Рассказ "Грешница - 2. Право на любовь"
Книга 1
Книга 2, Глава 46/1
Сергей, услышав эти слова, дёрнулся.
– Я не собираюсь его жалеть, – ответил Егор Ржевскому ровным голосом. – Но…
Договорить Егор не успел, потому что Сергей вдруг рванулся в сторону, упал на четвереньки и принялся скулить и лаять, изображая из себя собаку. Он вилял воображаемым хвостом, тыкался носом в пол, подвывал и закатывал глаза.
Ржевский замер с открытым ртом. Егор застыл на месте. Наступила тишина, в которой слышно было только жалобное повизгивание Гладышева. Потом Ржевский медленно перевел взгляд на Егора и спросил, поморщившись:
– Гладышев, ты что, рехнулся?!
Егор пожал плечами, глядя на ползающего Сергея с отвращением и недоумением.
– Похоже на то. Вызывай врачей, пусть сами думают, что с ним делать.
Он снова повернулся к двери, намереваясь уйти. Но тут неожиданно раздался смех. Сначала тихий, потом всё громче. Эвелина хохотала, запрокинув голову, и слёзы текли по ее щекам – не от горя, а от истерического веселья. Она смотрела на Гладышева, который продолжал изображать собаку, и не могла остановиться.
– Ой, не могу! – вытирая слёзы, проговорила она сквозь смех. – Денис, знаешь, а ты мне начинаешь нравиться! – она повернулась к Ржевскому, и в глазах ее блестел озорной огонек. – У тебя тут весело! А-ха-ха!!!
Ржевский усмехнулся краем губ, но промолчал. Егор еще раз пожал плечами, бросил взгляд на Эвелину, которая явно не собиралась уходить, и, не сказав ни слова, вышел в коридор. Дверь за ним закрылась с глухим стуком.
***
Через час к городской психиатрической больнице подъехала неприметная машина и двое крепких парней выволокли из него Гладышева. Он стоял на четвереньках, повизгивал и пытался обнюхать асфальт. Медперсонал вышел на крыльцо, переглядываясь.
– Нашли на улице, – коротко пояснил один из парней, протягивая документы. – Без сознания был. А когда очнулся – вот такой. Думали, может, бешенство. Пусть у вас полежит.
Гладышева оформили, и пока парни были рядом с ним, продолжал лаять и скулить, вызывая у персонала недоумение и жалость. Однако, когда после всех процедур его привели в палату и показали на постель, успокоился, лёг на неё и закрыл глаза. Он радовался, что сумел выкрутиться из такой безнадёжной ситуации, отделавшись от Ржевского только побоями.
– Ничего, – сказал он сам себе. – В психушке тоже люди живут. Лучше полежать тут, чем на кладбище…
***
Егор вернулся домой уже вечером. В руках у него был букет алых роз – Дашины любимые. В прихожей зажегся свет, и она выбежала к нему из комнаты, бросилась на него, обвив руками его шею.
– Егор! – воскликнула она, прижимаясь щекой к его плечу. – Я так волновалась! Ты не отвечал на звонки! Где ты был? Все нормально?
– Всё хорошо, – сказал он тихо, обнимая её в ответ и чувствуя, как внутри разливается тепло. – Я же обещал, – он отстранился, глядя ей в глаза, и протянул цветы. – Это тебе.
Даша взяла букет, вдохнула аромат, и улыбка озарила её лицо.
– Спасибо, – прошептала она. – Я уже не знала, что и думать.
Егор обнял её крепче, прижал к себе и, поцеловав в макушку, произнёс:
– Я люблю тебя. И никому не позволю тебя обидеть. Никогда…
***
На рассвете, перед началом заутренней, отец Дионисий вошёл в келью Фёдора и присел на скамью, стоявшую у стены:
– Я вот, зачем зашёл к тебе, Феодор… Негоже людей в застенках держать. Бог спас тебя от руки Алексия, спаси и ты его душу заблудшую. Не бери на себя тяжкий грех…
(спойлерить из Премиум запрещено)