Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Роберт Гефт

В культуре до сих пор живёт идея, что сильный человек должен быстро собраться, держаться и жить дальше

Не лить слёзы в подушку, а взять себя в руки. Особенно это касается мужчин. Не плакать, не показывать боль, отвлечься работой, алкоголем, делами, переездом, новыми отношениями — чем угодно, лишь бы не сталкиваться с переживанием утраты. Окружающим тяжело выдерживать чужое горе, особенно когда напрямую оно их не касается. Люди часто не понимают, как вести себя с горюющим, что сказать, как поддержать. Они растеряны. И первое, что хочется сделать, — приободрить человека, чтобы он взял себя в кулак, утёр сопли и пошёл дальше покорять свои вершины. Но с точки зрения психологии горе — это нормальный процесс психики, её естественная работа, с помощью которой она пытается адаптироваться к новой реальности. Когда человек теряет кого-то или что-то значимое, он теряет не только объект привязанности. Вместе с этим часто рушатся привычный уклад жизни, чувство безопасности, образ будущего, часть собственной идентичности. После смерти близкого человек может потерять не только самого человека, но и

В культуре до сих пор живёт идея, что сильный человек должен быстро собраться, держаться и жить дальше. Не лить слёзы в подушку, а взять себя в руки. Особенно это касается мужчин. Не плакать, не показывать боль, отвлечься работой, алкоголем, делами, переездом, новыми отношениями — чем угодно, лишь бы не сталкиваться с переживанием утраты.

Окружающим тяжело выдерживать чужое горе, особенно когда напрямую оно их не касается. Люди часто не понимают, как вести себя с горюющим, что сказать, как поддержать. Они растеряны. И первое, что хочется сделать, — приободрить человека, чтобы он взял себя в кулак, утёр сопли и пошёл дальше покорять свои вершины.

Но с точки зрения психологии горе — это нормальный процесс психики, её естественная работа, с помощью которой она пытается адаптироваться к новой реальности.

Когда человек теряет кого-то или что-то значимое, он теряет не только объект привязанности. Вместе с этим часто рушатся привычный уклад жизни, чувство безопасности, образ будущего, часть собственной идентичности. После смерти близкого человек может потерять не только самого человека, но и роль мужа, жены, сына, ощущение дома, опоры, стабильности и т.п.

И психике нужно время, чтобы перестроить внутреннюю реальность под эти изменения.

Поэтому горе — это не про слабость характера, а про процесс пересборки мира, в котором больше нет конкретного человека.

Проблема в том, что многие пытаются не прожить горе, а избежать его. Психика может вытеснять чувства, замораживать их, отключать контакт с болью.

Но отсутствие чувств не всегда означает, что горе прожито. Иногда это означает, что психика просто не может выдержать объём боли и вытесняет её.

Непрожитые чувства не уходят в пустоту. Они стремятся проявиться через:

хроническую тревогу

депрессию

психосоматику

раздражительность

эмоциональное онемение

зависимости

ощущение, что жизнь остановилась

Психика всё равно пытается завершить работу горя, даже если человек сознательно от неё убегает.

Поэтому задача горя — не забыть, не “отпустить”, как часто говорят. Задача — постепенно перестроить отношения с утратой так, чтобы память осталась, а жизнь продолжилась. По сути — принять утрату и заново пересобрать свою жизнь, в каком-то смысле переосмыслить самого себя.

Иногда человеку нужен рядом другой человек, чтобы выдержать этот процесс: близкий, друг, терапевт. Потому что одно из главных условий проживания горя — наличие среды, в которой чувства можно не прятать.

Парадоксально, но способность горевать связана со способностью любить.

Если человек по-настоящему привязывается, он неизбежно сталкивается с утратами. И психическая зрелость — это не отсутствие боли, а способность её выдерживать, проживать и продолжать жить дальше.

И самое главное, что должны знать горюющие: этот ураган не будет длиться вечно. Не всегда будет так тяжело и так хреново, как сейчас.

"И это тоже пройдёт".