Эксперты стесняются?
Эксперты сделали попытку определить причины невыполнения во время борьбы за живучесть требований РБЖ-ПЛ-82.
Так, причиной всплытия корабля с глубины 387 м в надводное положение способом «с ходом под ГТЗА», а с глубины 152 м (после срабатывания защиты ГТЗА, т. е. после прекращения работы главной турбины) - продолжения всплытия в надводное положение двукратным поддувом средней группы ЦГБ они назвали «Принятие решения на всплытие». Это, конечно, не ответ на вопрос.
Очевидно, что причиной выбора способа всплытия «с ходом под турбиной» и применение частичного продувания средней группы ЦГБ при срабатывании защиты ГТЗА при прохождении глубины 152 м является недостаточное знание особенностей управления АПЛ пр.685 при всплытии и недостаточная практика в управлении кораблем в подводном положении.
Не удался экспертам и ответ на вопрос, каковы вредные последствия всплытия «с ходом под ГТЗА». Таковыми они считают невозможность выполнения части мероприятий по борьбе за живучесть и распространение аварии в VI отсек (пожар, поступление ВВД, а затем и забортной воды). Однако эти «вредные последствия» столь серьезны, что говорить о них такой «скороговоркой» нельзя.
Очевидно, что пагубными последствиями неправильного выбора способа всплытия стала невозможность герметизации поперечной переборки между VII и VI отсеками при работающем на гребной винт ГТЗА (т. е. при вращающейся главной линии вала). Это, в свою очередь, повлекло за собой сокращение промежутка времени для создания рубежа обороны на кормовой переборке VI отсека для локализации и ликвидации пожара в VII отсеке (т. е. времени, необходимого для прибытия в отсек отсечной аварийной партии для герметизации концевых поперечных переборок VI отсека, подачи огнегасителя системы ЛОХ из VI в VII отсек, установления контроля за температурой и давлением в VII отсеке, создания воздушного подпора в VI отсеке и пр.).
В результате рубеж обороны на кормовой переборке VI отсека создан не был. Переборочный сальник главной линии вала не был загерметизирован, масляные трубопроводы из VII в VI отсек не отключены, пожар в VII отсеке не был локализован, и из него пожар и повышенное давление распространились в VI отсек.
От повышения давления в VI отсеке сработала защита ГТЗА и турбогенератора, а за ней - и защита ядерного реактора.
Расход ВВД на поддувание средней группы ЦГБ на глубине 152 м и повторный поддув ЦГБ был напрасен, т. к. лодка в момент остановки ГТЗА имела положительную плавучесть и ускоренно всплывала, увеличивая по мере уменьшения глубины положительную плавучесть на ещё большую величину.
В дальнейшем последствием всплытия способом «с ходом под ГТЗА» явилось поступление забортной воды из VII в VI отсек, что при отсутствии действий по сохранению запаса плавучести АПЛ, а позже - по восстановлению этого запаса, привело к потоплению корабля.
Вторым примером малообъективной оценки экспертов является трактовка причин невыполнения ГКП обязательного первичного действия при поступлении ВВД в VII отсек.
Одно из требований РБЖ-ПЛ-82 гласит, что при поступлении ВВД в отсек ПЛ в надводном положении необходимо сообщить аварийный отсек с атмосферой, не допуская поражения личного состава, а также разрушения оружия и технических средств в отсеках, через которое снимается давление.
Эксперты, справедливо отмечая, что это требование ГКП не было выполнено, причины невыполнения объясняют тем, что наличие пожара и поступление ВВД в отсек требовало взаимоисключающих действий по ст. 90 и 121 РБЖ-ПЛ-82.
Действительно, при пожаре в отсеке ст. 90 РБЖ-ПЛ-82 требует герметизировать аварийный отсек, а при поступлении ВВД в отсек ст. 121 требует разгерметизировать его (т. е. сообщить аварийный отсек с атмосферой) (*).
