Врач смотрел на них с той особенной смесью усталости и профессионального отстранения, которая бывает только у хирургов после многочасовой смены. — Выяснилось, что очаг был больше, чем показывало обследование, — он стянул шапочку, обнажив ежик седых волос. — Но лимфоузлы чистые. Это победа, хоть и со скрипом. Сейчас она в реанимации. Игорь качнулся, словно от сильного порыва ветра, и молитвенник выпал из его рук, шлепнувшись на кафель с негромким хлопком. Впервые за шесть лет Вера не бросилась его поддерживать. Она стояла ровно, глядя на хирурга, и чувствовала, как внутри медленно тает ледяной затор, мешавший ей дышать всю дорогу до больницы. — К ней можно? — голос Игоря дрожал, но в нем больше не было той капризной плаксивости, к которой Вера привыкла. — Завтра, — отрезал врач. — Сейчас ей нужен покой, а вам — по сто граммов и в кровать. Особенно вам, мужчина. Вы бледный, как больничная простыня. Игорь медленно наклонился, поднял книжку и посмотрел на Веру. В его взгляде было столько р
Публикация доступна с подпиской
Вступить в клуб великих читателей