Уважаемые друзья, вы помните, что первая половина апреля для меня прошла под звездой командировки в Челябинский институт культуры, где прошло XVI Всероссийское совещание молодых писателей (и форум) и откуда я вернулась только в прошлый понедельник. Мои впечатления от совещания описаны тут
#большой_стиль #БугаёваНН #LiterMort #мысли_вслух #русская_литература #современная_литература
В моём очерке о совещании я уже описала, что А.Н. Тимофеев выступил с пассионарным докладом о том, какой должна быть совр. литература, попадаюшая в обойму "Большого стиля". Тимофеев выступал бодро, с шутками-прибаутками, с интересным иллюстративным материалом.
Если кратко, быть совр. литература должна патриотичной, нравственно-гуманистической, о поступках, а не травмах ("Повесть о настоящем человеке"). Одним словом, формирующей (положительный) нравственный облик россиянина.
Работа совещания была чётко построена через иерархию почётных гостей, выступающих и ведущих диалог, и остальных гостей, слушающих и делающих заметки в блокнотах. Почётный гость из Москвы Андрей Николаевич Тимофеев — "организатор литературного процесса".
Так вот. Прозвучало мнение, что если россияне отдалятся от нравственных заветов, от диалектики Достоевского и Толстого, то всё рухнет: национальная идея будет потеряна, останется только "бежать через Верхний Ларс".
Однако когда в 1918 году патриархальные русские бабы и мужички в Ростове-на-Дону забили насмерть профессора Колли, нарядили труп в офицерский мундир и со смехом сунули в рот покойника эполет, то они уже были далеки от диалектики Достоевского, не правда ли?
Даже во времена самого Достоевского, описавшего убиение лошадки во сне Раскольникова, некоторые россияне не были столь нравственно богобоязненны, как желал бы Достоевский. Это значит, что наша нац. идея, извините, всегда держалась на соплях?
Я так не считаю. А считаю, что, как и во всяком историческом движении, идею несёт инициативное меньшинство (погонщик), а большинство инертно следует за своим "гением". (У Л.Толстого: “Но баранам стоит только перестать думать, что все, что делается с ними, происходит только для достижения их бараньих целей”.)
Но ни одна, даже самая нравственная, книга не сможет сформировать духовный облик читателя, если (потенциальный) читатель так её и не откроет.
Вот почему на вопрос, как привадить к чтению большинство, которое уже де-факто от него отважено, у А.Н. Тимофеева не было ответа. Ответа просто нет. Сегодня – никак. Пропаганде чтения пришлось бы искать посредников. От кого будет исходить пропаганда? От Тимофеева? Он теоретик, а не практик. Потребуется сотрудничество. С кем? С книжными блогерами. Сегодня идеи о литературе несут в массы они. Не телевизор, не радио. На тумбы только наклеят плакаты "Читай книгу – не будь марионеткой", как хитрый юноша начистит себя под хикку и перестанет выходить из дому. Стрела пропаганды опять не попадёт в мишень.
Но блогеров тьмы. Пока ты уполномочил одних нести в массы 'Большой стиль", хитрая аудитория, как волна, отхлынет к другому "лидеру мнений". Весёлому, с матерком. Вот и бегай за молодёжью, формируй ей нравственный облик. Молодой-то прыток, по-любому бегает быстрее.
Но даже та группа граждан, что прислушивается к книжным блогерам, – это всего лишь прослойка. Само общество качественно фрагментированно, и фрагментированность писателей – лишь одно из проявлений. Матерящиеся и нематерящиеся, ложущие (любовь на литавры) и кладущие, верящие и хулящие, читающие Достоевского и читающие этикетку с туалетной бумаги... Чем напряжённее нравственный поиск истины одними, тем напряжённее поиск другими колбасы. Причём обе стороны видят высшее проявление своего "я" в этом поиске.
И да, эти два полюса иногда совпадают, но – не часто. Я не имею в виду нищету (которая, как писал Достоевский, есть порок, в отличие от бедности), вынуждающую человека питаться колбасами. Я имею в виду интересы, нацеленность познавательной активности интеллекта.
Но есть, как написал М.М. Бахтин (которого, как вы уже знаете, я прямо сейчас читаю), "некультурные люди, которые читают нехудожественно". Добавлю: не только читают, но и многое, многое проделывают нехудожественно. Кто сформирует им нравственность? Этикетка от туал.бумаги? Освежитель воздуха, может быть?
Частично – да. И если они будут не трУсами и сумеют умереть за Родину, то докажет ли это, что для формирования качественной нравственности достаточно читать этикетки?
Как парировать на это? И надо ли? Как преодолеть фрагментацию и нужно ли преодолевать? Я слыхала такой ответ: если человек добр и отзывчив, то пусть у него будет не личико, а рыло, пусть он матерится и пишет "карова", пусть тушит окурки об сынка. Но если они с сынком оба патриоты и умрут за Русь в бою, то зачем их насильственно исправлять? Таких улучшать – только портить.
