В конце девяностых — в то святое и немного наивное время, когда трава казалась зеленее, а блокбастеры еще не генерировали нейросети по клику мышки — Джей Джей Абрамс выдал на-гора сценарий под названием Superman: Flyby. Представьте себе картину маслом: Криптон, вопреки всем законам физики и комиксного канона, не взорвался! А местная гражданская война, шурша плащами, плавно перетекает на нашу с вами многострадальную Землю. Студия, в приступе необъяснимого оптимизма, усадила в режиссерское кресло МакДжи (да-да, того самого парня, что подарил миру гламурных «Ангелов Чарли») и объявила глобальную охоту на свежее лицо для роли парня в спандексе.
Очередь за криптонским паспортом
В толпе желающих примерить букву «S» на груди топтались будущие небожители: Брэндон Рут, Брендан Фрейзер и даже Генри Кавилл — тот самый, который годы спустя все-таки наденет плащ, а заодно отрастит легендарные усы раздора, стоившие студии миллионов на замазывание в кадре. Но кастинг-директора, эти серые кардиналы Голливуда, внезапно положили глаз на Мэтта Бомера. Да, того самого Бомера, который позже заставит зрителей томно вздыхать у экранов в сериале White Collar.
Мэтт пришел на пробы, как на Голгофу: почитал текст с партнершей, влез в обтягивающий костюм (испытание не для слабонервных) и даже подписал контракт. Ему казалось, что режиссер уже мысленно вручил ему ключи от Метрополиса. Птица счастья, казалось, уже уютно свила гнездо в его идеальной прическе…
Студент, комсомолец и просто пришелец
Сценарий Абрамса, к слову, предлагал нам не монументального бога с небес, а юного Кларка Кента, отчаянно пытающегося совмещать зубрежку в колледже с внезапно прорезавшимися суперспособностями. Эдакий Питер Паркер, только пуленепробиваемый. Бомер вспоминал, что текст был просто блестящим — Супермен в нем только нащупывал свою идентичность, путаясь в собственных силах и юношеских комплексах.
Эффект неснятого кино
И хотя проект благополучно приказал долго жить, слухи о том, что Бомер — без пяти минут Человек из стали, разлетелись по Лос-Анджелесу быстрее пули. Голливуд внезапно проснулся: всем срочно понадобился этот парень с точеными скулами. Сам Мэтт с иронией признавался, что перед каждым прослушиванием маниакально слушал трек Эминема Lose Yourself. Только вообразите эту сюрреалистичную картину: рафинированный красавец с внешностью принца агрессивно качает головой под рэп в салоне своего авто…
Закрытый гештальт
Справедливость — штука медлительная, но верная. В 2013 году Бомер все-таки просочился в криптонскую вселенную, озвучив главного героя в анимационном фильме Superman: Unbound. И пусть плащ он надел лишь виртуально, гештальт был изящно закрыт.
Почему же он не полетел?
Так почему Superman: Flyby так и остался пылиться в архивах? Классика жанра: студийные боссы не смогли поделить бюджет и договориться о тональности. К тому же, в то время по коридорам студии бродили призраки других амбициозных проектов — от безумного Superman Lives (где Николас Кейдж должен был щеголять длинными волосами) до грядущего Superman Returns. В итоге фильм просто тихо задушили подушкой в колыбели.
Эта история — прекрасная метафора того, как работает фабрика грез. Иногда роль, которую ты так и не сыграл, дает твоей карьере куда больший пинок, чем десяток проходных фильмов. И, честно говоря, слава богу — иначе мы могли бы лишиться одного из самых обаятельных телевизионных мошенников нашего времени.