С Ингой мы познакомились на моей собственной свадьбе. Она подошла ко мне с бокалом шампанского, улыбнулась и сказала:
— Ты самая счастливая женщина на свете. Паша — потрясающий мужик. Я его знаю сто лет, можешь мне верить.
Я улыбнулась в ответ. Инга была красивая — высокая, с короткой стрижкой, в стильном брючном костюме. Она работала в рекламе, ездила на дорогой машине и говорила низким, чуть хрипловатым голосом. Паша рассказывал, что они дружат с университета. Что Инга — «свой парень». Что между ними никогда ничего не было.
Я поверила. Я вообще привыкла верить мужу.
За пять лет брака Инга стала частью нашей жизни. Она приезжала на дни рождения. Дарила дорогие подарки. Когда Паша попал в аварию, она примчалась в больницу раньше меня — я была в командировке, а она жила в соседнем районе. Когда мы поссорились из-за ремонта, она сидела с Пашей в кафе, слушала его жалобы и говорила: «Даша просто устала. Она тебя любит. Не дури».
Я была ей благодарна. Искренне.
Были, конечно, странности. Инга никогда не приходила со своим мужчиной. Говорила — «не встретила того самого». Она часто звонила Паше поздно вечером. Я слышала обрывки разговоров — работа, новости, общие знакомые. Ничего криминального. Но иногда, когда Паша смеялся в трубку и говорил: «Ингусь, ты всегда так...», — у меня внутри что-то сжималось.
Я гнала эти мысли. «Свой парень». «Дружат сто лет». «Если бы что-то было — было бы раньше».
Всё изменилось в мой день рождения.
Мне исполнилось тридцать четыре. Паша устроил праздник — ресторан, гости, шары. Я была счастлива. Инга пришла в потрясающем красном платье, подарила мне серьги и весь вечер танцевала с какими-то незнакомыми мужчинами. Я выдохнула, она не с Пашей.
Вечером, когда гости разошлись, Паша уснул сразу. Он выпил лишнего. Я убирала со стола и увидела его телефон. Экран загорелся.
Инга: «Спасибо за вечер. Она была счастлива. Ты молодец».
Я улыбнулась. Мило. Подруга благодарит мужа за праздник для жены.
А потом любопытство дёрнуло меня за руку. Я открыла чат. Пароль я знала.
И начала читать.
Сначала ничего особенного. Разговоры о работе. О погоде. О том, какой фильм посмотреть. Дружеская болтовня.
Потом я пролистала выше. До даты за месяц до моего дня рождения.
Инга: «Паш, я больше не могу. Сколько можно ждать?»
Паша: «Инг, не начинай. У нас всё хорошо».
Инга: «У НАС всё хорошо? Или у ТЕБЯ всё хорошо? Ты обещал, что скажешь ей после Нового года. Уже апрель».
Паша: «Я скажу. Просто момент неподходящий. У неё проект на работе, она нервничает».
Инга: «У неё всегда проект. У неё всегда нервы. А я всегда жду. Как дура».
Я перестала дышать. Пролистала ещё выше.
Паша: «Инг, ты же знаешь, я люблю тебя. Но я не могу просто взять и уйти. Это сложно».
Инга: «Ты её не любишь. Ты сам говорил. Ты остаёшься из жалости. А меня ты любишь?»
Паша: «Люблю. Но пойми, я должен всё сделать правильно».
Инга: «Правильно — это когда? Когда она родит? Когда вы ипотеку закроете? Когда?»
Паша: «Дай мне время. Я обещаю — летом скажу».
Я опустила телефон на стол. В висках стучало. Муж, который пять минут назад целовал меня и говорил «с днём рождения, любимая», планировал уйти к лучшей подруге. «Летом скажу». Я должна была прожить ещё три месяца в счастливом неведении. А потом — бац. «Даша, я ухожу к Инге. Мы любим друг друга. Прости».
Я сидела на кухне и смотрела на спящего мужа. В голове крутились сцены последних месяцев. Вот Инга приезжает в больницу. Вот они смеются в трубку. Вот она говорит: «Ты самая счастливая женщина на свете». Вот я благодарю её за поддержку.
Меня тошнило.
Я не стала будить Пашу. Я не стала устраивать скандал. Я открыла его телефон ещё раз и сделала скриншоты переписки. Отправила себе. Удалила сообщения.
Потом налила чай, села и стала думать.
Вариант первый — устроить разборки. Выгнать Пашу. Развестись. Оставить его Инге. Но тогда они получат друг друга, а я — разбитую жизнь.
Вариант второй — бороться. Но за что? За мужчину, который меня не любит? Который остаётся из жалости?
Я выбрала третий.
На следующее утро я приготовила завтрак. Паша вышел на кухню, помятый после вчерашнего.
— Даш, прости, я вчера перебрал. Но вечер был классный, правда?
— Классный, — согласилась я.
— Кстати, Инга просила передать, что ты потрясающе выглядела. Она вообще от тебя в восторге.
Я улыбнулась.
— Передай ей спасибо. Кстати, у меня к тебе разговор.
Паша напрягся.
— Я долго думала, — сказала я спокойно. — Нам нужна пауза.
— Пауза? В каком смысле?
— В прямом. Я устала. Ты устал. Мы живём как соседи. Мне кажется, нам нужно пожить отдельно. Месяц-два. Подумать.
Он опешил. Явно не ожидал такого поворота.
— Даш, с чего ты взяла? У нас всё нормально.
— Нормально? Ты сам подумай. Если любишь — вернёшься. Если нет — зачем мучиться?
Я собрала сумку и уехала к маме в тот же день. Паша стоял в коридоре растерянный и не понимал, что случилось.
А я знала, что случится дальше.
Через два дня Инга написала мне.
«Даша, привет. Я слышала, вы с Пашей расстались? Мне очень жаль. Если нужно поговорить — я рядом».
Я ответила: «Спасибо, Инга. Ты настоящая подруга».
Я знала, что в этот момент она уже празднует. Паша вернулся к ней. Как она и хотела. Но с одним нюансом — он пришёл не сам. Его отправила я. Без скандала. Без раздела имущества. Без мольбы.
Прошёл месяц. Паша звонил. Говорил, что скучает. Что хочет вернуться. Что Инга — «не то, что я думал».
— Паш, — сказала я. — Ты хотел быть с Ингой. Ты получил то, что хотел. А я не запасной вариант. Я жена. Единственная. Ты сделал выбор, когда писал ей «люблю» и обещал уйти летом. Я просто ускорила процесс.
Он молчал.
— Ты знала? О переписке?
— Знала. И знаю, что ты меня не любишь. Ты сам так написал. Так зачем тебе возвращаться?
— Потому что я дурак. Потому что я запутался. Потому что я люблю тебя, а не её.
— Поздно, Паш.
Я повесила трубку.
Сейчас я живу одна. Строю новые планы. Записалась на йогу. Купила абонемент в бассейн. Вспомнила, что люблю рисовать.
Инга? Инга удалилась из моих контактов. Паша, насколько я знаю, от неё тоже ушёл. Оказалось, она хотела не его — она хотела победить. А когда победила, интерес пропал.
Грустная история. Но не моя. Моя история только начинается.
А красную помаду я теперь ношу каждый день. Не для кого-то. Для себя.