Очевидно, что требования и той, и другой статьи направлены на снижение поражающих факторов аварии: при пожаре - герметизацией аварийного отсека для прекращения доступа в очаг пожара свежего воздуха (в котором объемное содержание кислорода составляет 21 %), а при поступлении ВВД в отсек - сообщением его с атмосферой, для уменьшения доступа в очаг пожара свежего воздуха, снижения давления в целях недопущения поражения личного состава, а также разрушения оружия и технических средств в отсеках повышающимся давлением.
«Руководство по борьбе за живучесть» напоминает подводникам, что повышение давления в отсеках (помещениях) способствует развитию пожара, а эффективность средств пожаротушения при этом снижается (РБЖ-ПЛ-82 гл. 3, ст. 87). Стало быть, снижение давления в аварийном отсеке способствует уменьшению интенсивности пожара, а эффективность средств пожаротушения при этом повышается.
Вернемся к пожару в VII отсеке.
Давление воздуха в нем возросло и достигло 13,5 кгс/см2 (превысив допустимое на 3,5 кгс/см2). Соответственно, в 13 раз увеличилось количество кислорода, поступившего в очаг пожара, что, естественно, способствовало его развитию.
Этого бы не случилось, если бы аварийный отсек (в соответствии со ст. 121 РБЖ-ПЛ-82) был сообщен с атмосферой для снижения в нем давления.
Этого не случилось бы тем более, если бы (в соответствии со ст. 89 РБЖ-ПЛ-82) немедленно («обязательно и первично») ГКП отключил трубопроводы корабельных систем ВВД от аварийного отсека для недопущения поступления в очаг пожара около шести с половиной тонн воздуха из баллонов, расположенных в I и III отсеках (что и произошло фактически, создав в отсеке эффект «доменной печи»).
Этого не случилось бы и в том случае, если с обнаружением пожара в VII отсеке или поступления в него ВВД Главный командный пункт немедленно стравил бы за борт воздух из баллонов перемычки ВВД, расположенной в VII отсеке (как того требует ст. 121 РБЖ-ПЛ-82).
Таким образом, становится очевидным, что заключение экспертов о том, что пожар и поступление ВВД в отсек требовали выполнения взаимоисключающих действий по ст. 90 и 121 РБЖ-ПЛ-82, не соответствует действительности.
Действительности соответствуют другие факты:
- в течение всего времени от возникновения пожара до потопления корабля VII и VI аварийные отсеки загерметизированы не были;
- в начальной фазе аварии, в течение 40 минут воздух из баллонов 1-й и 3-й перемычки ВВД поступал в VII и VI отсеки до тех пор, пока давление в отсеках и баллонах ВВД не сравнялось, оказавшись на уровне 13-13,5 кгс/см2.
Приказание ГКП закрыть подгрупповые клапаны на перемычках ВВД № 1 и № 3 было безнадежно запоздалым и ошибочным.
Конечно, эксперты разобрались в ситуации с «взаимоисключающими действиями». Но как они могли высказать свое мнение, когда Главнокомандующий ВМФ адмирал флота В. Н. Чернавин от имени Правительственной комиссии уже изложил свою версию в журнале «Морской Сборник» (№ 12-1990), а военно-морская пресса в десятках тысяч экземпляров газет на всех четырех флотах растиражировала это «откровение» в десятках военно-морских баз, флотилий и эскадр? И Правительственная комиссия также, уже как аксиому, отметила: «особенность данной аварии - редчайшее наложение…»
Автором этого абсурда являлся… 1-й ЦНИИ МО СССР, решивший также поучаствовать в обосновании заданной руководством ВМФ версии неизбежности фатального исхода возникшей на К-278 аварии.
Осталось понять, для чего же «ученые» - подводники Главкомата ВМФ организовали эту дезинформацию.
Не для того ли, чтобы обойти молчанием очевидный факт: в аварийных VI и VII отсеках «Комсомольца» в течение шести часов аварийная ситуация развивалась по максимальным параметрам поражающих факторов - в полном соответствии с законами физики - и при полном невмешательстве и невольном попустительстве человеческой составляющей терпящей бедствие системы «человек-машина»?
