Для россиян старше 40 лет «дефицит» — не абстрактное понятие из учебников истории. Это пустые полки в магазинах, талоны на колбасу, очереди за сахаром и «достать по блату».
Катастрофы 90-х — невыплаченные зарплаты, безработица, потерянные сбережения — закрепили этот страх. «Запасай на чёрный день», «это последний шанс», «времени больше не будет» — эти установки до сих пор живут в головах миллионов.
Поколение Z (рождённые с 1997 по 2012 год) — первое, кто не помнит пустых прилавков. Они выросли в мире изобилия: любой товар доступен онлайн, доставка — через день, выбор — сотни вариантов. И эта другая реальность сформировала другое отношение к жизни, деньгам и будущему. Они не боятся — и, кажется, правильно делают.
Дефицит как катализатор тревоги
Страх перед будущим у старших поколений имеет конкретную экономическую природу. Историческая память о пустых полках породила психологию «запасания».
Но поколение Z этой памяти лишено.
Исследования показывают: молодые люди не испытывают паники при нехватке привычных товаров — они просто переключаются на другие варианты. Для них дефицит — не катастрофа, а временное неудобство, которое можно решить с помощью приложения или смены бренда.
Это не безрассудство. Это рациональная адаптация к миру, где изобилие стало нормой, а границы между товарами, услугами и способами их получения стёрлись.
Экономика впечатлений вместо экономики накопления
Старшие поколения копили «на чёрный день». Зумеры копят на впечатления. Они предпочтут потратить деньги на путешествие, концерт, курсы или новый опыт, чем на десятую пару обуви «про запас». По данным опросов, почти половина россиян в возрасте от 18 до 25 лет признаются, что тратят все заработанные деньги, не откладывая .
У этого подхода есть логика: в мире, где экономика нестабильна, а курс валют может меняться за день, хранить сбережения в «кубышке» бессмысленно. Инвестиции в себя, в свои навыки, в своё здоровье и впечатления — это то, что никто не отнимет и что всегда останется с тобой.
Финансовый прагматизм: долги как инструмент
Ещё одно важное отличие: отношение к кредитам. Исследование НАФИ (2025 г.) показало, что среди зумеров доля берущих займы выросла до 35% — это почти на треть больше, чем среди миллениалов в их возрасте . Парадокс? Нет, прагматизм.
Молодые люди воспринимают кредит не как «долговую яму», а как инструмент для получения нужного товара или услуги здесь и сейчас, а не «когда накоплю». Имея стабильный доход, они готовы платить проценты, чтобы не ждать. Это не безответственность — это понимание временной стоимости денег и умение управлять ликвидностью.
Кризисы как норма
Поколение Z выросло в эпоху перманентного кризиса. 2008, 2014, 2020, 2022 — эти даты для них не точки невозврата, а просто фон. Учёные называют их «кризисным поколением», но парадокс в том, что они не воспринимают кризисы как катастрофы. Для них это рядовое событие, к которому нужно адаптироваться, а не паниковать.
Многие находят в нестабильности возможности: сменить профессию, освоить новую нишу, уйти в онлайн-бизнес. Барьеры, которые казались непреодолимыми для их родителей, для них — лишь задачи, которые можно решить с помощью нужных знаний и связей.
Но будущее есть
Парадокс поколения Z: они не боятся будущего, но при этом тревожатся о нём больше других. Опросы показывают, что 53% зумеров испытывают стресс от неопределённости — больше, чем представители других возрастов . Но тревога у них проявляется не в панике, а в гиперответственности. Они не живут одним днём — они планируют, но не жёстко, а с запасом на манёвр. Они активно используют технологии для мониторинга рисков, но не позволяют страху парализовать себя.
Чего действительно боится поколение Z? Не кризиса и не обнищания. Их главный страх — скука, рутина, отсутствие развития. Для них «плохое будущее» — это не голод и холод, а серость, однообразие и невозможность реализовать себя. Это другой уровень потребностей: не выжить, а жить интересно.
Почему они правы
Страх старших поколений — «а вдруг не будет?» — сформирован реальным опытом дефицита. Но этот опыт уходит вместе с ними. Мир, в котором вырастут дети зумеров, будет ещё более изобильным, гибким и технологичным. И передавать им страх перед пустыми полками — значит готовить их к жизни, которой уже нет.
Зумеры правы в главном: будущее не в запасах и накоплениях, а в способности быстро адаптироваться, учиться новому и находить возможности там, где другие видят только проблемы. В мире, где дефицит перестал быть нормой, выигрывает не тот, кто больше накопил, а тот, кто быстрее перестроился.
А вы замечали, как по-разному вы и ваши дети или внуки относитесь к деньгам, покупкам и планированию? Кто из вас, на ваш взгляд, реалистичнее смотрит на будущее?