Очень часто на консультации женщина долго говорит о работе — уверенно, точно, с живым интересом.
А потом, почти между делом, добавляет:
«А вот с ребенком я так не могу. Мне скучно гулять с ним на площадке, мне скучно играть в лото и все эти развивашки. И я ужасно чувствую себя из-за этого. Ведь есть другие мамы - они все успевают, а я могу только лежать под сериальчик вечером».
В этот момент важно не спешить с выводами и не включать "давайте поработаем над тем, как пробудить вашего Внутреннего Ребенка и научить любить делать куличики".
Потому что чаще всего здесь нет ни «плохой матери», ни «потери детей».
Есть гораздо более сложно-взрослое — конфликт и несовпадение ролей.
Мы привыкли думать о себе как о чем-то цельном: вот я — и вот моя жизнь.
Но в реальности мы существуем, как система ролей. И каждая из них требует разного способа существования.
Профессиональная роль — это ясность, структура, причинно-следственные связи. Там ценится результат и достижения. Там есть критерии: сделал — не сделал, достиг — не достиг. И, что важно, эта роль опирается на контроль.
Роль матери ребенка устроена почти противоположно. Там нет быстрых результатов. Нет четкой логики развития события. Там много повторения, телесности, спонтанности, процесса. И почти нет контроля, в привычном смысле.
Когда эти две роли накладываются друг на друга, возникает внутреннее напряжение, и тогда психика выбирает простое решение: она начинает отстраняться от той среды, в которой текущая роль не работает.
Отсюда это ощущение: «мне не хочется играть», " мне вообще ничего не хочется", потому, что та часть, которая сейчас активна, не умеет существовать в формате игры!
Пример. Женщина, сильный специалист, управленческая позиция, много вкладывается в детей — занятия, развитие, организация.
Но любое «просто поиграть» вызывает у нее внутреннее сопротивление, почти раздражение. "Ну я просто такая, все эти дурацкие Колобки по сто раз меня бесят"!
Когда мы начали разбирать это не как «проблему материнства», а как ролевой конфликт, многое стало на свои места. Она приходила к ребенку «в работе»: с задачей, с ожиданием, с внутренним планом. И даже, если они ехали в отпуск, она не выключала "режим работы", потому что сейчас она активно строила карьеру: проверить почту, обдумать проект...
И, конечно, игра в этом месте не случалась. Потому что игра — это не деятельность с целью. Это форма активного присутствия.
И здесь родилось ноу-хау:
Перед тем как зайти к ребенку — остановиться. Сделать паузу.
И внутренне назвать: «Сейчас я выхожу из роли Работающей».
Не обесценивая ее и не подавляя, а именно снимая — как снимают костюм после сцены.
Подход, который в психодраме описывается, как работа с ролевым репертуаром, а в театральной традиции — у Станиславского, как способность входить и выходить из роли, — на практике оказывается удивительно прикладным.
Но здесь важна конкретика!
Психика редко переключается «по идее». Ей нужны конкретные действия: снять пиратскую шляпу, отклеить усы, сменить тембр голоса.
Делюсь с вами техниками, которые пришли к нам из театральной традиции, но отлично работают и в психологии:
Первая — физическое «размыкание» роли.
Роль всегда закрепляется в теле: поза, темп речи, напряжение.
Перед переходом сделайте что-то телесно противоположное рабочему состоянию: снимите пиджак, распустите волосы, лягте на пол рядом с ребенком, замедлите движения.
Это простой сигнал психике: контекст тотально изменился.
Вторая — ритуал перехода.
Короткий, повторяющийся, всегда одинаковый.
Например: помыть руки, закрыть ноут со смыслом, на секунду закрыть глаза.
Ритуал работает как «мост» между ролями — особенно если делать его регулярно.
Третья — вербализация роли.
Про себя или вслух:
«Сейчас я не решаю задачи. Сейчас я просто рядом со своим Ребенком».
Это звучит просто, но на уровне нейропсихологии помогает снизить автоматическое включение привычных сценариев.
Четвертая — вход в роль через наблюдение, а не через действие.
Не начинать играть сразу! Актерам тоже нужно время, наблюдение, чтобы начать играть! Сначала просто посмотрите, что делает ребенок. Постарайтесь подстроиться. Повторить за ним.
Это тот же принцип, который используется в игровой терапии — следование за инициативой ребенка, а не ее организация.
В исследованиях ролевого конфликта подчеркивается: напряжение снижается не тогда, когда мы «лучше справляемся», а когда мы создаем четкие границы между ролями.
И это, возможно, самый недооцененный навык взрослой жизни.
Не быть идеальной в каждой роли.
А уметь вовремя из нее выходить...