Она – человек, которым я искренне восхищаюсь все годы нашей дружбы, а это уже лет 20. Она – самый настоящий стойкий оловянный солдатик. Ее детство и юность были такими, что и в российском артхаусе не покажут. Но она выстояла. У нее два образования, трое детей, хороший второй брак, бизнес, который устоял даже в наших реалиях. И она сумела не превратиться в бой-бабу. Лиля умеет дружить, любить и восхищаться красотой жизни. И вот она говорит мне спокойным голосом, почти буднично:
«Саш, ты ведь как-то говорила, что дебют невроза происходит почти всегда в юности. Сашка, мне 46! Меня за последний месяц дважды накрывали панические атаки, я боюсь засыпать, а днем вообще ничего не хочется… Это, вообще, что такое?» Это не про «слабость». Это не про «не справилась». Это о том, что психика – не железная конструкция ни у одного из нас, даже у самого героического. Есть такая вещь, как кумулятивная травма. Когда ты годами держишь, справляешься, живёшь, решаешь, несёшь на себе больше, чем, по-хорошему