По-хорошему стоит начинать писать про летнюю группу, но пока не пишется. Зато есть заметки с наблюдениями по мотивам групп, вообще.
Бывает так, что какого-то участника в группе то и дело настойчиво пытаются спасти, например, или на него раз за разом нападают, или перебивают, или практически каждую встречу про него шутят, или обесценивают, или игнорируют. Бывает и так, что кого-то из раза в раз отмечают как самого-самого, хвалят, просят о внимании, восхищаются им...
И что-то из этого этому человеку может не подходить. Не нравиться.
И из этого самого «не нравится» может возникать требование к другим прекратить. И другие могут, конечно, прекратить. Вот только это может создать иллюзию мира, который можно заставить кардинально измениться.
А за пределами группы человека будет ждать самый обыкновенный мир, который не будет вертеться так, как требуется. Там требования либо не будут работать, если, конечно, человек не обладает таким количеством власти, чтобы заставить. И тогда придётся либо терпеть, либо раз за разом оказываться в изоляции, либо искать исключительно комплиментарных людей. Либо, всё-таки, признавать свою субъектность, свой вклад в происходящее и прекращать то, что делают другие.
Группа всегда воспроизведет мир,в котором живёт участник. То, что с человеком раз за разом происходит в жизни, будет в той или иной мере происходить и в группе. И если происходящее человека не устраивает, польза для него в группе будет в том, чтобы понять, как он этот процесс инициирует со своей стороны (вклад других изучать полезно, но это вторично, в группе участники могут свой вклад изъять, в жизни — не всегда), как в этом процессе остаётся. И тогда появляется шанс что-то со своей частью вклада в неподходящий процесс сделать. Или смириться с тем, что делать нечего (идти горевать).
Это актуально для любых процессов. Тот, кого обесценивает, столкнется с этим, кем восхищаются — с этим, кому завидуют — с этим, кого игнорируют — с этим... Если это устраивает, можно наслаждаться и продолжать. Нет — придётся наблюдать, как создаётся этот процесс. И наблюдать в первую очередь будет тот, кому в процессе плохо. Если если плохо тому, кому завидуют, то он и будет рассматривать, как так он раз за разом вызывает зависть, хотя не хочет этого, если плохо тому, кто завидует, наблюдать будет он, иногда — оба. В этом и смысл групповой терапии.
Хорошая группа воспроизводит знакомый человеку мир. Порой это неприятно. Но именно благодаря этому появляется возможность увидеть: как человек в этом оказывается, как остаётся, есть ли у него альтернативные варианты.
Вопрос не в том, кто виноват, а в том, как это, вообще, между случается между участником и другими. Научиться смещать фокус с одного вопроса на другой — одна из задач терапии.