Ваше внимание, уважаемый читатель, не случайно остановлено на экспертных оценках двух эпизодов, заключения по которым необъективны. Они свидетельствуют о напряженной борьбе за объективность расследования, которая велась между официальными представителями следственного управления Главной военной прокуратуры и экспертами, работавшими в рамках определенных следствием задач - с одной стороны, и занимавшими высокие посты лицами, причастными к расследуемому чрезвычайному происшествию - с другой.
И чем ближе подходила работа экспертов к заключительному этапу, когда они должны были вынести свой вердикт о причинах невыполнения требований РБЖ-ПЛ-82 и вредных последствиях этого, тем большее сопротивление испытывала и комиссия экспертов, и следственная группа Главной военной прокуратуры во главе с Г. В. Целовальниковым.
Вот ещё один пример.
Известно, что в самом начале развития аварийной ситуации с обнаружением пожара в VII отсеке ГКП должен был приступить к выполнению девяти обязательных первичных действий, предусмотренных ст. 89 РБЖ-ПЛ-82.
Практика борьбы за живучесть предусматривает, что по всем перечисленным в статье действиям (за исключением тех, которые не следует или невозможно исполнить по каким-либо конкретным причинам) ГКП обязан немедленно принять решения, объявить их по кораблю, отдать соответствующие приказания, подать необходимые сигналы и руководить исполнением своих решений, контролируя и корректируя их в зависимости от развития аварийной ситуации.
В данном случае из девяти обязательных первичных действий немедленно должны были выполняться пять. Из них с некоторым запозданием ГКП выполнил только два. Среди невыполненных оказалось требование установления контроля за давлением в аварийном отсеке, в системах ВВД и гидравлики и руководство отключением участков этих систем, проходящих в аварийный отсек.
Причиной неисполнения требований ст. 89 РБЖ-ПЛ-82, по мнению экспертов, явилась «неотработанность ГКП по организации контроля энергосред и по руководству по их отключению при пожаре».
Вредные последствия невыполнения этих действий эксперты формулировали так: «расход ВВД, расход гидравлики, наддув отсека до давления 13 кгс/см2, распространение аварии в V и VI отсеки, перерастание возгорания в пожар большой интенсивности».
Очевидно, что эксперты не смогли пройти мимо бездействия ГКП, что предопределило развитие аварийной ситуации.
Однако правильно назвать причины неисполнения простейших, обязательных и ничем не затруднявшихся действий они не решились - несмотря на то, что уже знали: в море был направлен второй экипаж К-278, изначальная боевая подготовка которого, как и подготовка к походу на полную автономность, проводилась с грубыми нарушениями требований КАПЛТ-75 и специального руководства. Они уже знали, что в результате в поход пошел экипаж, не имевший права на выход в море.
Экспертам было предельно ясно, что причиной невыполнения большей части обязательных первичных действий явилась неудовлетворительная подготовка экипажа к борьбе за живучесть, что явилось следствием халатности командования, штаба и электромеханической службы дивизии, в состав которой входила К-278.
Эти люди не сумели организовать боевую подготовку, подготовку к походу на полную автономность и контроль качества подготовки впервые назначенного в такой поход второго экипажа К-278.
Командование, штаб и электромеханическая служба флотилии, вопреки существовавшему совместному решению ВМФ и МСП о дальнейшем использовании глубоководной АПЛ, включили ее в план оперативной подготовки и оставили без контроля подготовку корабля и экипажа к походу на полную автономность.
Обнаружив на заключительной стадии подготовки неготовность экипажа к борьбе за живучесть, командир дивизии, начальник штаба флотилии и командующий флотилией, проявив халатность и злоупотребив своей властью, направили в море не прошедший должной подготовки экипаж, имевший к тому же запредельный перерыв в плавании, на корабле, имевшем неисправности в системе жизнеобеспечения, что и привело к первичной аварии - пожару в VII отсеке.
