Когда я работала детским эндокринологом, 3 года с учетом ординатуры, я внутренне возмущалась тому что ожирение это хронический диагноз.
Ведь можно похудеть и больше не быть с ожирением.
Но сейчас я понимаю почему именно хроническое. И это во многом касается всех проблем с пищевым поведением.
И причин больше чем одна.
Во первых этот механизм человеку уже известен, он опробован и доказал свою эффективность.
Часто нервные пути сравнивают с дорогой, дак вот этот путь для человека уже как проложенная автомагистраль и даже, если мы перестанем использовать этот маршрут, дорога останется и мы будем знать о том что мы можем по ней пройти куда нам надо.
новые модели поведения нужно как и новые дороги прокладывать, прикладывая невероятные усилия, и сдаться может быть очень соблазнительным.
Хоть расстройства пищевого поведения в общем и целом причиняют нам вред, в моменте они делают нам хорошо.
Помогают снять напряжение, отстраниться от настоящего момента, где нам плохо и диссоциативно перенестись туда где хорошо, иногда приносят эйфорию.
Поэтому даже если ты научился идти по жизни другой дорогой, в состоянии, когда тебе очень и очень плохо, ты можешь выбрать старый знакомый маршрут.
Для перфекционистов срывы кажутся катастрофой и показателем слабости, поводом гнобить себя еще больше.
Но если мы смотрим на РПП как на хроническое заболевание, можем не гнобить себя за срыв, а понять что это нормальный закономерный процесс течения болезни.
И мы уже знаем как себе помочь.
Достать аптечку психологической самопомощи , попробовать отследить что нас к этому привело и начать помогать себе с любовью и заботой.
В этом во многом и заключается психологическая работа, не только помощь в достичь желаемый вес или принять текущий, но и не рассыпаться, когда старые модели поведения вернутся.
Расскажу на своем примере компульсивного переедания .
Моя история во многом напоминает «дневник Бриджит Джонс» вечные диеты, утягивающее белье при нормальном весе, чтобы соответствовать требованиям других в отрыве от себя.
Реальный лишний вес появился только благодаря послеродовой депрессии и очень стойко держится за меня 😅.
В своем благополучном состоянии я могу интуитивно питаться, с радостью ем по методу Гарвардской тарелки, чувствую голод и насыщение, хорошо отношусь к своему телу и никак не оцениваю и не осуждаю других людей.
Когда возникает обострение оно происходит исподволь, начинается критика своего тела и подспудное желание сесть на диету, начинаю видеть в людях недостатки их внешности больше чем самого человека в целом, появляется стыд за свое физическое состояние, пропадает чувство насыщения и от этого потеря управления количества съеденного, если до этого был ориентир по голоду.
Получается что у тебя еще нет красочного обострения со всеми признаками, но ты уже не в порядке.
И чем тоньше мы научились чувствовать своё неблагополучие , тем ранее и эффективнее мы помогаем себе.
Моя работа направлена на помощь людям узнать себя, принять себя и научиться помогать себе без стыда и вины, за то что они не идеальны.
Мы реальные люди, живущие в реальном мире полном самых разных сложностей и нам важно научиться жить с ними.