Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Анатолий Кучерена

Не бойтесь быть смешными!

«Смеяться, право, не грешно, над всем, что кажется смешно», – заявил в своё время великий «историограф». Современные блюстители «благопристойности» с этим не согласятся. В любой, самой невинной шутке им чудится что-то злонамеренное. Они напоминают английских пуритан времён протектората Оливера Кромвеля, которые со старательностью инквизиторов пытались изгнать смех и веселье из общественной жизни. К счастью, ничего у них не вышло: диктатор скончался, а вернувшийся в Лондон «Весёлый король» Карл II обожал юмор и сатиру и сам был остроумным и незлым человеком. Но и на уровне повседневной жизни многие изо всех сил пытаются выглядеть максимально серьёзными. Боязнь быть смешным – это на самом деле боязнь потерять контроль. Мы так хотим казаться умными, глубокими и взрослыми, что превращаемся в живые инструкции по эксплуатации смартфона. Безупречные. Правильные. Смертельно скучные. Но вот в чём фокус: истинное остроумие не рождается в кабинете главного цензора. Оно не выходит в виде правитель

«Смеяться, право, не грешно, над всем, что кажется смешно», – заявил в своё время великий «историограф». Современные блюстители «благопристойности» с этим не согласятся. В любой, самой невинной шутке им чудится что-то злонамеренное. Они напоминают английских пуритан времён протектората Оливера Кромвеля, которые со старательностью инквизиторов пытались изгнать смех и веселье из общественной жизни. К счастью, ничего у них не вышло: диктатор скончался, а вернувшийся в Лондон «Весёлый король» Карл II обожал юмор и сатиру и сам был остроумным и незлым человеком.

Но и на уровне повседневной жизни многие изо всех сил пытаются выглядеть максимально серьёзными. Боязнь быть смешным – это на самом деле боязнь потерять контроль. Мы так хотим казаться умными, глубокими и взрослыми, что превращаемся в живые инструкции по эксплуатации смартфона. Безупречные. Правильные. Смертельно скучные.

Но вот в чём фокус: истинное остроумие не рождается в кабинете главного цензора. Оно не выходит в виде правительственного бюллетеня с пометкой «одобрено всеми инстанциями». Оно выскакивает из кустов, когда вы этого меньше всего ждёте, и говорит: «А что, если...».

Остроумие – это дитя неожиданности. Как кот, который внезапно решает, что сейчас самое время сбросить со стола пирующих бутылку с дорогим коньяком. Это риск. А риск – это всегда возможность плюхнуться в лужу. Но без риска вы просто робот, зачитывающий прогноз погоды.

Вспомните любого остроумного человека в вашей жизни. Он что, нравился всем? Да ни в коем случае. Кого-то он бесил, кто-то закатывал глаза, кто-то не понимал его шуток. Но именно к нему тянулись, потому что рядом с ним мир переставал быть плоским и серым. Он превращал скучную реальность в аттракцион.

Поэтому выбор не в том, чтобы быть «смешным или серьёзным». Выбор в том, чтобы быть живым или заранее одобренным.

Скучный человек никогда не проигрывает. Он не падает, его не высмеивают, его цитаты не расходятся на мемы. Но он и не живёт. Он просто заполняет пространство, как шкаф в углу комнаты. Никто не хочет танцевать со шкафом.

А смешной человек может сейчас выглядеть идиотом. Но почему-то при его появлении всё вокруг оживает.

Так что не бойтесь чужого смеха за вашей спиной. Бойтесь зевка. Потому что скука не лечится. А смешное – лечит всё.