2глава
Я схватил телефон и попытался его заблокировать, но всё было тщетно — аппарат продолжал настойчиво вибрировать, издавая тот самый жутковатый низкий гул. Денис, не выдержав, выхватил трубку у меня из рук и со всей силы швырнул её об пол. Грохот вышел знатный.
Посетители пекарни синхронно обернулись, глядя на нас как на полных идиотов. Но мобиле было хоть бы что: экран даже не треснул, продолжая пульсировать фиолетовым светом. Я бросился поднимать его, и в этот момент палец случайно задел сенсор.
Проклятая кнопка «ПРИНЯТЬ» сработала мгновенно.
На экране тут же развернулась карта. Денис, молча наблюдавший за этой чертовщиной, заглянул мне через плечо и ахнул:
— Сань, они там что, совсем берега попутали? Пятьдесят километров подачи! Два часа езды в самый час пик! Там что, машин ближе не нашлось?
Ехать нужно было в Одинцовский район, в коттеджный поселок с пафосным названием «Витязь».
— Посидим, подождем, — выдохнул я, пытаясь унять дрожь в руках. — Сами отменят. Увидят же, что я на другом конце мира, кто в здравом уме будет столько ждать?
В этот момент к нашему столику подошла Настя.
— Мальчики, вы чего тут буяните? — спросила она, переводя взгляд с нас на светящийся телефон.
— Посуду мне побьете, расплачиваться булочками будете!
Мы наперебой принялись рассказывать ей про фиолетовое небо, «оживший» кирпич вместо телефона и безумный заказ.
Настя слушала внимательно, но на её лице всё отчетливие проступала ироничная улыбка.
— Ой, да ладно вам! — она звонко рассмеялась и махнула рукой.
— Пацаны, ну вы как дети! Это же пранк сто процентов. Сейчас блогеры и не такое вытворяют: взламывают приложения, свет какой-то через проекторы пускают. Наверняка Денис тебя заказал, а теперь сидит и троллит с серьезным лицом!
Денис хотел было возмутиться, но тут пекарню пронзил новый звук. Телефон зашелся в громком, неестественном звонке. На экране снова горела лишь одна кнопка принять вызов, а надпись гласила: «НОМЕР НЕИЗВЕСТЕН».
Я нажал на кнопку ответа и поднес телефон к уху. В то же мгновение реальность вокруг поплыла. Стены пекарни, запах кофе, лица друзей — всё стало туманным и нерезким, будто я внезапно провалился в глубокий сон наяву. Голова закружилась, а сознание начало стремительно мутнеть.
Из динамика доносился голос. Он не был похож на человеческий — скорее на шелест сухой травы или старой бумаги, но слова четко отпечатывались прямо у меня в мозгу. Я не запомнил подробностей, в памяти застряли лишь две вещи: мне обещали щедрую, почти невероятную плату, и ледяной приказ — выдвигаться немедленно, без малейших задержек.
Голос смолк, и звонок оборвался. Я стоял, пошатываясь, и пытался сфокусировать взгляд на Денисе, который что-то испуганно кричал мне, хватая за плечо.
Я резко встал, отодвинув стул с противным скрипом.
— Сафонов, оплати! — бросил я через плечо и, не дожидаясь ответа, зашагал к выходу.
В спину долетел растерянный голос Дэна:
— Саня, ты куда? Погоди! Ты телефон забыл... А, нет, в руке... Стой!
Я толкнул тяжелую дверь и вышел на улицу. Резкий порыв ледяного ветра ударил в лицо, в глаза посыпался колючий снег, но я этого почти не почувствовал. Я шел к машине, погруженный в собственные мысли, пытаясь выудить из памяти обрывки того странного разговора. Голос в трубке всё еще эхом отдавался в голове.
Я был настолько «не здесь», что на полном ходу врезался в какого-то прохожего.
— Эй! Смотри, куда прешь! — донеслось откуда-то сбоку недовольное ворчание, но я даже не обернулся.
Машина, почувствовав приближение ключа, приветливо мигнула фарами и дважды коротко бибикнула. Я открыл дверь, привычным движением достал сигарету и рухнул на водительское сиденье. В салоне еще сохранилось тепло от предыдущего заказа, но в этот раз тишина внутри казалась какой-то... звенящей.
Я запустил двигатель. Телефон, на котором всё так же ярко пульсировал маршрут, привычно щелкнул, примагнитившись к держателю. В динамиках сама собой заиграла музыка — какая-то странная, ритмичная мелодия, отдаленно напоминающая тот гул из трубки. Я включил передачу и плавно нажал на газ.
В ту же секунду снегопад превратился в сплошную белую стену, а впереди начало происходить нечто невообразимое. Машины, намертво застрявшие в глухой вечерней пробке, вдруг начали синхронно расползаться по сторонам. Это выглядело так, будто по шоссе несется скорая с включенной сиреной, и все водители в едином порыве спешат уступить ей дорогу.
Но никакой сирены не было. Были только мы — я и моя машина. В образовавшемся пустом коридоре не было ни единой снежинки, словно асфальт подогревался изнутри. Я начал медленно протискиваться в это пространство, чувствуя, как внутри всё сжимается от необъяснимого восторга и страха. Город будто сам прокладывал мне путь к «Витязю».
А тем временем в пекарне «Мука и Магия» после громкого хлопка входной двери на мгновение повисла тишина. Денис стоял в полном шоке от странного поведения товарища. Опомнившись, он вскочил, на ходу натягивая куртку, и уже практически толкнул дверь, когда Настя цепко схватила его за плечо.
— Алексеев! А счёт кто оплачивать будет? — строго спросила она, а потом добавила уже тише: — И почему он назвал тебя Сафоновым?
— Да это... Насть, мем у нас такой внутренний, — ответил он с неуклюжей улыбкой, пытаясь высвободиться.
Тут на всё кафе раздался звонкий детский голос:
— Мам, пап, смотрите!
Настя и Дэн тоже прильнули к стеклу. За окном разворачивалась невероятная картина. Машина Санька плавно отъезжала от стоянки. Снегопад резко усилился, превратив всё вокруг в белую кашу, но в свете самых обычных передних фар было видно, что происходит нечто невозможное.
Автобусы и легковушки, намертво застрявшие впереди, начали послушно разъезжаться в стороны, освобождая путь желтому такси. Это выглядело так, будто Саня ехал в невидимом коридоре.
В толпе зевак, собравшихся у окна пекарни, кто-то ехидно вставил:
— А давно ли у нас министры в такси работать стали? Смотрите, как перед ним все расступаются!
Дэн молча смотрел, как габариты машины Сани растворяются в белой стене снега. В этот момент он понял: никаким пранком тут и не пахнет.
Дэнчик, наблюдая за всем этим необъяснимым и невероятным зрелищем, уже натянул куртку и шапку. Он схватил свой стакан с кофе, засунул в рот остатки булки и рванул к выходу.
Настя, заметив это, возмущенно крикнула вслед:
— А деньги?!
Денис, на ходу прожевывая выпечку, прокричал ей уже из дверного проема:
— Всё завтра, Насть! Всё завтра!
Дверь за ним с грохотом закрылась, оставив Настю один на один с ошарашенными покупателями.