Утро в Загсе начиналось буднично, как обычно. Прием заявлений на регистрацию брака, на расторжение брака, разъяснения брачующимся о сроках регистрации, ответственность сторон, пожелания удачи, поиск даты свадеб и разводов.
Леночка Пименова вздохнула досадно, когда первый клиент, лысый мужчина в очках, с портфелем в руках и часами на руке, ценой с хороший автомобиль, скрылся за дверью, вытирая шею шелковым платком.
- Чего людям не живется спокойно? То разводятся, то сходятся! – Она расстроено шептала про себя, манерно пожимая плечами. Ей так не везло с парнями, что она готова была пойти с любым в ЗПГС, лишь бы получить заветный штамп в паспорте. Часто сетовала на разведенок в непонимании своего истинного счастья. – Не понимаю я наших женщин. Не понимаю! Пригласили тебя жить вместе, кольцо на палец надели, свадьбу организовали – так радуйся.
- А они и радуются, пока в подвенечном платье и макияже. – Ответила ей Надежда, поливая цветы в горшке.
- Хм! А потом? Развод?
- Так быт и начинается. Стирка, уборка, глажка. – Вставила свои пять копеек Агнесса Павловна, женщина под пятьдесят пять, умудренная богатым семейным опытом и тремя собственными разводами. – Тут ведь как повезет. Если муж хороший – это одно, а если плохой…
- Что значит плохой? Они же встречались, гуляли, цветы дарили, болтали, целовались. Тут все как на ладони… должно быть.
- Ага! Щщасс!!! Как только мужик понял, что зазнобушка в его квартире обосновалась, да под его надзором оказалась, тут и начинается главное представление. Не так постирала, не так ужин подала, не так приготовила. Вот моя мама блинчики печет – пальчики оближешь, а ты что сделала? Вечное недовольство и носки вонючие по всей квартире.
- Ну не все же они такие.
- Конечно не все, но свою натуру, как правило, открывают только после подписи на бумаге. до росписи они все паиньки. А если еще садист попадется, начнет ребрышки пересчитывать по одному.
- Не знаю… - мечтательно произнесла Леночка. Веснушки на ее носу потемнели от сильного напряжения головного мозга. Она никак не могла понять, от чего это влюбленные люди меняли свое мировоззрение на противоположное через пять лет, а то и через пять месяцев после свадьбы, обвиняя друг друга во всех смертных грехах.
- Вот если бы у меня был жених, - Вздохнула она блаженно, - я бы его любила по- настоящему.
- Это как? – Накрашивая правый глаз, уведомилась Надя.
- Не скажу, опять смеяться будете.
- А ты попробуй, любвеобильная ты наша. - С сердобольностью матери произнесла Агнесса.
- Дурочка наивная. – Надежда была в этом полностью убеждена и не скрывала своего мнения, говоря прямо в глаза истинную правду - матку. Поправила прическу, убрала косметику в чемоданчик и поправляя платье, собралась уходить на первую регистрацию дня.
В дверь постучали, и в открытое пространство втиснулся щуплый немолодой человек. Надя, поправляющая свой безупречный макияж перед большим, в рост человека зеркалом, краем глаза заметила, как он застенчиво теребит в руках кепку.
- Вам чего Сидоров?
- Мне бы заявление на расторжение брака.
- Опять? – Надежда с интересом посмотрела на просящего.
- Это к Елене Романовне. Еще один претендент? – Она указала рукой на стол у окна, где Леночка еще порхала в облаках и улыбалась несуществующему жениху. – Она у нас теперь этим занимается. Смотрите, Сидоров, возьмет вас в оборот, больше не пикните.
Он испуганно отшатнулся, прикрыв сердце рукой, типа не отдам больше никому, буду беречь, как зеницу ока.
- Давайте, присаживайтесь. Что у вас случилось?
- Не сошлись характерами.
-Ой ли? Сидоров! - Заметила Агнесса Павловна. - Да вам молиться надо на ту единственную, что взяла вас к себе жить, проще сказать - приютила.
Сидоров оскорбительно выпрямился, гордо вытянул шею, сделавшись на два вершка выше, убедительно показав этим, что он не просто абы кто, а сила и мощь мужского пола.
