Речь пойдёт об участнике группы, который ходил в группу семь месяцев, имел ощутимый быстрый прогресс, но принял решение об уходе как-то очень неожиданно и не попрощался с теми, с кем, казалось бы, был в теплых отношениях.
За время первых пяти месяцев работы участник проработал свою глубинную детскую травму, которую не осознавал на старте терапии. Группа помогла переосмыслить вытесненный детский опыт, как значимый и травмирующий. Это был эпизод яркий, травматичный, полный неопределенности и глубинного страха, который отложил на психику молодого человека отпечаток неуверенности и тревожности. Мы несколько сессий возвращались к этой истории, смогли ее прожить, проанализировать и интегрировать во взрослое восприятие. Молодой человек пересмотрел историю детства, понял, откуда у него желание избегать малейшего напряжения и стойкая неуверенность в себе.
Были и другие значимые результаты. Например, ушло сопротивление к работе, которой в начале терапии мужчина не мог уделить и двух часов в день. В результате терапии работа стала приносить удовлетворение и была гармонична в строена в общий режим жизни. Появились новые проекты и интерес к профессиональному саморазвитию. Ничего внешне не изменилось — благодаря терапии изменилось только восприятие. И жизнь пошла в гору.
В общем, процессе групповой работы у молодого человека были значимые результаты.
На шестом месяце работы он уехал в длительный отпуск. Вернувшись, посетил ещё две сессии.
На первой сессии он был активен, много рассказывал о проведенном на родине времени. Но это был рассказ ради рассказа, без анализа, запроса и рефлексии.
А на второй сессии он не вступал в диалог с группой вообще – вопреки своей обычной активности… ему будто бы не хватило времени, чтобы высказаться.
Завершая сессию, я спросила мужчину, как он себя чувствует, и как относится к тому, что не смог найти для себя времени на этой встрече - он сказал, что очень огорчён. И добавил:
«Если такое повторится ещё раз, я, скорее всего, из группы уйду.»
Но следующей сессии для него уже не случилось.
Перед очередной встречей он написал мне сообщение, в котором сообщил, что принял «неприятное решение» — уйти из группы. Причиной, по его словам, была нехватка времени на работу. Ему не хватает времени и внимания, чтобы работать дальше. Он анализировал ситуацию и пришел к заключению, что - либо длительность сессий должна быть больше, либо количество участников в группе – меньше. Это бы дало терапии эффективность. А так он для себя не видит пользы в продолжении «такой» терапии.
На этом основании он, как бы доброжелательно, но с другой стороны — сместив ответственность за окончание группы на формат, — вышел из терапии внезапно, не попрощавшись с группой.
И вот здесь нужно сказать, что психолог группы – это живой чувствующий человек. Эти чувства являются важным рабочим инструментом и маркером ситуации. Как правило отличает психолога от участников группы не только знание теории и практики ведения группы, но еще и навык относиться к своим чувствам, как к информации, а не к поводу автоматически реагировать – обидой, агрессией или испугом, например...
Реакцией на эту ситуацию у меня было чувство, что мне неприятно. Я стала искать – что именно было пусковым механизмом моего неприятного напряжения:
Во-первых, со слов моего уходящего клиента выходило так, что формат следует менять, потому что он не годится. В то же время, мужчина работал в группе семь месяцев и формат давал результат ему самому и другим участникам.
Во-вторых, за внешне вежливыми и доброжелательными словами скрывался упрек формату, а может быть даже моему профессиональному чутью: «Вы не замечаете, но либо для группы мало часов, либо для этого времени слишком много людей». То есть послание носило оценочный по сути и двойственный в эмоциональном смысле характер. Доброжелательный упрек – смещение ответственности за результат терапии на формат группы.
Но на самом деле произошло следующее. Участник группы, принял решение терапию завершить. Это происходит с каждым человеком - раньше или позже. Это нормально.
Вопрос лишь в том, как человек завершает терапию. Берет ответственность за принятое решение на себя? Подводит итог? Устанавливает причину завершения терапии? Прощается с людьми в группе? Благодарит за полученный опыт участников?
Или, не пережив ситуативного эмоционального провала, находит в нем оправдание, чтобы исчезнуть?
Не прощаясь, не подводя итогов, не благодаря себя и других за опыт терапии – человек перечеркивает этот опыт и свои результаты для самого себя. Обесценивает его в результате короткого эпизодического разочарования. А это обесцененные часы собственной терапии, которая приносила результат, это неоцененные усилия других людей, которые сопереживали, помогали, подключались, искали вместе с ним ответы на его вопросы…
Для группы такое исчезновение постоянного участника, конечно бывает неприятно и непонятно. Участники начинают гадать об истинных причинах ухода - анализировать себя. Они ищут причину отказа от группы в себе: «Может быть надо было дать ему слово? Может быть мы не заметили, как ему было плохо?»
Но здесь дело не в формате и квалификации психолога. Дело не в участниках группы, которые могли что-то не заметить в моменте.
Дело в том, что если что-то в группе, по ощущениям человека идет не так – это стоит обсуждать. Так развивается контакт со своими эмоциями и способность говорить об этом с другими людьми открыто.
Важная и уникальная задача групповой терапии - анализировать свои чувства, сопротивление и учиться достигать равновесия среди других людей и с учетом реальных условий в группе, которые возникают здесь так же неизбежно, как и в жизни.
Группа - в прямом смысле – тренировочное пространство, где все становится значимым – место, время, количество и состав участников, свой запрос, своя и чужая активность, чувства… Не зря говорят, что группа – это маленькая модель жизни.
Здесь нет безусловного комфорта. Группа – не материнская защищенная утроба, где тепло, питательно и безопасно. Это реальная жизнь человека в социуме. И здесь, в группе, свой дискомфорт можно изучать. И учиться находить пути для достижения комфорта и равновесия там, где его нельзя получить автоматически.
Внезапный эмоциональный выход из группы – это обычно маркер, характеризующий восприятие и бессознательное поведение человека. Он покидает группу вдруг, на эмоциях, без глубокого анализа причин. Так он демонстрирует свой способ откликаться на события жизни, которые не может разместить в зоне осознавания. Он обесценит не только группу, те только помощь живых людей, не только свои достижения, но и многое другое, что в моменте покажется неподходящим.
Это паттерн, из-за которого человек может ощущать одиночество – не замечая искреннего внимания и помощи – просто потому, что в моменте что-то показалось недостаточным…
А осознанность, которую мы тренируем в групповой терапии – это способность видеть свои эмоции, стоять над ними, чтобы работать с ними, принимать опыт не эмоционально-бессознательно, а рефлексивно, обдуманно - находя в каждом жизненном уроке путь для психологического роста – то есть эмоционального взросления.
#перенос #защита #психологическийрост
___________________
Запись в Группы "Круг внимания"
Это групповая динамическая психотерапия для взрослых - в СПб и онлайн. Наши специалитсы имеют многолетнюю практику, проходят обязательные обучающие программы по ведению групп и групповую интервизию.