Но, видите ли, в нарисованном выше портрете изображены не люди, а пушечное мясо. La chair à canon. Удобно иметь под рукой идиотов, не доучивших алфавит, чтобы они в нужный момент легли за тебя на алтарь. Подвиг, считаю, должен быть сознательным. Понимаете, подвиг А.П. Маресьева исходит из его силы характера и жажды труда, а не из вымышленной низости ай-кью. (Маресьеву, между прочим, удалось закончить 8 классов и отучиться в авиационной школе, ему хватало ума и воли быть отличным лётчиком, выживальщиком в лесу и всю жизнь поддерживать высокую физическую культуру и стремиться вверх, а не вниз.)
Конечно, я изливаю здесь своё многословие потому, что на недавнем совещании моего мнения не спросили. Есть лидеры мнений, есть те, чей черёд говорить. Пешек не спрашивают, когда есть короли, верно? Зачем быть многословным, если можно промолчать, и воздух, спасённый от сотрясания, будет тебе благодарен...
Нет. Вот когда откинем копыта, тогда и помолчим. И донимаемые шумом, создаваемым нами, вздохнут спокойно. Но если сомневаться в своём праве быть участником жизни, то незачем и жить.
Помните у И.А. Бунина в "Книге": “Вечная мука — вечно молчать, не говорить как раз о том, что есть истинно твоё и единственно настоящее, наиболее законно требующее выражения, то есть следа, воплощения и сохранения хотя бы в слове!”
Подытожу, сказав, что без путей пропаганды чтения нельзя получить от нравственной литературы практического результата. Вы можете парировать мне словами академика А.А. Гусейнова, в монографии “Мораль” выразившего сомнение, якобы профессиональные идеологи, взявшие на себя роль “учителей жизн”и, способны в итоге оказать решающее влияние на личную нравственность индивидуума. “Моральная суверенность личности” — вот о чём не раз писал акад. Гусейнов.
Следовательно, взявшиеся на эту мораль оказывать влияние должны тщательно продумать пути прикосновения к личности. Запретить блогеров — нарушение конституционных прав и, кроме того, просто утопия. Мы не хотим жить в тоталитарном обществе, где гражданам запретят свободную публикацию своих видео в сети Интернет, а разрешат только “комиссаров по нравственности”. Нам же первым это не понравится.
И мы возвращаемся к классицизму.
Тому самому, с Михайлой Васильичем Ломоносовым, Денисом Иванычем Фонвизиным, Александром Петровичем Сумароковым. Функцией классической театральной постановки (обычно трагедии) было «проповедывать добродетель», учить «подражанию великих дел» (Сумароков), показывая торжество «добродетели» над «пороком», благодетельного «разума» над разнузданными «страстями» (что есть не что иное, как рационализм).
Андрей Николаевич Тимофеев, почётный гость из Москвы, хочет рационалистической литературы. Показывающей торжество «добродетели» над разнузданными «страстями» (некоторые из которых сегодня уже входят в перечень запрещённых в РФ).
А если юнцы откажутся от рационалистической трагедии, тьфу, то есть “большой” литературы, как от горького лекарства? Не наша, скажут, это культура. Это у буржуёв кеятры и трагендии были, и мы их за то, как кошек, уже передушили, а наше дело простое, мы таких излишествов терпеть не можем. Мы хочем блогеров Клаву и Нюсу голозаденьких.
На это Сумароков знает как парировать:
«Свойство комедии — издёвкой править нрав, смешить и пользовать — прямой ее устав».
То есть тем, кому дворцовая культура классической трагедии противна и чужда, Сумароков предлагает (или предлагал) более понятный формат комедии, жанра низового.
Значит, пользуясь этим советом, “Большой стиль” мог бы предложить читателям блок комической, но при этом нравственной литературы. Так, чтобы “обмануть” отказавшегося читать потребителя культуры и впихнуть в него хоть малую толику душеспасительной морали. Дать капризному пациенту шанс, так сказать.
Но кто станет сегодняшним Сумароковым? Классический Сумароков, кстати, забыт читателем. Интересен Александр Петрович только филологии и истории литературы. Оды Ломоносова современный читатель тоже не жалует. “Недоросль” Фонвизина (кое-как) читает в школе по принуждению. Как и кому взяться умелыми руками, так сказать, за животрепещущую мораль граждан, вот в чём вопрос. Как тронуть человека за суверенное?
А вы как считаете?
Мы опять идём к "агитационной литературе" или нет?
Может новый Сумароков или Ломоносов появиться по заказу?
✅ Знак человека! Текст этой статьи написан без использования ИИ.
Уважаемые подписчики, алгоритм Яндекс Дзена таков, что даже если статья полезная, а лайков мало, то она не показывается и уходит в "серую зону". Благодарю всех, кто нажимает на "палец вверх", — это помогает LiterMort нести просвещение и дальше!
Канал LiterMort выступает против экстремизма в любых его проявлениях. Канал поддерживает Россию, её нравственные и правовые свободы и Конституцию РФ. LiterMort и его автор не поддерживают те субкультуры, которые признаны незаконными в РФ.