Все работники, прыснули в кулак и углубились в свои дела.
В обеденный перерыв прибежал муж Надежды.
- Надюшенька, беда у нас, мама моя скончалась. Инфаркт. Соседка позвонила. Скорая забрала в больницу.
- Так что ты от меня хочешь? Беги туда.
- Не могу сам, давай вместе.
-У меня же церемонии на потоке. Еще пять штук. Эх! И Танька в отпуске, как на грех. Не Агнессу же старую ставить. Жди здесь. Сейчас Ленку в порядок приведу только.
Через полчаса накрашенная, переодетая в короткое белое платье с красной лентой наперевес и уложенная по- модному Елена, стояла на высоких каблуках у дверей зала бракосочетаний, трепеща всем телом.
- Надь, боюсь, вдруг я слова забуду. Не мое это дело перед публикой выступать. – Дрожащим голосом произнесла она. Веснушки от волнения так и старались пробиться наружу из-под слоя тонального крема.
- Ты ей коньяка в стакан для храбрости плесни, - подсмеивалась Агнесса Павловна.
- Не надо, тогда я прямо тут упаду.
- Не дрейфь, выглядишь отпадно, прямо хоть сейчас под венец.
- Скажешь тоже, - отмахнулась она, хотя в груди сердце билось от одного взгляда на себя в зеркало. Уж слишком хороша была девчонка в нарядном платье и с такой потрясающей прической.
- Давай, с Богом!
Надежда осенила подругу крестным знамением прямо под государственным гербом и умчалась в больницу, а Елена сделала шаг в зал, чудом не зацепившись каблуком за порог, не осознавая до конца, как быстро сегодня меняется ее жизнь, внося удивительные коррективы и поправки.
Когда молодые, держась за руки, словно их могли разлучить необъяснимые жизненные перипетии, слушали ее дрожащий фальшивыми нотками голос, а родственники умильно вытирали слезы радости со своих щек, она и не подозревала, что судьба уже приготовила ей интересный сюрприз.
Вторая регистрация прошла на ура, третья еще лучше. На четвертой Елена вошла в раж, почувствовав себя дирижером большого камерного оркестра, где любой инструмент подчиняется взмаху ее руки, и ноты звучат только так, как хочется режиссеру. Спина ее выпрямилась, голос стал твердым, уверенным, взгляд искренним и торжественным. Она была теперь не девочкой, сидящей на бракоразводных процессах, а вершителем судеб человеческих. От того, как скажет она главные слова в жизни молодоженов: «сегодня у вас замечательный день - рождение новой крепкой семьи и в ваших руках будущее своего брака. Это союз, основанный на добровольном решении…»
Она убрала подписанные бумаги, положила новые, краем глаза увидев фамилии: Болотнова Анжела Эдуардовна и Голубев Артем.
- Фи, Болотнова! Даже на душе приторно стало, вроде грязью облилась. А Голубев ничего - красиво. - Улыбка расплылась по ее лицу. На секунду представив себя на месте невесты. - Продолжим!
Уверенно, звучно произнесла помощнице.
- Запускай следующих.
В зал суетливо потекли многочисленные родственники, шумно занимая места по краям ковра, у стены. Молодые вышли вперед. Невеста в модном, отливающем голубизной моря, наряде, скользнула по залу глазами и презрительно уставилась на Елену с таким видом, словно увидела перед собой нищенку в халате.
Брезгливо скривившись, она шепнула что-то на ухо своему партнеру, высокому молодому человеку в сером строгом костюме с белой бутоньеркой на лацкане.
- Дорогие молодожены! – Начала Елена торжественную часть, чеканя каждое слово, словно от этого зависела жизнь человеческая.
Невеста скривилась еще больше, ее кольцо, вызывающе сверкнуло массивным бриллиантом на пальце, показывая превосходство над этим ничтожным интерьером и работницей ЗАГСА одновременно.
- Это самый счастливый и торжественный момент в вашей жизни. Узы брака…
Дверь распахнулась.
