В декабре 1917 года произошло то, что ещё несколько месяцев назад казалось немыслимым ни для одного штабного офицера… Потомственный дворянин, генерал-лейтенант, кавалер шести боевых орденов не просто согласился служить новой власти, но и встал во главе целой армии!
Да, да, да, это действительно факт. Нашего сегодняшнего героя звали Владимир Николаевич Егорьев. Героя, в чьей биографии числится кадетский корпус, гвардия, Академия Генштаба. Героя, который в одночасье сделался главной военной опорой тех, кто ещё вчера был его самым настоящим классовым врагом.
Но как так вышло?
Как человеку из «бывших» удалось не просто выжить, а взлететь на вершину командования Красной Армии? Давайте скорее разбираться!
Чтобы понять масштаб этого самого превращения, думаю, что нам для начала нужно немного напомнить о том, кем Егорьев был «до». Ведь до всех известных событий это был сын коллежского советника, который с самой юности впитал дух Российской империи и имперской армии в частности.
Сначала было блестящее образование в Александровском военном училище, затем Николаевская академия Генштаба, оконченная на отлично. Это было нечто большее, чем образцово-показательная учёба, ведь во время сдачи экзаменов ещё юный Владимир собрал не менее десяти баллов по главным предметам и не менее девяти по вспомогательным.
Такие выпускники буквально мгновенно причислялись к Корпусу офицеров Генерального штаба, из которого выходили будущие командующие армиями и фронтами.
Потом была служба в лейб-гвардии Финляндском полку, история которого восходила к Императорскому батальону милиции, сформированному в декабре 1806 года из дворцовых крестьян в Стрельне и Петергофе, а уже в 1808-м за боевые отличия причисленному к гвардии.
Ну что, как вам образование?
Не мудрено, что будущий подполковник Егорьев, педантичный и исполнительный, разбирая бумаги в Главном штабе в Санкт-Петербурге, отчетливо понимал, что впереди его ждет самое интересное. Если бы он знал, насколько это будет интересно…
До начала громких событий его карьера - это череда повышений, штабная работа и заграничная командировка военным инструктором в Черногорию. Черногорский князь Николай I за его службу пожаловал ему чин черногорского генерала. Это была максимально предсказуемая жизнь, но ту самую предсказуемость оборвало знакомое всем нам событие - началась Первая мировая!
Первая мировая изменила всё, в том числе и в жизни нашего сегодняшнего героя.
С 10 ноября 1914 года Егорьев принимает командование 12-м гренадерским Астраханским полком, одним из старейших в русской армии, летопись которого велась начиная с 25 июня 1700 года, а шефом числился сам Николай II.
Последовательно пройдя путь от командира полка до командира 39-го армейского корпуса, Егорьев зарабатывает весьма мощный авторитет, который вскоре сыграет с ним злую шутку.
Осень 1917 года. Разложение армии достигло пика. По данным Ставки Верховного главнокомандующего, с начала 1914-го по август 1917-го число дезертиров достигло 365 137 человек, если что, то это примерно двадцать полнокровных дивизий.
Дисциплина рухнула. Солдатские комитеты обсуждают каждый приказ. И именно в этой атмосфере хаоса и тотального недоверия к офицерству Егорьев вполне уверенно продолжает командовать вверенными ему частями.
Его не спешат снимать, не спешат арестовывать. К его голосу прислушиваются почти все его подчинённые. Как понимаете, для того периода это была большая редкость. 12 октября 1917 года, за две недели до Октябрьской революции, он получает чин генерал-лейтенанта.
Казалось бы, что может пойти не так… (если не знать историю этого года)?
Конец 1917-го - это время, когда старая армия окончательно рухнула. Дворяне и офицеры в панике покидают столицы, скрываются, уходят к формирующимся белым частям. И в этой атмосфере происходит нечто, не поддающееся привычной логике: в декабре 1917 года Егорьев остаётся, остаётся, когда все его коллеги-генералы в торопях уходят на Дон. Не примыкает к генералу Алексееву, а напротив, принимает командование «Особой армией».
Штаб Юго-Западного фронта, всюду анархия и полная неразбериха, в которой работают лишь солдатские комитеты, которые и есть та самая реальная власть. И вдруг из этого самого хаоса рождается решение, которое кажется крайне абсурдным - избрать на высший командный пост бывшего царского генерала.
И да, многие соглашаются с мнением, что это было решение, принятое не сверху, а самой солдатской массой.
Не удивительно, что на этом фоне случай Егорьева выделялся даже среди тех, кого принято считать «военспецами» красных, ведь к осени 1918 года в Красной Армии служило 160 бывших генералов, весной 1919-го - уже более двухсот, а всего за годы Гражданской на стороне красных воевали более 600 офицеров российского Генштаба.
Но одно дело служить на штабных должностях или преподавать в академиях, и другое - получить в командование армию, а затем и целый фронт, и сделать это не где-то на финишной черте, а именно в самый критический момент гражданского противостояния.
Всему виной тот самый, как бы поточнее выразиться, уникальный мандат доверия, выданный снизу. Ведь как теперь мы знаем, в хаосе декабря 1917-го, когда любые приказы из центра значили меньше, чем воля солдата, именно революционный солдатский комитет Особой армии избрал Владимира Егорьева своим командующим. Не комиссары назначили. Не центр утвердил. Выбрали сами солдаты.
И как по мне, этот факт говорит сам за себя. Большевистское руководство, остро нуждавшееся в профессиональных военных кадрах, не могло просто так поставить царского генерала на высокий пост. Это вызвало бы немедленный бунт и обвинения в контрреволюции. Но когда такой человек, как Егорьев, получал должность не из рук комиссаров, а по прямому волеизъявлению тех же солдат, его авторитет в войсках становился неоспоримым, а лояльность - подтверждённой самими революционными массами. Так что этот генерал был не навязан. Он был именно выбран.
Кстати, мало кто знает, что в 1919 году его назначают командующим Южным фронтом, где в Реввоенсовете заседал сам товарищ Сталин!
И именно по этой причине, если кто не знал нашего сегодняшнего героя в лицо, то, видя пожилого командующего фронтом большевиков, он точно не мог догадаться, что перед ним стоит бывший дворянин, в своё время выбравший правильную сторону. Как ни странно, но есть и те, кто утверждает обратное, говоря о неправильности его выбора и неправильности его стороны. Ставьте палец вверх, если тоже считаете, что Владимир Николаевич Егорьев выбрал самую что ни на есть правильную сторону, ну и если вам понравилась моя сегодняшняя статья.
Не забывайте подписаться на канал, чтобы не пропустить выхода моих новых материалов.