Иногда психоанализ пересказывают слишком уверенно.
Получается аккуратная схема:
есть либидо, есть агрессия,
одно смягчает другое,
социум заставляет подавлять,
а потом возникает тревога и симптом.
Звучит логично.
Но это упрощение.
У Фройда действительно появляется идея двух влечений.
Но у Кляйн агрессия — не «рядом» и не «следом».
Она изначальна.
Это не то, что приходится подавлять,
чтобы жить с другими.
Это то, с чем психика изначально пытается справиться.
Поэтому проблема не в том,
что агрессию «зажали».
А в том,
что с ней невозможно обойтись.
Тогда она не исчезает.
И не просто «обедняет Я».
Она начинает действовать:
— через тревогу
— через разрушение объекта
— через невозможность удерживать связь
То же и со страхом.
Это не просто «внутреннее неудовольствие»,
которое Я не смогло обработать.
В кляйнианской логике страх —
это всегда про объект:
— я его разрушу
— он разрушит меня
Это тревога преследования,
а не только сигнал о напряжении.
И, наконец, симптом.
Это не просто «остаток вытесненного».
Если психика не может переработать переживание,
оно не лежит где-то внутри.
Оно возвращается в действии.
Повторяется.
Разворачивается в отношениях.
Захватывает мышление.
Поэтому точнее так.
Психика страдает не потому,
что у неё есть агрессия или влечения.
А потому что
она не может их выдержать и связать.
И тогда задача анализа —
не «убрать лишнее».
А создать возможность
с этим жить,
не разрушая ни объект,
ни себя.
