понял он.
— Электронный чек от мастера. Восемь тысяч за срочный вызов и вскрытие. Плюс три с половиной за новый хороший цилиндр. Итого одиннадцать с половиной.
— И?
— И ты переводишь мне эти деньги прямо сейчас.
— С какой радости?
Егор повысил голос.
— С такой, что это твоя замечательная родственница самоуправством занималась.
— Я-то тут при чем? Я вообще на рыбалке был!
— При том, что ты за нее поручился. Сказал, что она будет тише воды. Твоя сестра — твоя финансовая ответственность.
Егор откровенно злился. Инга смотрела на него отстраненно.
— Из-за какой-то железяки скандал устроила. Могла бы и простить девчонке. Не чужие ведь люди.
— Завтра она бы прописаться там решила? Или мебель мою на барахолке продать?
— Не утрируй! Да пошли вы обе.
Муж достал телефон. Быстро набрал цифры на экране. Телефон Инги звякнул уведомлением о переводе. Одиннадцать тысяч пятьсот рублей.
— Спасибо.
Егор развернулся и ушел в спальню. Инга осталась на кухне одна.
Она прекрасно понимала, что Оксана не изменится. И Егор всегда будет находить оправдания для сестры, считая Ингу излишне жесткой. Они останутся такими же, какими были всегда.
Но ключей от этой квартиры у них больше не будет.