- Не делай этого, Анжела! – Выкрикнул влетевший в зал молодой человек. – Он не стоит пальца твоего, а я тебя люблю искренне …
- Вадим, - промычала утиными губами невеста, - ты все- таки пришел ко мне. Это так мило…
Ее голос пропал в криках родственников с левой стороны и вздохах отчаяния с другой. Анжела уже кружилась на руках своего любимого, а брошенный жених тупо смотрел в пол.
Треть толпы устремилась за счастливой, воссоединенной в последний момент парой, хлынув в коридор. В зале царило гробовое молчание, нарушить которое не осмеливался никто. Муха бы летела, и ее жужжание напоминало бы звук военного самолета, нагруженного бомбами, готовыми взорваться в любой момент.. Пока рты близких людей еще были открыты от увиденного беспредельного похищения невесты, жених отчетливо заявил:
- Дрянь паршивая. Всегда такой была.
- Не отчаивайтесь, - принялась утешать его Елена. – У нас тут и не такое бывает. Найдете себе другую достойную… девушку.
- А вы пойдете за меня?
- Что? – Елена замерла за столом, словно львица готовая к прыжку. Послышался звук падающей на пол ручки.
- Будьте моей женой!
- С ума сошел, - послышалось со всех сторон.
- Ты что творишь, Пиманова, - послышалось со стороны кабинета. Агнесса Павловна громко шептала в приоткрытую дверь.
Пиманова очнулась от грез, пролетевших за секунду перед глазами и ей очень захотелось стать Голубевой. Почему эта курица с надутыми губами может быть счастливой, а она нет? Тем более такой шанс выпадает один раз на миллион и она его упустит сейчас? Надо быть круглой дурой, чтобы сказать «НЕТ». Никогда! Не бывать этому! И даже не просите!
- Готовь быстро документы с моей фамилией, - крикнула она помощнице и та молниеносно, за две минуты исправила фамилию невесты с Болотновой на Пименова.
- Иди милая кикимора в свое болото и живи там со своим лешим, а я остаюсь тут...
- Агнесса Павловна! Прошу вас провести нашу регистрацию. - Обратилась она к коллеге.
-Ты сошла с ума, - выдавила Агнесса шепотом, не в силах изменить ситуацию.
Леночка подскочила к жениху, взяла его под руку и приготовилась слушать.
Агнесса, почувствовав ответственность момента, приосанилась и прямо в своем старом, видавшем виды костюме, с приплюснутыми к голове волосами и растекшейся по углам рта помадой, строго спросила, без всяких пафосных вступлений...
- Является ли ваше решение Елена Романовна стать женой Артема Михайловича искренним и обдуманным.
- Да!
-А вы, Артем Михайлович, готовы вступить в брак с гражданкой Пименовой Еленой Романовной на добровольной основе!
- Да!
- Я еще не договорила, но скрепите свое решение подписью и горячим поцелуем. Не забудьте обменяться кольцами, надеюсь они при вас?
Когда Артем прикоснулся к ее губам своими, Лена растаяла в его руках похлеще монастырской свечи, а он нежно поддерживал ее своими крепкими объятиями. Родственники жениха, сглотнув набежавшую слюну, закричали в один голос: «Поздравляем, поздравляем!». Шампанское лилось в бокалы, попадая на ковер, слышался звон хрусталя, а в душе Лены пели настоящие соловьи.
Кто ж думал с утра, что в один день она в пятый раз разведет Сидорова, будет проводить торжественную регистрацию свадьбы и попадет на собственную, в качестве невесты?
К слову сказать, мужа своего она любила искренне и нежно. Плодом этой любви явились трое прекрасных сыновей, похожих статью на отца, умом они пошли в своих предков, а нежностью в мать.
И сейчас Елена Романовна с гордостью произносит святые слова в зале регистрации браков: "Семья – это сложно, это труд, это забота, это счастье, беречь которое нужно каждый день, только тогда любовь останется вместе с вами на всю жизнь, охраняя в самые непредсказуемые моменты жизни, не давая упасть в бурю и не сломиться перед любыми испытаниями. Я хочу пожелать вам удачи и радости в семье на долгие годы. А какими они будут, зависит только от вас".
Ей видней.
И хочется ей верить!!!