Не подготовленный к руководству борьбой за живучесть ГКП невыполнением элементарных требований РБЖ-ПЛ-82 допустил перерастание первичной аварии в катастрофу. Первым шагом к катастрофе стало невыполнение требования ст. 89 РБЖ-ПЛ-82 в части отключения от аварийного отсека систем ВВД.
Вредными последствиями невыполнения явились:
- потеря 75 % запаса ВВД - основного средства поддержания запаса плавучести и остойчивости ПЛ;
- перерастание первичного пожара в пожар максимальной для ПЛ интенсивности и максимальными поражающими факторами: температурой +800-1100 °C, давлением в аварийных отсеках 13,5 кгс/см2 и продолжительностью действия предельных факторов пожара более часа.
- потеря герметичности прочного корпуса VII отсека от воздействия поражающих факторов пожара с интенсивным поступлением в аварийный отсек ВВД;
- распространение пожара в VI отсек;
- повышение давления в VI и VII отсеках до 13,5 кгс/см2, что на три с половиной атмосферы превышает прочность носовой переборки VI отсека.
Разгерметизация арматуры ВВД в VII отсеке стала возможной только потому, что в VII отсеке еще до начала первичного возгорания была создана пожароопасная обстановка из за перенасыщения атмосферы отсека кислородом, бесконтрольно поступающим из неисправной системы раздачи кислорода.
Установлено, что первичный пожар в VII отсеке мог перерасти в пожар, температура и продолжительность которого стали достаточными, чтобы повредить (разгерметизировать) находящуюся в отсеке арматуру ВВД, не отключенную от трубопроводов, подающих воздух из носовых отсеков корабля, только в том случае, если содержание кислорода в атмосфере отсека ко времени начала пожара достигало 30-35 % (при норме 21 %).
Только эти обстоятельства послужили причиной перерастания первичного пожара в пожар предельных для АПЛ параметров: температуры, продолжительности воздействия огня и давления в VII и VI отсеках, на 30 % превысившего прочность поперечной переборки, отделявшей эти отсеки от пятого, неаварийного отсека.
Эксперты установили также, что ГКП не выполнил ни одного из первичных и обязательных действий, предписанных к выполнению при поступлении ВВД в отсеки АПЛ, а впоследствии - и при поступлении забортной воды в VII отсек. Бездействие ГКП не позволило решить ни одну из семи главных задач при борьбе с пожаром, с поступлением ВВД в отсек и с поступлением забортной воды внутрь АПЛ.
Аварии не были локализованы, не были приняты меры по недопущению потери запаса ВВД, сохранению и восстановлению запаса плавучести и продольной остойчивости, а также по спрямлению корабля.
Не применялись технические средства, системы, запасы и снабжение для решения задач борьбы за живучесть. Не предпринимались меры для предотвращения поражения личного состава токсичными продуктами горения.
Экипаж не исполнил обязанности и действия по борьбе за живучесть, выполняемые без приказания при поступлении ВВД и забортной воды в VII отсек, т. к. ГКП соответствующих аварийных тревог не объявлял и сигналов не подавал.
Командир БЧ-5 (электромеханической) и его заместители - командиры дивизионов БЧ-5 своих основных обязанностей при борьбе за живучесть не выполнили.
Старший на борту - зам. командира соединения (наделенный на поход правами командира соединения) какого-либо положительного влияния на происходящие события не оказал.
Наконец, командование АПЛ не отдано экипажу своевременных распоряжений о подготовке к оставлению корабля и само приказание покинуть корабль.
...
Сноска:
(*) - Сообщение отсека с атмосферой - не самоцель, а средство для уменьшения давления в отсеке при несанкционированном поступлении в него ВВД. Эта же задача может быть решена стравливанием избыточного давления за борт (и далее в атмосферу) через трюмно-балластную или аварийно-осушительную систему. - Примечание Чернова Е.Д.
.
Историю рассказал © Евгений Дмитриевич Чернов.
.
30.04.2026
.